Девятиэтажка. Часть 4 - Клим Ветров

Артем был зататуирован как леопард, только не синькой, а разноцветными картинами. На груди — МИ-24 с кабиной в виде оскаленной крокодильей пасти, лопасти — растопыренные когти хищной птицы, на борту чешуя, переходящая в перья. Прожекторные глаза, вытатуированные жёлтым и красным, смотрели прямо перед собой. Даже когда Артём стоял неподвижно, казалось, вертолёт вот-вот взревёт и сорвётся в небо.

На спине, заполняя почти все место, красовался череп. Объёмный, с трещинами на лбу и пустыми глазницами. Но самое жуткое было на руках. От плеч до запястий, обвивая мышцы, ползли вытатуированные поверх вен змеи. Когда Артём сгибал руку — шкуры их шли складками. Разгибал — змеи распрямлялись, словно готовясь ужалить. Одна, с зелёной чешуёй, тянулась по левой руке и заканчивалась пастью у запястья. На правой поселилась чёрная, с золотыми глазами, она обвивала правое предплечье и уходила под локоть.

Сергей покосился на Артёма, качнул головой.

— Ну ни хрена себе ты Микеланджело. Зачем так-то?

Артём пожал плечами, не глядя на него.

— Тяжёлое детство. Хотелось чего-то эдакого.

— А серьёзно?

Артём улыбнулся уголком губ.

— Встречался с девчонкой из тату-салона. Вот она и набила на халяву. Говорила — «полотно» я, мол, «редкое». Ну и развернулась.

Сергей хмыкнул, снова глянул на вертолёт, на череп, на змей, что ползли по рукам.

— Ладно, пошли уже, — сказал он негромко. — Главное чтобы не подумали что мы демоны, и не сожгли не отходя от кассы.

Артём усмехнулся, перехватил нож поудобнее.

— Не сожгут.

Они двинулись к кругу. Толпа расступалась, перешёптываясь и откровенно пялясь на Артёма, а когда они почти подошли, по знаку князя подожгли погребальные костры.

Огонь взметнулся разом, будто этого только и ждал. Облитые маслом, высокие груды брёвен вспыхнули, и жар ударил в лицо даже на расстоянии.

И тут же завопили привязанные к бревнам печенеги. Они дёргались, выгибались, рвали верёвки. Крики переходили в вой, вой — в хрип, хрип — в бульканье.

А у круга уже ждали. Гуннар стоял, повернувшись к кострам, с лицом похожим на маску. Синеголовый топтался рядом, переминаясь с ноги на ногу.

Варяги явно не ожидали увидеть такую роспись, но будучи фаталистами, от боя не отказались.

Князь тоже выглядел ошарашенным. Сидел на своём месте, подался вперёд, и по лицу его было видно: удивлен. Взгляд его метался между Артёмом и Сергеем, как у человека, который вдруг понял, что имеет дело не с простыми пришельцами, а с чем-то куда более сложным.

Сергей же поймал себя на мысли, что зря Артем засветил татуировки. Всё же суеверия и всё такое. Но вообще не парился, и был вполне доволен произведенным эффектом.

Толпа молчала. Костры трещали. Сгорающие печенеги хрипели на фоне.

Гуннар шагнул в круг. Синеголовый — за ним. Сергей и Артём переглянулись и сделали то же.

Пора.

Глава 19

Поединок

Сошлись.

Гуннар ударил первым, целя в живот снизу. Сергей ушёл с линии, перехватил его руку, но сделал это мягко, давая вывернуться. Варяг рыкнул, отскочил, рубанул по дуге. Сергей встретил клинок, скользнул, развернулся. Зрители ахнули.

Артём и синеголовый топтались правее. Синеголовый пёр вперёд, как кабан, размахивая ножом, но Артём двигался как его татуированная змея: тело уходило с линии атаки волной, плечи опаздывали на мгновение, и нож проходил в сантиметре от кожи. Выпады противника он не гасил, но и сам не бил — только обозначал. Иногда коротко тыкал остриём, заставляя синеголового шарахаться и тратить силы. Со стороны казалось, что он едва успевает. На деле же он все прекрасно контролировал.

Сергей снова сошёлся с Гуннаром. То, что оба противника достаточно искусны, он понял сразу. Двигались они чётко, ошибок не делали, на рожон не лезли. Чувствовали дистанцию, не суетились. Хотя до уровня Сергея, или даже Артёма, — явно не дотягивали.

И будь у девятиэтажников задача убить — они бы уже сделали это. Но задачи такой не было. Поэтому со стороны казалось что поединок настоящий.

Поверив в себя, и нанося удары с обеих рук, Гуннар пытался сократить дистанцию. Сергей принимал его атаки аккуратно, по касательной, гася. Потом сам пошёл вперёд, прижал, заставил пятиться. Ударил плашмя по руке, выбил нож, но добивать не стал. Гуннар, тяжело дыша, смотрел то на нож у своих ног, то на Сергея.

— Подними, — сказал Сергей, отступая на шаг.

Гуннар понял не сразу. Потом наклонился, подобрал нож, выпрямился и снова ринулся в бой. Сергей ждал этого, встретил его, и они закружили по кругу. Удары сыпались с обеих сторон, толпа ревела, подбадривала.

Тем временем Артём возился со своим. Синеголовый наседал всё активнее, стараясь предугадать где будет Артем, но тот, словно издеваясь, каждый раз оказывался в другом месте. Синеголовый рычал, размахивая кинжалом как мачете, и чтобы не накалять, Артём поймал его на противоходе, и коротко ткнул в бедро. Синеголовый взвыл как раненый бык, отскочил, зажимая рану.

Сергей тоже атаковал. Бил раскрыто, с видимым усилием, но в последний миг «не успевал» — Гуннар уходил, и толпа взрывалась восторженным рёвом. Потом варяг шёл вперёд, а Сергей уворачивался, и по рядам прокатывался расстроенный вздох. Этот наглый варяг был любим своими собратьями. И это был ещё один повод его не убивать.

Даже Владимир поддался общему настрою. Сергей пару раз ловил его взгляд: князь сидел, подавшись вперёд, и, кажется, уже не понимал, чем закончится бой. Лицо его то светлело, то мрачнело, как у человека, который поставил не на того, но всё ещё надеется.

Время шло. Оба варяга явно выдыхались. Тяжело дышали тяжело, пот брызгал с них во все стороны при каждом движении. Гуннар уже не выбрасывал нож так быстро, как вначале, а синеголовый всё чаще ошибался, загребая руками воздух. Девятиэтажники же только разогревались.

Артём, дождавшись, когда синеголовый кинется на него, сделал шаг назад, а потом и вовсе два коротких сальто, уходя в сторону. Толпа ахнула. Синеголовый застыл на миг, не веря, что человек, которого он только что почти достал, стоит теперь у него за спиной. Он взревел, развернулся, снова кинулся — и тут же влетел в подсечку. Артём, не останавливаясь, чиркнул его под лопатку, неглубоко, так чтобы пошла кровь. Синеголовый упал на колено, зашипел, схватившись за бок.

Сергей тоже приступил к показухе. Когда Гуннар снова кинулся на него, он демонстративно убрал руки за спину и стал уходить с линии атаки,