Россия XX века. Вехи и судьбы - Полина Ребенина

опубликовали первые главы из повести «Записки на манжетах» – частично автобиографического произведения о голодной жизни современного писателя. Спустя полгода вышла вторая часть текста, на этот раз в журнале «Россия».

Вместе с тем о газете «Накануне» и ее сотрудниках Булгаков отзывался крайне нелицеприятно: «Компания исключительной сволочи группируется вокруг „Накануне“. Могу себя поздравить, что я в их среде. О, мне очень туго придется впоследствии, когда нужно будет соскребать накопившуюся грязь со своего имени. Но одно могу сказать с чистым сердцем перед самим собой. Железная необходимость вынудила меня печататься в нем. Не будь „Нак <ануне> “, никогда бы не увидали света ни „Записки на манжетах“, ни многое другое, в чем я могу правдиво сказать литературное слово. Нужно было быть исключительным героем, чтобы молчать в течение четырех лет, молчать без надежды, что удастся открыть рот в будущем. Я, к сожалению, не герой».

Михаил Булгаков все больше отходил от публицистики и посвящал себя литературе. В 1923 году он начал работу над романом «Белая гвардия». Днем он писал фельетоны для «Гудка», вечерами трудился над произведением. Татьяна Лаппа вспоминала: «Писал ночами „Белую гвардию“ и любил, чтоб я сидела около, шила. У него холодели руки, ноги, он говорил мне: „Скорей, скорей горячей воды“; я грела воду на керосинке, он опускал руки в таз с горячей водой». В романе описывались события Гражданской войны на Украине через жизнь большой интеллигентной семьи.

У всех героев были прототипы – родственники или киевские друзья Михаила Булгакова. Писатель даже дал семье девичью фамилию своей бабушки – Турбины. В этом романе Михаил Булгаков точно описал отчий дом, в котором семья проживала на Украине. В очерке «Мне приснился сон» он писал: «Помнится, мне очень хотелось передать, как хорошо, когда дома тепло, часы, бьющие башенным боем в столовой, сонную дрему в постели, книги и мороз». Булгаков сравнивал свой роман с «Войной и миром»: персонажи поневоле оказались в центре политических событий и должны были сделать выбор.

Летом 1923 года Булгаков написал «Дьяволиаду» – повесть о делопроизводителе Короткове, которого свела с ума советская бюрократия. Произведение опубликовали в 1924 году журнале «Недра». После выхода текста писатель Евгений Замятин отметил: «У автора, несомненно, есть верный инстинкт в выборе композиционной установки: фантастика, корнями врастающая в быт, быстрая, как в кино, смена картин.. Абсолютная ценность этой вещи Булгакова – уж очень какой-то бездумной – невелика, но от автора, по-видимому, можно ждать хороших работ».

Действительно, многие произведения Булгакова – это сочетание фантастического и реального. Он предпочитал мистику и во многом подражал любимому писателю Гоголю. За фантастическую направленность его произведений Булгакова при жизни величали «безумцем». По его произведению был снят фильм «Иван Васильевич меняет профессию». Уже осенью 1923 года он завершил рассказ «Ханский огонь». Михаил Булгаков был очень продуктивен и вскоре принят во Всероссийский союз писателей.

***

Зимой 1924 года на вечере газеты «Накануне» Михаил Булгаков познакомился с Любовью Белозерской. Эта дама была княжеского происхождения, и после революции вместе с мужем эмигрировала за границу. Но в эмиграции жить не смогла и вернулась в Россию. Булгакова заинтересовала умная, блестящая женщина, могущая составить хорошую пару, и он без особых колебаний принял решение развестись с первой женой и жениться снова.

Любовь Белозерская в мемуарах «О, мед воспоминаний» писала: «Нельзя было не обратить внимания на необыкновенно свежий его язык, мастерский диалог и такой неназойливый юмор. Мне нравилось все, принадлежавшее его перу.. Одет он был в глухую черную толстовку без пояса, «распашонкой». Я не привыкла к такому мужскому силуэту; он показался мне слегка комичным, так же как и лакированные ботинки с ярко-желтым верхом, которые я сразу окрестила «цыплячьими».

В 1924 году Михаил Булгаков написал фантастическую повесть «Роковые яйца». Литератор перенес действие произведения в будущее, в 1928 год. Повесть принесла Булгакову известность: ее напечатали сразу в двух журналах – «Недра» и «Красная панорама», а в 1925 году она вошла в первый сборник писателя «Дьяволиада». Горький писал в письме Михаилу Слонимскому 8 мая 1925 года: «Булгаков очень понравился мне, очень..» В этом же году в журнале «Россия» были опубликованы две части романа «Белая гвардия». Произведение Булгаков посвятил своей второй жене. Однако целиком «Белая гвардия» не была опубликована: журнал разорился, и печать последней части произведения отменили.

В апреле 1925 года Михаил Булгаков получил письмо от режиссера Бориса Вершилова, который предложил писателю поставить роман «Белая гвардия» на сцене студии МХАТ. Для этого требовалось переработать его в пьесу «Дни Турбиных». А для другого Театра, имени Вахтангова, писатель написал новую пьесу «Зойкина квартира». По сюжету, главная героиня открыла в своей квартире дом свиданий под видом швейной мастерской. Булгаков говорил: «Это трагическая буффонада, в которой в форме масок показан ряд дельцов нэпманского пошиба в наши дни в Москве».

Осенью 1926 года прошли сразу две премьеры Булгаковских пьес. 5 октября в МХАТе сыграли «Дни Турбиных», а 28-го в Театре имени Вахтангова состоялась премьера «Зойкиной квартиры». «Дни Турбиных» только за первый месяц показали 13 раз, и все время в зале был аншлаг. Так же популярна была и «Зойкина квартира». Булгаков, благодаря этим нашумевшим постановкам, стал знаменит, деньги потекли к нему рекой, он приоделся и стал теперь жить вполне обеспеченно. По воспоминаниям современников: «Булгаков стал попивать красное винцо, купил будуарную мебель, заказал брюки почему-то на шелковой подкладке. Об этом он рассказывал не без гордости».

Однако критики пьесу не приняли: Булгакова ругали за сочувствие белому движению, «домашнюю контрреволюцию» и «идеологию стопроцентного обывателя». Министерство хотело запретить постановку «Дней Турбиных» как «антисоветскую штучку», но спектакль очень понравился Сталину, который посетил его 14 раз. И решено было спектакль не отменять.

А 7 мая 1926 года в квартиру к писателю неожиданно пришли с обыском. Политбюро начало кампанию против сменовеховцев – русских эмигрантов, которые выступали за примирение с Советской Россией. Несколькими днями ранее был арестован и выслан за границу Исайя Лежнев – редактор журнала «Россия», где печатался Михаил Булгаков.

Вот как об этом вспоминала Любовь Белозерская: «В один прекрасный вечер, – так начинаются все рассказы, – в один прекрасный вечер на голубятню постучали (звонка у нас не было) и на мой вопрос „кто там?“ бодрый голос арендатора ответил: „Это я, гостей к вам привел!“. На пороге стояли двое штатских: человек в пенсне и просто невысокого роста человек – следователь Славкин и его помощник с обыском».

Во время обыска у Булгакова изъяли дневник и сатирическую повесть «Собачье сердце». Историю профессора Преображенского, который превратил бездомного пса в грубого, малограмотного, но успешного в советских реалиях Шарикова, писатель надеялся напечатать в альманахе «Недра». Однако в Госбезопасности произведение охарактеризовали так: «…такие вещи, прочитанные в самом блестящем московском литературном кружке, намного опаснее бесполезно-безвредных выступлений литераторов 101-го сорта на заседаниях «Всероссийского Союза Поэтов». Вернуть рукопись удалось только через три года: за писателя вступился Максим Горький. Повесть так и не была напечатана при жизни автора, но текст распространялся в самиздате.

После успешного дебюта Михаил Булгаков написал для МХАТа еще одну драму о гражданской войне – «Бег». События пьесы происходили в начале 1920-х годов: белое движение уже потерпело поражение, бывшие генералы, преподаватели, священники лишились всего и вынуждены были эмигрировать. Потерянные и беззащитные герои пьесы рассуждали о жизни, долге и семье. Во время работы над этим произведением Булгаков во многом опирался на воспоминания своей жены, Любови Белозерской, которая сама эмигрировала во время революции. В мае 1928 года Константин Станиславский писал: «Бег» был принят театром восторженно, но Главреперткомом не разрешен к постановке. «Бег» запрещен». Резолюцию главного комитета по контролю за репертуаром поддержал Иосиф Сталин: он лично прочел пьесу.

***

А в 1929 году Главрепертком снял с репертуара все пьесы Булгакова. Писатель опять остался без дохода, бухгалтерия МХАТа требовала вернуть аванс за непоставленную пьесу «Бег». Булгаков писал брату Николаю в Париж: «Я сейчас уже терплю бедствие. 15-го марта