Закат 2 - Василий Лазарев

к лёгкому помешательству, то теперь видел воочию сам летающих существ. Они практически напоминали тех, что выбрались из чёрного портала рядом с эпицентром. Люди тогда прозвали их горгульями, только те, что летали над центром города, могли соперничать в размахе крыльев с пассажирским самолётом. Не говоря уже о наборе зубов в пасти птеродактиля и шести лапах не считая крылья. Вурдалаки, завидев их тут же пытались забиться в любую щель, чтобы горгульи не добрались до них своими острыми клювами.

Что касается вездехода, то сейчас с Конусом он на самом деле стал броневиком. Пока Наташа осторожно пробиралась в районе бывшего метро Динамо, кстати также надёжно погребённого под тоннами мусора, Конус натурально сбил горгулью. Задумавшись о чём-то своём Адском, она неосторожно приблизилась на двадцать метров к броневику и тут же получила в брюхо жёлтый протуберанец. Стремительным копьём он с треском сорвался с верхушки и пробил насквозь чудовище. Сама рана казалась небольшой, но стремительно начала расширяться, сжигая изнутри горгулью. На землю грохнулись только хвост с парой задних ног и голова, всё остальное сгорело ещё в воздухе. Вурдалаки, завидев броневик разбегались. Мамонт удивился их поведению. Или они здесь были гораздо умнее, или учёнее, но таких тупых наскоков как в сельской местности они себе не позволяли.

Кроме вурдалаков и горгулий люди увидели множество других различных форм живности явно неземного происхождения. Проехав бывший стадион Динамо им повстречался гигантский паук с жуткими жвалами. Он сидел на развалинах и поедал кого-то внешне напоминавшего медведя. Чуть дальше вездеход переехал не менее гигантскую змею, но она уже не успела уйти и Конус разделил её на две части. Что касается земной фауны, то Мамонт увидел в свинцовых сумерках летучую мышь гораздо больше обычной. Мех правда сменился мелкой чешуёй очень похожей на кольчугу. Стайка таких метровых созданий висела вниз головой укрывшись крыльями на фрагменте фонарного столба. Вездеход разбудил их, рыча пробираясь по завалам, но они не испугались и продолжили висеть. Они открыли глаза с ромбовидными зрачками яркого жёлтого цвета и недовольно проводили взглядом возмутителей спокойствия.

От Белорусского вокзала осталась одна большая котловина с начисто выметенными постройками и остекленевшим под воздействием высокой температуры дном. В самом центре пристроилась синяя аномалия. Её действие люди увидели, воочию пройдя недалеко от края котловины. Стая вурдалаков, убегавшая от какого-то монстра, попала в саму котловину скатившись по скользким стенам. Половина из них смогли всё же вырулить по стеклянным бортам, но три вурдалака попали на самое дно, точно в смертельные объятия аномалии. Их расплющило в блин ещё на подходе, причём не сама синяя аномалия, а её отростки, выстрелившие из большой лужи вверх. Три выстрела тонких отростков и три попадания. То есть, если красная начинала действовать только после попадания непосредственно в неё, то синяя могла спокойно достать примерно в десятке метров вокруг себя.

— Вот здесь я жила, — с затаённой грустью показала рукой Наташа. Они как раз проехали Маяковскую, то есть, то место, где примерно должна была находиться станция метро, увидев груды обломков на месте шикарного дома. Уголки глаз Наташи увлажнились, но она взяла себя в руки. Управляя вездеходом, она медленно вела его через завалы включив прожектора и предупреждая всех мигающим Конусом, чтобы не приближались. — Никогда бы не могла подумать, что увижу такую сюрреалистическую картину. Почти вечная ночь, снесённые дома, руины до самого горизонта, и я управляю такой машиной. Вокруг монстры, да такие что волосы стоят дыбом. И как вишенка на торте исчадия Ада, оказавшиеся правдой, а не горячечным бредом графомана.

— Что мы вообще здесь хотим найти? — спросила из жилого отсека Марина.

— Не что, а кого. Людей. Наш основной ресурс, пока они не достались вурдалакам или кому почище, — ответил Мамонт. — Я надеюсь, что мы всё-таки сможем попасть в метро. Должен же остаться хоть где-то проход вниз.

— Скоро Горьковская, — предупредила Наташа. — Осталось пару сотен метров через завалы.

— Вы не думали, что внизу могут находиться не люди, а кто-нибудь гораздо хуже? Типа того четырёхрукого в Клину? — напомнил Кощей.

— Всякое может быть. Чего нам уже терять. Демон же отправил нас в Ад, значит ниже мы не провалимся, — усмехнулся Резвый. — Я его себе другим представлял.

— В Аду должно быть жарко, можно ходить без комбинезонов, — мечтательно заявила Марина. — А тут что? Мало нам всяких страхов, так ещё дрожишь как цуцик. Даже Ад и то нам неправильный достался. — Вздохнула Марина.

— Нам похоже повезло, цуцики, — Наташа направила прожектор на вход в метро. Статуя Пушкина виднелась из подземного перехода, точнее ноги великого поэта. Голова была скрыта от наблюдателя. Вероятно, памятник сорвало и кинуло в переход. Наташа подвела вездеход вплотную к зияющей трещине, всё что осталось от входа. Мамонт вылез первым и направил луч фонаря в дыру. Внизу, в метрах двадцати, виднелось полотно эскалатора, чудом оставшегося в живых. Он помахал рукой призывая всех выходить.

— Ну что? Все пойдём или оставим кого-то сторожить вездеход? — спросил он собравшихся.

— Я не останусь. Может меня сразу пристрелить! — быстро ответил Клёнов. Овца за время поездки почти пришла в себя и тоже отрицательно помотала головой.

— Надо Рыжика отпустить в убежище с запиской, что мы спускаемся в метро, — предложила она.

— Здравая мысль, — согласилась с ней Кроха. — Ты как?

— Я в норме. С вами мне не страшно, — тряхнула мелкими кудрями Овца.

— Может ты тоже отправишься в убежище? — пристально посмотрела на неё Наташа. — Уверена, что сможешь преодолеть путь? Неизвестно, что там нас ждёт.