Древняя Русь. От «вождеств» к ранней государственности. IX—XI века - Евгений Александрович Шинаков

большей части) уже не на принципе родства». Теперь главное, чтобы с этой формулировкой согласился сам автор. Но только вряд ли это определение соответствует определению раннего государства, да и как совместить его с тем определением, что давалось автором ранее? Напомним: раннее государство — это «незавершенное государство»: в государствах этого типа нередко отсутствуют черты, которые отделяют собственно государство от догосударственных форм политической организации. «Важно понимать, что профессиональный бюрократический аппарат, система налогообложения и административно-территориальное деление необязательны для раннего государства. Они становятся обязательны только на следующем этапе развития — при появлении развитого государства» (Гринин, 2006. С. 96–97). Неясно, какое определение считать истинным.

Исследователь также выделил критерии появления раннего государства, которые, по сути, в основном повторяют признаки, предложенные Х. Классеном (сходство в трех случаях из пяти) (Гринин, 2006. С. 88):

1) определенное количество населения (как минимум, несколько тысяч человек);

2) определенный производственный базис в виде сельского хозяйства, ремесла и торговли (два последних в отдельных случаях занимает военно-данническая эксплуатация соседей);

3) заметная социальная стратификация общества;

4) определенный уровень политической и структурно-управленческой сложности, не меньше трех уровней управления;

5) конкретно-исторические возможности и способность стать государством.

Л.Е. Гринин также предложил использовать в научном обороте термин «примитивное» (или «первичное») раннее государство вместо термина «зачаточное» раннее государство Х. Классена. По его мнению, при употреблении термина голландского ученого возникает «некоторая путаница» (Гринин, 2006. С. 95). Однако путаница возникнет в любом случае при отсутствии общепризнанной классификации, поэтому данное предложение носит формальный характер.

Определенный вклад в развитие отечественной политической антропологии внес и автор этой книги, который считает, что исследование процесса развития политических структур ставит ключевой вопрос о грани — «почти государство, но еще не совсем»: «предгосударство», «(супер)сложное вождество» (Шинаков, 2011. С. 325). Для определения «уже государства» лучше всего работают марксистские критерии, обозначенные Ф. Энгельсом. «Надо признать, что современная формулировка „государства“ вполне соответствует марксистской, то есть аппарат власти, стоящий над обществом и служащий интересам правящих страт» (Шинаков, 2011. С. 325). Затем эти критерии были дополнены М. Годелье, Р. Коэном, Б. Триггером, Д. Битамом, согласно которым, признаками «типичного раннего государства» являются:

1) торговля: как минимум, развита на местном уровне (внутренняя торговля);

2) частная собственность на землю: крайне ограничена;

3) роль государственной собственности: постоянно возрастающая;

4) члены аппарата управления: находятся на содержании у правителя, позже часть из них получает жалованье;

5) наследственный принцип продвижения и карьеры уравновешивается принципом назначения;

6) судебная система находится на стадии формирования;

7) начинается кодифицирование законов и систематизация набора наказаний;

8) регулярная система налогообложения существует, но принимает разнообразные завуалированные формы, включающие обязательные работы, регулярные подарки и т. д.;

9) начинается идеологическое, мифоэпическое, религиозное обоснование власти. К этому можно также добавить четкие (в отличие от «сложного вождества») и охраняемые границы. Масштабные постоянные войны как способ наращивания прибавочного продукта, характерные для «сложных вождеств», уходят в прошлое (см.: Шинаков, 2011. С. 325–326).

В данных признаках ясно прослеживается направление развития общества, однако они также являются неким обобщенным взглядом, мнением ученых на данную проблему, поэтому попробуем рассмотреть их критически.

1. «Торговля: как минимум, развита на местном уровне (внутренняя торговля)». Фиксируется некий уровень, но он характерен и для некоторых политий более низкого уровня

2. «Частная собственность на землю: крайне ограничена». Частная собственность — это правовое понятие, но, судя по пункту 7, в политии только начинается кодификация законов и систематизация набора наказаний, поэтому этот признак некорректен. Или же два этих признака надо представлять совместно: начало кодификации и зарождение частного права

3. «Роль государственной собственности: постоянно возрастающая». Речь идет о государственной собственности, значит, государство уже существует. Скорее всего, это более высокий уровень

4. «Члены аппарата управления находятся на содержании у правителя, позже часть из них получает жалованье». От кого? В чем отличие? Впрочем, в государстве, даже раннем, их обеспечивает либо непосредственно правитель, либо он перекладывает эту обязанность на часть общества. В «вождестве», даже самом развитом, всех, включая самого правителя, содержит «народ» — фактически или формально добровольно. В сложном вождестве добавляется экзоэксплуатация

5. «Наследственный принцип продвижения и карьеры уравновешивается принципом назначения». Этот признак трудно пока определить по источникам. И почему уравновешивается, и в какой степени, пока так же неясно

6. «Судебная система находится на стадии формирования». Слишком формальная фиксация данного признака

7. «Начинается кодифицирование законов и систематизация набора наказаний». То же самое, что и пункт 6

8. «Регулярная система налогообложения существует, но принимает разнообразные завуалированные формы, включающие обязательные работы, регулярные подарки и т. д.». Однако главное здесь, что она все же существует

9. «Начинается идеологическое, мифоэпическое, религиозное обоснование власти. К этому можно также добавить четкие (в отличие от „сложного вождества“) и охраняемые границы. Масштабные постоянные войны как способ наращивания прибавочного продукта, характерные для „сложных вождеств“, уходят в прошлое». Наиболее важным в этом пункте является утверждение, заключенное в последнем предложении. Все остальное присуще политиям и более низкого уровня

Подводя итог рассмотрению разных подходов различных авторов к вопросу возникновения ранней государственности, можно констатировать, что уход от поиска универсальных, общих определений и показателей только запутывает ситуацию. Различные субъективные методики определения уровня общественно-политических образований не приводят к объективному результату, лишают возможности классифицировать и обобщать результаты исследований, а значит, как уже указывалось, принижают значение политической антропологии как таковой. Выходом из этого положения, по нашему мнению, может стать на первом этапе хотя бы выработка единой терминологии, а также утверждение наиболее полной структуры ступеней общественно-политического развития обществ.

Конечно, в мировой истории не существует универсального, единого для всех пути возникновения, построения и развития общественно-политического образования, но есть объективные факторы, которые оказывают на этот процесс основополагающее влияние. Прежде всего, это природногеографические условия, определяющие тип деятельности большинства населения. Тип деятельности и наличие ресурсов обуславливают и характер взаимоотношений внутри общества, и его отношения с внешним миром. Поэтому определение сходных условий сложения политий позволит нам выделить и некие общие черты в их дальнейшем развитии.

Очевидно, что этапы развития различных обществ не могут абсолютно повторять друг друга, но иногда в их общественно-политических структурах мы находим много общих черт, так как «копирование» является объективным процессом при создании новых политий. Как пример здесь можно указать на создание первых варварских европейских королевств, которые во многих аспектах копировали гражданские и военные структуры управления римскими провинциями. В связи с этим заметна теория М. Фрида, который разделил ранние государства на первичные (primitive) и вторичные (secondary). Первичные ранние государства возникали в результате собственного спонтанного независимого развития, в благоприятных для производства и роста численности населения природно-климатических зонах. К таковым он относил Месопотамию, Египет, Китай, Индию, Перу и т. д. Вторичные ранние государства образовывались по соседству, под влиянием уже сформировавшихся первичных центров цивилизации. Влияние