Рыцарь в старшей школе. 1-5 - Дмитрий Ш.

Чувствуя, как у неё голова пошла кругом, Кэтрин открыла дверцу шире.

— Но это же невозможно, — указала девушка на очевидную вещь.

— Так своему психиатру и повторишь. Слово в слово. Проходи давай. Не кусаюсь я. У меня и зубов-то нет. И ручки маленькие, липкие, цепкие. Хе-хе-хе.

Принц-жаба, выставив пальцы на уровни груди, направив их на принцессу, продемонстрировал, насколько они у него подвижные. У Кэтрин нервно дёрнулась щека. Ей сильно захотелось срочно стукнуть это мерзкое, похотливое животное.

Ещё раз осмотревшись, так и не обнаружив свидетелей этого разговора, она всё же прошла в кабинку. Которая, каким-то неведомым образом, словно вытянулась, став просторнее. Позёрски щёлкнув пальцами, «прекрасный принц» создал резной деревянный стул с высокой спинкой. Прямо напротив своего «трона».

Дождавшись, когда принцесса сядет, ощупав стул на предмет его материальности, жаб совершил ещё одно чудо. Достал из-за спины большие очки в роговой оправе, записную книжку и заточенный огрызок карандаша. Нацепив на морду очки и тщательно обслюнявив грифель, жаб профессиональным тоном начал опрос.

— Рассказывай. Что беспокоит? Что тревожит? Хорошо ли спишь по ночам? Не мучают ли ночные кошмары и муки совести? Всё же убила одноклассника. Ну, как убила? Пыталась. Скорее даже, хотела пытаться. Не сильно-то и стараясь, — последовало всё больше уточнений.

— Какого ещё одноклассника? — Кэтрин окончательно перестала понимать, что происходит.

— Эрика Йохансона по прозвищу Зве… эээ… Гоблин. Да, точно, — сверился с записями. — Гоблин.

Кэтрин, не шевелясь, моргнула. Потом ещё раз. И ещё. После чего посмотрела на жаба совсем другим взглядом. Далёким от человеколюбия.

— Это всё ненастоящее, — девушка обвела кабинку рукой. — Я под чьим-то ментальным контролем. Верно?

— Плюс пять очков к сообразительности, — жаб-принц удовлетворённо черкнул карандашом в записной книжке. — Но это не то, что я хотел услышать. Во сколько вы оценили голову Йохансона и кому её продали? Либо отвечайте, либо целуйте.

— Я никому её не продавала, — нахмурилась принцесса, разобравшись, что тут происходит.

И это знание ей сильно не нравилось. Кэтрин постаралась скрыть своё беспокойство, что вряд ли обманет того, кто скрывается за маской жабы-принца. Судя по его ухмылке, так всё и произошло.

— Не понимаю, о чём ты говоришь. Намекаешь, что я причастна к похищению Эрика? Бред, — принцесса решительно отвергла все обвинения.

— И это ты говоришь мне? — улыбнулась жаба. — Я пока ещё ни на что не намекаю, а только проверяю. Ищу кому это было выгодно. Мне известно, что кто-то в BESS отдал приказ на ликвидацию Йохансона. Ещё тогда, когда он был во Франции. Операция начала готовиться. Параллельно с операцией ваших французских коллег, что тоже решили приговорить парня к смерти. Но более изощрённым способом. С пользой для себя. В этом отношении французы поступили практичнее англичан. BESS, это ваша вотчина, леди Эдвардс. Вашего рода, — уточнил принц-жаба, став серьёзным.

Глядя на неё пристальным, пугающим взглядом. Без прежнего, наигранного шутовства.

— Только не говори, что это неправда. Так кому же из вас Йохансон стал мешать? Да столь сильно, что от него решили срочно избавиться, спихнув вину на соседей.

— Это ложь, — вновь заявила Кэтрин.

Почувствовав страх. Не желая оказаться крайней в чужой игре. Ей действительно ничего не известно о покушении на Эрика. Однако, принцесса должна была сказать именно так. Прикрывая честь рода, чего бы отдельные его члены ни вытворяли за спиной у остальных. С этим будут разбираться потом и свои же. Не выставляя грязное бельё на всеобщее обозрение.

«Прекрасный принц» записал её ответ в записную книжку.

— Следующий вопрос. Ты хочешь быть наказанной за эту ложь?

— Нет, — ответила, не раздумывая.

— Жаль. Как скажешь. Нет, значит, нет. Тогда тебя вычёркиваем, — говорящий жаб что-то зачеркнул в записной книжке. — На этом, всего хорошего, — захлопнул записную книжку, убирая её за спину, вместе с очками.

Поднявшись на задние лапки, принц-жаба открыл крышку унитаза. Повернувшись к принцессе спиной, где уже не обнаружилось ни очков, ни записной книжки.

— Подожди, — Кэтрин остановила «прекрасного принца», чувствуя, что не поспевает за событиями.

Ей не хватало времени, чтобы всё обдумать, взвесить и найти правильное решение. В её голове крутилось слишком много мыслей, мешая друг другу.

— Кто похитил Эрика? — задала свой вопрос.

Посчитав его наиболее важным. Если это английские спецслужбы, то… всё становилось слишком запутанным. И пугающим.

— Гидра, — немного помедлив, принц-жаба всё же посчитал нужным ответить. — Она опередила всех. Во Франции собралось много охотников за головой Йохансона. Однако от Гидры он уже сбежал. Сейчас парень с нами. Полезный оказался малый. Даже слишком. Поэтому, чтобы закрыть вопрос, мы ищем тех, кому он мешает жить. И кто этим теперь доставляет лишние сложности уже нам.

— Кому, нам? — с замиранием сердца, быстро спросила Кэтрин.

Подавшись вперёд. Зажав ноздри пальцами, надув щёки и задержав дыхание, жаб нырнул в унитаз. Во всех смыслах уходя от ответа на этот животрепещущий вопрос. Тут же кабинка туалета вернулась к своему естественному размеру. Исчез стул. Кэтрин не упала задницей на пол только потому, что обнаружила себя стоящей на ногах. Весь этот разговор произошёл только в её голове.

Обеспокоенная принцесса не сразу покинула всё ещё пустой туалет. Ей требовалось о многом подумать. В тишине. В одиночестве. У зеркала. Понимая, что держать произошедшее в тайне глупо, не её уровень ответственности, Кэтрин с тяжёлым вздохом принялась звонить дражайшим родственникам. Сперва приказав Энни Парк, караулившей у двери туалета с той стороны, никого сюда не пускать. Под предлогом, что в этом отеле чёрт знает что плавает в канализации.

* * *

— Как всё прошло? — поинтересовалась Брина, когда я сел в лимузин.

— Никак. Если ты о церемонии, то лицемерно, пафосно, для своих. Всё было решено до. Сегодня отрабатывалась программа, чтобы оправдать потраченные безумные гонорары и бюджеты. Из чего сделали целое Шоу. Но, должен признать, на высоком уровне. Это люди из киноакадемии умеют делать хорошо. А вот фильмы у них получаются плохо. Частных инвесторов мало, а государственные требуют отрабатывать повестку и проходить цензуру.

— Я о принцессе, — уточнила Брина.

— С тем же успехом. Она ничего не знает. И это очень хорошо, как ни странно. Не хотелось бы в ней разочаровываться. Впрочем, не скажу, что зря приходил. Теперь наша принцесса постарается узнать, что же её семья задумала в моём отношении. По своим каналам. Будучи заинтересованным лицом. Нужно ещё раз навестить принцессу. Позже. Снять урожай, так сказать, если он будет. А пока, попробуем поискать выход