Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников

раздувать историю никто не хочет, и лучше оставить её достоянием потомков в виде семейной легенды. Я намекнул, что наличие «сокрывающих амулетов», навешанных на демонов, не то чтобы «секрет-секретов», но не та тема, которую стоит обсуждать во всеуслышание, однако, раз уж так совпало, и раз боевой напарник Джингуджи прикрывает спину моей наречённой в бою (фактически, хранит её для меня, если по «старому» канону самурайского служения) и не только (что ещё важнее!), то почему бы клану Амакава, в благодарность, не выделить некоторое количество из эксклюзивных «аппаратных решений» для сугубо лучшего «хранения»… Честно говоря, я бы приставил к химэ двенадцатого клана снятую с дежурства четвёрку… но — не оценят-с. Не Кабураги, конечно же — тот явно был не очень силён и как раз был бы не против обзавестись подобной «прослойкой» между его телом и угрозой диких аякаси (силу и слаженность действий, а так же управляемость, он уже оценил), а вот лидеры других кланов экзорцистов и первые лица… потенциальных клиентов. Потеря лица, всё такое. Традиции Японии — та ещё палка о двух концах. Комитетчик правильно понял намёк о служении долгу — когда вся эта бодяга закончится нашей с Куэс официальной свадьбой, Хайго мог рассчитывать на благодарность главы старого клана — включая фактический «приём на работу». Судя по тому, как его это… активно заинтересовало, в Комитете его положение было не особо хорошим.

В общем, не сказав друг другу ни одного слова прямо, мы, фактически, заключили договор «о добрых намерениях» — самое смешное, что буде переведён на один из европейских языков, наш трёп читался бы как довольно пустоватая высокопарная болтовня… а на японском — чуть ли не образец прямой речи и однозначный стиль изложения своей позиции. Ох, не даром в школе японские детки изучают классическую литературу — жаль только, что как надо, со всеми нюансами, объясняют значение и смысл отдельных частей речи участников только там, где учится элита… Интересно, у нас с русским языком та же фигня была? Хотя да, о чём это я — после реформы Петра нашего Первого, аристократия «кушала» исключительно европейские языки. Вот у купцов, наверное, ещё долго оставалось… бледное подобие «боярского» стиля речи. С другой стороны, вроде на Руси для подчёркивания статуса были приняты многочасовые ме-е-едленные говорильни за столом… Может, потому и «отмерли»: в этом смысле островные традиции оказались несколько удачнее. Хотя бы просто потому, что еды на «много часов» беседы у аристократов частенько просто не было, а за зелёным чаем долго не просидеть — он же ведь ещё и прекрасное мочегонное. Да-да, опять классическое «бытие определяет сознание».

К слову сказать, Кабураги-сану разговор дался нелегко — ему приходилось следить за своей речью — практики не было. К концу заключения негласных договоренностей его лицо было покрыто мельчайшими капельками пота: могу его понять. Весомость моим словам придавала не только моя одежда, и одежда «тройки» охраны, личное владение вот этим домом в Киото, которое я вскользь упомянул, но сам характер беседы… и чётко обозначенная «разделяемая мною позиция моих старших партнёров, уважаемых Охаяси». Интересно, Мерухи проводила с куратором такую же беседу? Хотя нет, вряд ли у главы, фактически, международной корпорации, нашлось время — вот из подчинённых… Скорее даже просто в очередной раз воспользовалась связями в Комитете, на две трети «магического» состава представленных «принятыми» Джингуджи. Кстати, забавно, но Охаяси и Джингуджи относились, фактически, к одной и той же «правой фракции», тогда как Тсучимикадо, например, были «слева», поддерживая и проводя через себя американскую внешнюю политику. Гм, а «независимые правые силы», ратующие за «национальные интересы», проводили политику Китая и, отчасти, России — по крайней мере, их «внешние» доходы висели на каналах импорта-экспорта к этим соседям Страны Восходящего Солнца… блин, надо прекращать уже про политику — так можно на весь день настроение убить. Ну кто виноват, что у Островов слишком мало территории, чтобы иметь по-настоящему полную независимость? Впрочем, на данном этапе развития техники, информационных технологий и культуры, позволить себе «настоящую независимость» не может уже никто в мире…

— …Завтрак готов, знаешь ли! — Оповестила от кухонных дверей Мизучи. Похоже, она так простояла некоторое время, ожидая конца «официальной беседы». — И кофе (Джингуджи сонно повернула голову на звук) со сливками! (Теперь уже отреагировала Химари).

— Мы там все поместимся? — Уточнил я у Мизучи, и, дождавшись кивка, сказал громче. — Тогда всем — завтракать!

И поспешил подхватить под локотки две шатающиеся тушки, пока они не вошли «мимо двери». Потому что, что одна, что другая, при определённом стечении обстоятельств могла и «новую дверь» собой проделать, знаете ли! Рисковать я не стал.

Интерлюдия 18

Япония. Киото,

Кабураги Хайго

Старый клан, молодой клан — раньше для Хайго отличие было чисто умозрительным. В том смысле, что умом он понимал: многовековые традиции в чём-то — круто, но вот так, «ткнутые в нос», доказательства этого тезиса — это… впечатляло! Главе Амакава, как он выяснил в тот же день, было всего тринадцать… или уже целых тринадцать лет, если судить по поведению! Вроде как (доступ к личному делу «не-своего» мага был ограничен чисто биографической информацией, психологический профиль и подобные материалы были закрыты) круглый сирота с девяти лет… Ксо! Как нужно воспитывать ребенка, чтобы манеры потомственного аристократа так пропитали характер! Причём за завтраком Амакава-сама легко и непринужденно переключился в «Юто-кун-мод», и его можно было принять за обычного подростка… если закрыть глаза, как он вертит, не повышая голоса, пятью своими девицами (которые, к слову, зовут его вообще без суффиксов)… и как буквально каждое слово вака-доно мгновенно исполняют «прирученные» демоны! Демоны, н-да…

Честно говоря, встретив такого замаскированного аякаси на улице города, Кабураги никогда бы и в голову не пришло, что он может быть не человеком! Ну, пока тот не демаскирует себя прыжком с места выше головы или ненормально быстрой реакцией. Сначала Хайго списал всё на клановую обработку, способную превратить разумного духа в «живой» инструмент… но потом подумал, и у него честно стали закрадываться сомнения. Демоны шутили, подкалывали друг друга, гибко приспосабливались к смене обстановки, довольно живо реагировали на обычные человеческие вопросы, вроде достопамятного завтракоужина… в общем, проявляли все черты воспитания. Хайго, разумно себя полагая плохим психологом — специального образования не было, с этого и начались его «мытарства» внутри структуры Комитета, окончившиеся «сбагренной» ролью «няньки» при Джингуджи, однако… однако, судя по общению усаженных, кстати, за общий стол вместе со