Реванш - Талли Шэрон

секреты из личной жизни, я просто не хотел давать им кучу возможностей надо мной поиздеваться. Эти придурки в первую же минуту в присутствии Бэмби спалят меня к чертям собачьим. Их «тайные» переглядывания были бы тем же самым, если бы кто-то указывал огромной неоновой стрелкой на меня с подписью: «он влюблен в Бэмби!».

– Потому что вы несете чушь, – я открыл дверь, спеша выйти первым из корпуса, но парни нагнали меня, разворачивая к себе.

Митчелл заулыбался, как Чеширский кот.

– Её зовут Бэмби, а не детка, – напомнил мне друг мои слова из поездки в Дейли-Сити, – черт, я счастлив знать, что ты видел во мне конкурента. Но без обид, дружище, я не думаю, что эта девчонка годится для разового перепиха.

Я сжал губы, глядя на длинноволосого.

– Эммерс, я…

– Стой, – Трент перебил меня, вклиниваясь между мной и Митчем, пока я не срезал придурку его конский хвост на голове, – так тебе реально нравится эта девчонка?

– Ну, ты и тупой, Трент, – Эммерс закатил глаза.

– Охренеть, я думал наше братство проклято на чувства к девчонкам…

– Я тоже думал, что наше братство – компания бабников, но среди нас все-таки есть один дрочер, хранящий девственность для той самой.

– Карлайл?..

– Ты, идиот.

Я прикрыл глаза, сохраняя самообладание, и развернулся в сторону спортивного корпуса, чтобы пойти на тренировку и выплеснуть пар. Не только из-за дебильных шуток моих сокомандников, но и из-за той картины, которую я увидел несколькими минутами ранее – Бэмби улыбается Тиану.

Насколько было ненормальным то, что я хотел присвоить себе её улыбки? Я, как вор, крал её пьяные поцелуи, совершал подвиги, на которые и Геракл сказал бы «охренеть», чтобы она меня просто расценила больше, чем чучело с членом, пока какой-то идиот просто врывался в её жизнь и захватывал, как можно больше места в ее сознании.

Ага, только через мой труп.

Робин пялился на меня с улыбкой все это время, скрестив руки на груди, пока Митч и Трент спорили между собой еще о какой-то хрени, и я огрызнулся в сторону друга. Он смотрел на меня так, будто осуждал.

– Что?

Мэддокс усмехнулся, поднимая руки вверх.

– Я ничего не говорил.

И Слава, мать его, Богу.

* * *

Парни уже стояли на стадионе, когда я вышел к ним в спортивной форме, готовый к разминке. Щурясь от яркого солнца, я взглянул на каждого игрока, пересчитывая их количества, и, когда понял, что не хватает одного, сжал челюсти. Тиан Уолок.

– Карлайл, – тренер подозвал меня к себе, и я подбежал к нему, хмурясь, – проводи разминку. Я подойду через десять минут.

Я кивнул тренеру Серрано, который ушел в обратно, в сторону корпуса, где его поджидал мистер Мартин, и подошел к парням, готовый их выстроить, как вдруг, после исчезновения тренера на стадион прибежал Тиан, по пути застегивая молнию на своем спортивном костюме.

– Ты опоздал, – констатировал я факт, глядя на Уолока, который замедлился, встречаясь со мной взглядом.

– На две минуты.

– Тем не менее, – мой голос понизился, – ты опоздал.

Светловолосый кивнул мне, останавливаясь передо мной.

– Да, окей. Я опоздал.

– Будешь бегать десять штрафных кругов, – я собирался развернуться обратно к команде, чтобы начать разминку, как услышал смешок со стороны Уолока.

Я сжал челюсти.

Что смешного, чёрт возьми, я сказал.

– Тебе весело?

– Нет, просто кое-что вспомнил. Не обращай внимания.

Я облизал нижнюю губу, напрягая челюсть, и сделал ещё один шаг к Тиану, склоняя голову ближе к его лицу и смотря ему в глаза.

– Слушай, Уолок, может у вас в лакроссе и нет понятия «дисциплины», но у нас – есть. Через две недели начнутся предсезонные игры, и если ты думаешь, что они не имеют никакого серьезного значения, то ты ошибаешься, – я упер руки в бока, пока лицо блондина начинало напрягаться, – может, твой папаша тебя и протолкнет по карьерной лестнице, но не смей свое личное дерьмо нести в команду. У остальных парней нет родителей спортивных директоров, и если кто-то из них по твоей легкомысленности окажется в списке проигравших, то это будет на твоей совести.

Я и не заметил того, что наша стычка обрела зрителей в виде парней из команды, но старался говорить максимально ясно и четко только для Тиана. Остальные терялись лишь в догадках, что именно я сказал.

Тиан шагнул вперед, хмурясь и сокращая дистанцию.

– У тебя какие-то проблемы со мной, кэп?

– Никаких, кроме твоей организованности, – я уже чуть ли не упирался своей грудью в его, чувствуя, как адреналин в крови подскочил до недопустимого предела, но я ожидал, что блондинчик не станет лезть со мной в конфликт.

Хотя так даже было лучше. Я бы выплеснул сейчас все, что собирался выплеснуть в игре.

– Тогда какую, нахрен, связь имеют моя организованность и мой отец?

– Я думал, ты умнее, Уолок, потому что связь здесь четко прослеживаемая. Другие парни, которые не имеют в запасе богатых родителей, не позволяют себе опаздывать на тренировки.

Тиан ухватился за ворот моего спортивного костюма, приближая свое лицо к моему, и я только подначивал его своей улыбкой.

Давай.

– Я опоздал на две гребанные минуты, – блондин уже брызгался своими слюнями, – ты слишком много на себя берешь, отчитывая меня, своего товарища, за то, что может случиться с каждым из игроков.

– Да? – я вскинул бровь, уже не следя за тем, что говорю. – И какая у тебя причина опоздания?

Бэмби.

Бэмби.

Бэмби.

Она могла быть качественной и единственной причиной, которую я бы простил всем и каждому. Я наслаждался её красотой, безусловно, но я знал о ней гораздо больше, чем просто красивая оболочка – я знал, как она обожает животных, на шерсть которых у меня была аллергия; я знал, что её любимый цвет – желтый, знал, как она не выносит красные розы и просто с ума сходит по полевым цветам. Возьми, отвези её в деревню, к лошадям, она бы с ума от счастья сошла.

Я все это знал и мог бы понять любого парня, который сказал бы, что опоздал из-за случайно затянувшегося разговора с Бэмби, потому что, да, это то, что она могла – завлечь настолько, что время теряло значение.

Но я не смог бы понять Тиана. Не того ублюдка, из-за которого полгода назад эта же девушка плакала мне в плечо.

– Заболтался с другом, – выплюнул мне в лицо Уолок, отпуская ворот спортивной формы, – вытащи уже из своей задницу торпеду, из-за которой ты огрызаешься на меня, и если у тебя какие-то личные