Прекрасная индийская пища — божественно вкусная и исключительно питательная - Шри Чинмой

и возглавь ее армию. Если хочешь, можешь остаться со мной. Женившись на принцессе, я получу все, что мне нужно. Она так прекрасна и внешне и внутренне. Я не решался напасть на ее отца, зная, что не могу сравниться с ним ни в храбрости, ни в силе. Но теперь он добровольно отдает мне свою дочь, и я так благодарен ему. Я также благодарен тебе. Сокровенное желание моего сердца исполнилось благодаря неисповедимым путям Господа».

24 января 1979

Царь Фатул

Жил однажды благочестивый царь Фатул, который правил своим царством с величайшей заботой и состраданием. Само его имя вдохновляло придворных. У него почти не было врагов, все были его друзьями.

Но, увы, был человек, который не выносил царя, и им был его младший брат, которого звали Кабу. Кабу ужасно завидовал, что Фатул правит. «Все восхищаются царем, — думал Кабу, — а до меня никому нет дела. Если бы я стал царем, я бы правил царством мудрее, более божественно и бережно, чем мой брат. Ах, только бы у меня появился шанс!»

Однако подданные царя Фатула считали Кабу никчемным. Они говорили Кабу: «Твой брат позволяет тебе жить во дворце. Скажи ему за это спасибо. Мы никогда не признаем тебя своим царем. Вас нельзя даже сравнить».

Это злило Кабу, и он чувствовал себя несчастным. Но что он мог поделать? Даже если бы он сверг своего брата, народ бы не допустил, чтобы он стал их царем. Поэтому он решил, что самый лучший способ взойти на престол — убить брата.

Царь Фатул догадывался, какие чувства кипели в Кабу. Он пожалел брата и сказал ему однажды: «Не убивай меня, Kaбу, это будет позором для царской семьи. Брат мой, я усердно старался служить своему народу, но сейчас с меня достаточно имени и славы. Если ты хочешь править царством, правь. Но только правь мудро. Я уступаю трон тебе и удаляюсь в лес молиться и медитировать. Всю свою оставшуюся жизнь я посвящу Богу».

Младший брат был так тронут, он припал к стопам старшего брата:

— Я приложу все усилия. Я всегда хотел взойти на трон. Обещаю, что не стану эксплуатировать своих подданных. Они очень дороги мне. Это огромная жертва с твоей стороны, и я глубоко благодарен тебе.

Когда царь покинул дворец, все в царстве горевали и плакали. Трудно даже представить себе, как переживали его преданные. До опушки леса царя провожали тысячи людей, и возвращались с тяжелым сердцем.

Когда Кабу стал править, ему не давала покоя одна мысль — что будет, когда сын Фатула, Гокул, повзрослеет. Он рассуждал: «Сейчас Гокул мал, но пройдет всего несколько лет, и он захочет оспорить мое право на трон, и тогда народ будет на его стороне». Поэтому Кабу приказал сослать Гокула и его мать в ссылку.

Как бы Кабу ни хотел завоевать симпатии народа, ему этого не удавалось. Когда он совершал что-то хорошее, люди принимали это за обман и искали скрытые мотивы. За любым хорошим поступком им виделась неискренность или тайный умысел. Никто не слушался Кабу, все только ненавидели его. Это расстраивало и злило Кабу.

Так продолжалось несколько лет, но царю Кабу так и не удалось добиться расположения народа. В конце концов он заявил: «Довольно, если народ не любит меня, зачем мне править царством? Мне не нужны такие подданные. Я могу жить сам по себе и быть счастливым».

Он подумал о своем старшем брате: «Мой брат был счастлив, когда был царем. Но теперь он бесконечно счастливее. Он молится и медитирует в лесу, питаясь плодами и орехами. Он так счастлив в лесу. Я всегда хотел счастья, это было моим единственным желанием. Я думал, что обрету счастье, став царем, но теперь понял, что, оставаясь царем, я никогда не буду счастливым».

Кабу отправился в лес, чтобы уговорить брата снова занять трон. Но Фатул отказался вернуться: «Я получаю здесь истинную радость. Раньше моя радость не была полной. Я все время боялся, что другие цари нападут на мое царство, или министр станет строить козни, или же подданные восстанут против меня. Я был раздираем всевозможными страхами, волнениями и беспокойствами. Но теперь я обрел покой и радость, и эту радость никто не может у меня отнять. Я не вернусь в царство».

Кабу долго умолял Фатула вернуться: «Пожалуйста, я всеми способами пытался быть хорошим правителем, но подданные не верят в мою искренность».

«Это происходит потому, — ответил Фатул, — что начало твоего путешествия не было божественным. Все любили и почитали меня. Ты же был единственным, кто таил зависть. Бог привел меня в этот мир на несколько лет раньше, чем тебя. Поэтому я стал царем. Отец любил нас одинаково. Как ты думаешь, что он чувствовал на том свете, когда тебя так обуревала зависть, что я был вынужден оставить трон?»

Несколько министров, пришедших с Кабу, стали упрашивать:

— Царь Кабу, возвращайся во дворец. Кто-то же должен быть царем.

— Нет, я не вернусь, — ответил младший брат. — Я тоже буду молиться и медитировать.

Министры стали смеяться, услышав это заявление. Кабу рассвирепел:

— Вы мои подданные и смеете смеяться надо мной?! Вы думаете, что я не способен молиться и медитировать, как мой брат?

— Конечно, способен, — ответили министры. — Но эта способность у тебя еще недостаточно проявлена. Возможно, через несколько инкарнаций так и будет.

Это сильно задело Кабу.

— Я не выйду из леса, — сказал он. — Я останусь здесь и буду молиться и медитировать вместе со своим братом.

— Я не возражаю, — вмешался Фатул, — но для этого тебе требуется больше чистоты.

— Что ты имеешь в виду, брат?

— Чистота — объяснил Фатул, — это искреннее и одухотворенное расширение сердца. Если твое сердце не расширится, ты не сможешь наслаждаться радостью, как я. Мое сердце расширилось, и я стал единым со всеми подданными. Мое сердце расширилось, и я уступил трон тебе. Поэтому я был, есть и буду счастлив. Я получаю радость благодаря своему сердцу чистоты.

— Я ничего не знаю о чистоте и не хочу ничего знать, — ответил Кабу. — Но я знаю, что если ты будешь моим проводником, моей Полярной звездой, я буду счастлив. Если ты будешь вести меня, я непременно обрету счастье и покой. Поэтому я остаюсь здесь, я не вернусь в царство. Оно принадлежало тебе, и тебе я возвращаю его.

Фатул отказался от царства. Кабу продолжал настаивать, и тут один из министров сказал:

— Если оба брата останутся в лесу, кто будет править?