Тайный ребёнок от Космического Босса - Кира Иствуд

“Нет! Сейчас не об этом надо думать! — строго сказала я себе. — Сначала решение комиссии. Потом всё остальное… “

Но всё же — ждать было невыносимо.

Я оглянулась, инстинктивно ища опору.

И нашла её. В зоне для слушателей, чуть левее и сзади, сидел Эльзас. На его коленях устроился Арон, увлечённо что-то рисующий на листе, прижатом к отцовской груди.

Эльзас встретил мой взгляд. Его чёрные глаза излучали спокойную, твёрдую уверенность… как будто вообще не сомневался в положительном решении вопроса… Как будто не сомневался во мне.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь вобрать в себя часть его невозмутимости. Мой золотой хвостик, зажатый между бедром и креслом, предательски дрогнул, пытаясь вырваться и щёлкнуть от нервного напряжения.

Я мысленно приструнила его: “Не сейчас. Спокойно”. И снова посмотрела на членов комиссии.

Двоих я знала.

Виан Исбел — атлантианец с проседью у висков и вечно усталыми глазами, которого я однажды уже видела в этой же башне Союза, сидел с недовольным лицом. Рядом с ним – другой атлантианец, совсем седой, незнакомый мне, с лицом учёного-прагматика, перебирал пальцами виртуальные страницы отчёта. И – она… Тёмноволосая шиарийка в строгом костюме угольного цвета.

Её чёрный хвост агрессивно изгибался. Выражение лица было каменным — сжатые губы, резкая складка между бровями. Она что-то говорила Исбелу, тыча пальцем в голограмму. Не просто спорила – цедила слова сквозь зубы, с таким концентрированным презрением, будто он лично оскорбил всех её предков. Её золотистые глаза горели холодным огнём.

Это шиарийка — Линда — как мне было известно из очень тайных и очень надёжных источников,та самая бывшая возлюбленная атлантианца Исбела — и моё препятствие на пути к одобрению исследования. Она до сих пор зла на Исбела и, уж конечно, проект, связанный с атлантианцами, шиарийцами и их общим счастливым потомством… ей как кость поперёк горла. Но надеялась, что виане Линде хватит профессионализма посмотреть на проект объективно…

И тут Исбел вздохнул — тяжело, всем телом. И поднялся. Подошёл к стойке для объявлений. Купол тишины отключился с едва слышным шипением.

– Виана Диана, – голос Исбела звучал глухо, – Комиссия рассмотрела ваш проект ”Гармонизация репродуктивных процессов в альфа-расах с применением генно-модулирующей терапии на основе человеческого образца”. И после первого этапа обсуждения… – он сделал паузу, его взгляд скользнул по Линде, сидевшей с каменным лицом, – выносится предварительный отказ. Объявляется перерыв на один стандартный час. Окончательное решение будет оглашено сразу после.

Предварительный отказ…

Меня словно ледяной водой окатило.

Линда торжествующе ухмыльнулась, её чёрный хвост удовлетворённо изогнулся. Я знала процедуру. Предварительный отказ почти всегда становился окончательным. Особенно при таком… настрое одного из ключевых членов Комиссии.

Зал ожил. Все поднимались со своих мест, разговаривали. Толпа потянулась к выходам. Я сидела как парализованная, глядя на пустую стойку, на пустые кресла членов Комиссии.

Линда уже встала и направилась к выходу.

“Нет”, — мысль прорвалась сквозь оцепенение, острая и ясная.

Нет, я не сдамся просто так! Не ради себя! Ради тех пар, которые ждали этого шанса!

Поднявшись, я намеренно расправила плечи. Мне нужно было достучаться до Линды. Хотя бы попытаться.

Пробираться через толпу было нелегко. Психологически… Я ловила на себе взгляды – сочувствующие, любопытные, равнодушные. Линда уже была почти у бокового выхода, её чёрный костюм резко выделялась на фоне светлого мрамора стен.

– Виана Линда! Подождите!

Она остановилась, медленно обернулась. Ледяной взгляд женщины упал на меня. Ни тени удивления, только ожидаемое раздражение.

– Диана, – голос Линды был ровным, как у робота. – У меня мало времени.

– Пожалуйста, – я подошла ближе. – Всего минуту! Я понимаю ваши… опасения. Но мой проект… он может дать шанс тем, кто хочет создать семью, но сталкивается с непреодолимыми биологическими барьерами. Человеческий геном – ключ. Он не заменяет, он гармонизирует. Мы провели тысячи симуляций, доклинические испытания на клеточных культурах показали…

– Доклинические, – она перебила меня, презрительно растягивая слово. – Симуляции. Игра в Бога на стадии гипотез. Виана, природа расставила барьеры не просто так. Альфа-расы – вершина эволюции в своих нишах. Смешение… – она сделала паузу, и в её глазах мелькнуло что-то глубоко личное, болезненное, – это путь к деградации. К ослаблению генофонда. К непредсказуемым мутациям. Ваши “ключи” могут открыть ящик Пандоры. Риск неоправдан.

– Но в тысячах симуляций не было ни одного нарушения структуры! – не сдержалась я, чувствуя, как закипаю от её слепого консерватизма, приправленного личной болью. – Мы говорим о контролируемой, точечной терапии! О спасении жизней, о рождении желанных, здоровых детей! О возможности для атлантианцев и шиарийцев…

– Достаточно! – отрезала Линда. Её чёрный хвост разрезал воздух как плеть, со свистом. – Я услышала ваши аргументы, виана. Они не убедительны. Мне некогда продолжать этот бесполезный разговор. – Линда резко развернулась, продолжая путь к дверям.

Мне не оставалось ничего, кроме как расстроенно смотреть в её в спину.

– Тётенька! Подождите! — вдруг раздалось неподалёку.

Это был голос Арона!

Мой сын выскользнул откуда-то сбоку. Его золотые глаза сияли, как два солнца. В руке он сжимал лист бумаги – тот самый, на котором рисовал. Он подбежал к Линде и, не смущаясь её ледяного вида, протянул рисунок.

– Это вам, красивая виана! – заявил он звонко, очаровательно улыбаясь. Милейшие ямочки проступили на его лице. Его золотой хвостик изогнулся, замер, а затем начал щёлкать. Раз. Два. Три. С идеально ровными промежутками, как метроном. Тик-тик. Тик-тик.

Линда застыла.

Она смотрела то на рисунок (на нём, судя по мелькнувшим линиям, была изображена строгая дама с чёрным хвостом, окружённая какими-то загадочными узорами), то на сияющую улыбку моего сына.

Что-то дрогнуло в её каменном лице. Уголки губ словно против её воли, поползли вверх. Она улыбнулась. Сначала неуверенно, растерянно, будто удивляясь собственному выражению лица, а потом – шире.

— Спасибо, — её голос звучал неуверенно.

— У вас такой хвост!.. Я его так и нарисовал, посмотрите, какой красивый. А вот эти линии, ваш псионический узор… это как магия, как у волшебницы. Вы умеете управлять магией? Мама говорит, у вас очень важная работа! – щебетал Арон, не отводя от Линды сияющего взгляда. Его хвост продолжал свой ритмичный щелчок. Тик-тик. Тик-тик.

– Псионический узор… – повторила Линда, – но юный виан, шиарийцы не видят псионческий узор. Это атлантианский спектр…

– Я вижу! И мой братик… он еще не родился, но тоже уже видит.