Аристократ - Анна Кондакова

— Именно! — вскинула руку женщина, и очкарик опустился на стул, сам того не желая: вот так просто Софи применила гравитационный эрг.

Заодно и Хиннигана заткнула.

А я сразу же вспомнил, как легко швырял меня по комнате чёрный волхв Херефорд, когда я только очнулся в новом теле. Тогда мне показалось это чем-то сверхчеловеческим, теперь же я и сам понимал принцип этой техники, осталось только её освоить.

На доске за учительским столом сам собой развернулся холст с изображением Пяти Печатей — древних перстней с пятью родовыми гербами.

— Кто из вас слышал о Пяти Печатях? — спросила Софи у класса.

Все подняли руки.

И я тоже.

В своё время мне довелось учиться в школе при церкви, единственной бесплатной школе Лэнсома, куда меня, как и остальных сирот приюта, определили в семилетнем возрасте. Правда, в школе я больше выживал, чем учил уроки, но историю о Пяти Печатях в общих чертах знал даже я и, если честно, считал её сказочной легендой, а не правдой.

— Эпоха Пяти Печатей — великая эпоха доимперского периода! — провозгласила Софи. Её глаза вспыхнули за вуалью. — Двести лет прошло с той поры. Сгинула та эпоха. Двести лет назад построили вокруг нас крепостные стены и обрекли на прозябание. И что же теперь, ученики?.. Что нам остаётся?

В кабинете повисла тишина, все молчали, даже Хинниган.

Не услышав ответа на свой странный вопрос, женщина вздохнула.

— Нам остаётся лишь достойно нести своё бремя, адепты. До тех пор, пока не падут крепостные стены Ронстада, пока не восстановится справедливость и не воцарится новая эпоха Пяти Печатей, нам остаётся склонить головы перед могуществом императора и династии Рингов, чья власть сохраняется вот уже двести лет благодаря Перекрёстному Договору. Нам остаётся лишь… быть достойными своего бремени.

И тут поднялась рука.

Это Хинниган в очередной раз решил высказаться.

— Да, мистер Хинниган? — обратилась к нему Софи.

— Эпоха Пяти Печатей не может воцарится снова, это невозможно, — произнёс он. — Осталась одна Печать, у Рингов. Остальные утеряны навсегда.

— Хм. Кто вам такое сказал?

Хинниган указал взглядом на раскрытую перед собой книгу.

— Так в учебнике написано.

— Вы верите всему, что написано в учебниках, мистер Хинниган?

Тот нахмурился (смутить этого умника было не так-то просто).

— Тогда зачем вы потребовали изучить «Историю Бриттона» от корки до корки, если там враньё? — спросил он.

Глаза Софи снова сверкнули за вуалью, Хинниган поёжился и мгновенно сел на место. На этот раз добровольно.

— Затем, мистер Хинниган, чтобы вы научились отличать ложь от правды, — ответила женщина. — Из учебников мы знаем, что в эпоху Пяти Печатей люди и адепты кодо сосуществовали на равных. Пять метрополий, пять городов и пять великих патрициев сотрудничали на благо своих народов. Они владели пятью древними артефактами. Пять великих родов жили в мире, умудряясь делить ресурсы. Ринги из Лэнсома, Дювали из Эгвуда, Орриваны из Ронстада, Сильверы из Фориата и Баумы из Юни-Порта. Но когда-то всё заканчивается. Поколения сменяют друг друга, и на смену одним патрициям приходят другие, с другими целями. Закончилась и эпоха Пяти Печатей.

— Вы о Великой Родовой Битве? — спросил Хинниган.

Софи кивнула.

— Конечно, о ней. И вот в чём правда. Ринги развязали междоусобную войну, но накануне битвы бесследно исчезли четыре Печати. Осталась только одна — у Рингов. И началась бойня, каких земля Бриттона ещё не видела. Первым покорился Эгвуд, вскоре и Ронстад, а вот Фориат и Юни-Порт сопротивлялись до последнего и были разрушены до основания. А когда битва закончилась, Ринги заставили тех немногих выживших из великих родов подписать Перекрёстный Договор, приняв единую власть лэнсомской династии и провозгласив империю. Адепты смирились и позволили запереть себя в Ронстаде. Их назвали осквернёнными, неугодными… Бриттон разделился на чистых и грязных. На них и нас. Отныне великие Пять Искусств Кодо стали называть Пятью Грязными Искусствами. Великая была битва… бесславен был её финал…

— Ага, говорит так, будто сама там была, — хохотнул Дарт мне в ухо.

И как Софи умудрилась его услышать?..

В гробовой тишине она направилась к нашей парте, и пока шла, стук её каблуков становился всё громче.

Подойдя, она наклонилась к Дарту.

— Я была там, мистер Орриван, и видела всё своими глазами.

— Не понял, — прищурился Дарт. — В смысле — были там? По-настоящему? Вам что, двести лет?

Голос Софи внезапно стал скрипучим, от него мороз пронёсся по коже:

— Мне намного больше, мистер Орриван. И лучше вам никогда не увидеть, как сильно долгая жизнь отразилась на моём лице.

Дарт невольно вжался в стул, но его спас очередной вопрос Хиннигана.

— А почему чёрные волхвы так долго живут?

Софи резко выпрямилась и обернулась на него.

— Дело в происхождении и индексе кодо… однако, это не тема нашего сегодняшнего урока.

— Скажите, что такого особенного в Пяти Печатях? — А это уже спросил я.

Мой интерес был чисто практический. Хотелось выяснить, как род Рингов умудрился заставить сильных адептов покориться, неужели только за счёт какого-то мутного перстня? Или было что-то ещё?

Не верил я в эти сказки.

Услышав мой голос, Софи задумалась. Потом развернулась, прошла к доске с холстом и уже оттуда мне ответила:

— Это не просто какие-то «мутные» перстни, мистер Питон. Это древние артефакты, созданные тысячелетия назад. Они покоились в пяти гробницах, в Горах Царей, и каждый из перстней имел силу благословлять на могущество. Ринги выбрали свой удел, и теперь благословение Печати нерушимо, пока принадлежит им.

— Но ведь не только Печать всё решила? — покачал головой я. — Никогда не поверю, что адепты потерпели поражение только из-за потери перстней, пусть даже таких древних.

Софи долго молчала. И в кабинете стало так тихо, что все услышали, как урчит желудок того самого Купера, который в начале урока ковырялся в носу.

— Нет, потеря Печатей лишь ослабила веру адептов в свои силы, — наконец ответила Софи. — Исход Битвы решил дериллий — металл, подавляющий кодо. Ринги нашли его залежи там же, в Горах Царей, но хранили свой секрет до поры до времени. Пока однажды не подготовились основательно. Ошейники и цепи из дериллия, повозки, обитые пластинами, латы и доспехи, кольчуги и оружие, клетки с прутьями из него же…

Софи с тихим выдохом повела плечами, будто вспомнила что-то жуткое, что видела лично.

— О дериллии все знают, — не отставал я (и, похоже, уподобился занудливому Хиннигану). — Но было ведь что-то ещё, о чём не написали в учебниках?

Женщина опять замолчала. Казалось, разговоры о тех событиях причиняли ей физическую