Компаньон - Garret Hawke Amell

— Теперь ты видишь, Гарри? — уточнил с надеждой Рон, выдергивая меня из моих мыслей.

— Вижу что? — переспросил я.

— Этот скользкий хорек что-то задумал! Он явно не зря с тобой начал общаться в самом начале года! Может, это именно он подкинул твоё имя в Кубок огня! — Рон говорил очень экспрессивно, размахивая руками, явно убежденный в своей правоте.

— Поправьте меня, если я ошибаюсь… Сначала Драко не пожелал отвечать на вопросы Гермионы, потом он по вполне понятной причине вышел из себя, и из этого вы оба сделали вывод, что он просто надо мной издевается? — как ни стараясь, не могу подавить сарказм в голосе. Но сколько можно возвращаться раз за разом к одной и той же теме?

— Мы всего лишь хотим, чтобы ты был осторожнее, Гарри. — прикусила губу Гермиона.

— Хорошо. Я вас услышал. — устало согласился я.

— Наконец-то! Ты больше не будешь общаться с этим хорьком, так ведь? — обрадовался Рон.

— Буду. Просто при этом стану ещё осторожнее. Это всё? — я убрал книгу в рюкзак и отменил чары. — Хватит, Гермиона. Я не маленький мальчик, чтобы всюду водить меня за руку. И сам разберусь, как мне относиться к людям. На этом всё.

— Да что такого сделал Малфой, что ты его так защищаешь?! — громко воскликнул Рон. Судя по тому, что на нас начали оборачиваться, чары окончательно развеялись.

— Он спас мне жизнь, Рон, раз уж тебе интересно. — холодно заметил я. — И впредь о Малфое говорите с Малфоем. Пойду прогуляюсь.

Гостиную я покидал в полной тишине и с испорченным настроением. Почему Рон и Гермиона не могут понять? Всё изменилось. Малфой больше мне не враг. И если бы не его поддержка в самом начале года и помощь в первом испытании… Я нервно ладонью провел по затылку. С самого детства мне никому и никогда не приходилось отчитываться в своих решениях. И кажется, я по этим временам начинаю скучать.

***

— Не следует бродить в такое время по коридорам, юноша. — пожурил меня потрет на противоположной стене. Это был странный человек, с неуловимо знакомыми чертами лица. Чем-то он, пожалуй, даже напоминает Сириуса. Или у меня уже начались галлюцинации.

— Но вы же здесь. — всё-таки отзываюсь я, поправляя мантию-невидимку на плечах. Можно было просто не отвечать и пройти мимо, но… Почему бы не поговорить? Что мне сделает портрет? Филча позовет?

— Меня не существует. А у вас какое оправдание? — остро оскалился мужчина. Стоило ему улыбнуться, как морщины на его лице стали ещё заметнее.

— Пожалуй, никакого — пожал я плечами и уселся на постамент доспехов. — Но мне нравится бродить по ночам. Ночью веришь, что всё ещё возможно.

— Необычные мысли для вашего возраста. — протянул мужчина, сложив руки в замок и потирая друг о друга подушечки пальцев. — Может быть, вам нужен совет?

— Вряд ли вы в состоянии мне помочь, сэр. Но спасибо. — вздохнул я.

— Вы этого не узнаете, пока не попробуете — резонно заметил мужчина. — Итак?

— Я не знаю. Весь этот год какой-то неправильный. Мне приходится участвовать в смертельно опасном турнире, друзья не устают учить меня жизни, а одного из моих близких в любой момент могут выпить дементоры. Я действительно не знаю, что или кто мне может помочь.

Мужчина на потрете какое-то время помолчал, потом разгладил короткую черную бородку с проседью и вздохнул.

— Вот что я вам скажу, юноша… Попробуйте послушать волшебника, который пережил долгую и насыщенную жизнь. Не тратьте время на размышления. И действуйте по ситуации. Разве раньше вам не помогал такой способ решения проблем?

— Может быть. — уклончиво ответил я. — Но будет ли правильно так действовать сейчас? И что мне делать с друзьями?

— Если они действительно ваши друзья, они примут вас таким, какой вы есть. А если нет… Вы совсем ещё юны. И у вас впереди будут долгие годы, чтобы найти себе более искренних соратников. Да и разве это та проблема, которой стоит заниматься сейчас? А как же ваш близкий человек, которому угрожает опасность?

— Я не уверен, что смогу ему помочь — покачал головой я.

— Много лет назад мой пра-пра-прадед стал свидетелем казни собственной семьи. Ему было не больше, чем вам. Его мать, отца и младшую сестренку повесили на городской площади. Бедная девочка задохнулась, так и не сломав шею. Он стоял в толпе. В магических наручниках и под прицелом чужих волшебных палочек. Знаете, что произошло потом? — медленно проговорил мужчина на портрете и немного наклонился вперед, прищурившись. — Не прошло и пяти лет, как от палача, судьи и стражников, причастных к этому делу не осталось даже упоминания в истории. Не считая наших семейных хроник.

— Боюсь, этот способ решения проблемы мне не подойдет. — покачал головой я, содрогнувшись.

— Так придумайте другой. — хмыкнул мужчина, снова откинувшись назад в нарисованном кресле. — Вопрос в том, будете ли вы действовать. Или бездействовать. И то, и другое будет иметь последствия.

Ответить я не успел. В конце коридора раздалось тревожное мяуканье и шаркающие шаги. Я быстро накинул мантию на голову и нырнул в ближайший чулан, потеснив швабры и ведра.

— Что здесь произошло? Я слышал голоса! — нервный, дребезжащий голос Филча невозможно перепутать ни с чьим другим.

— Прошу прощения. Я говорил во сне. — ехидно отозвался мужчина с портрета.

— Во сне? Зачем кому-то говорить во сне? — в узкую щель я увидел полоску света. Филч, видимо, осматривал коридор, подсвечивая себе лампой.

— Старость. — вздохнул мужчина с портрета. — Это, знаете ли, ждет каждого из нас. Я буду благодарен, если вы дадите мне возможность досмотреть мой сон.

Раздались шаркающие шаги, перебиваемые недовольным бормотанием Филча и мяуканьем кошки. Когда всё стихло, я подождал несколько минут, прежде чем тихо выбраться из чулана. Но портрет моего недавнего собеседника оказался пустым. Остальные спали, слегка похрапывая. Или делали вид, что спят. На цыпочках я направился в Гриффиндорскую башню. Нужно выспаться.