Боевая техника русской армии в огне Первой мировой войны - Алексей Владимирович Олейников

планируется такая атака. Тактический план атаки разрабатывает начальник дивизии, на участке которой расположена команда, при участии инспектора артиллерии корпуса. Начальник химической команды, выбрав момент начала газопуска, заблаговременно докладывает начальнику дивизии – и последний отдает соответствующее распоряжение.

Газовая атака осуществляется лишь в полном соответствии с метеорологическими условиями, при всестороннем содействии артиллерии и наличии фактора внезапности. Пехота (по возможности) принимает участие в развитии газовой атаки. Войска на участке безусловно предупреждаются о последней.

Уже в июле 1915 г. было предположено сформировать[113] 1–11-ю химические команды – для всех армий австро-германского фронта. А распоряжением Главного артиллерийского управления несколько заводов (в частности, самый большой на юге России в Славянске) были приспособлены для выработки помещаемых в баллоны удушливых газов (по ¾ пуда сжатого газа в каждом). Первоначально было заказано 4000 таких баллонов.

Документ отмечал, что такие баллоны (удобные для переноски за особые рукояти даже одним человеком), снабженные кранами (к которым перед пуском газа присоединялся резиновый шланг в 2–3 сажени длиной), предназначались для газопуска из окопа или укрепления.

Поворот крана приводил к опорожнению баллона в течение 3–4 минут. Успех газобаллонного метода обеспечивался рядом предпосылок, важнейшая из которых – направление ветра в сторону противника. Так как выпускаемый газ в 2–3 раза тяжелее воздуха, то он медленно стелился, отравляя все живое. Подразделения, осуществлявшие газопуск, оснащались особой экипировкой.

Формирование газовой волны осуществлялось посредством газопуска из газовых баллонов, объединяемых в газовые батареи. Жидкий газ под влиянием давления внутри баллона вырывался через форсунки наружу, создавая газовую волну. Установка баллонов осуществлялась в передовых окопах, нишах или блиндажах – по определенной системе.

Особенно опасен был газопуск волнами – через определенные временные промежутки.

Среди тактических приемов противодействия газобаллонной атаке: 1) пассивные (надевание масок, противогазов и особых костюмов) и активные (артиллерийский удар из стволов всех калибров как по приближающемуся газовому облаку, так и пространству за ним; немедленная энергичная контратака подвергшихся газовой атаке частей; разведение костров вдоль переднего края; поливание движущихся газов водой). Все чины на 5-верстную глубину от передовой были обязаны носить противогазы.

Расчет количества химиков определял, что на фронте армейского корпуса одновременно располагалось не более 48 рот, и следовало ориентироваться на цифру – 1 химик-инструктор на роту (с добавлением 10 % на убыль – 53 человека). Предположено иметь 1 ефрейтора-химика на батальонный и унтер-офицера-химика на полковой участки позиции.

Создавалась сеть складов – как заводских, так и промежуточных и на позиции. Так, на схеме расположения 5-й химической команды и ее складов к 10 марта 1917 г.[114] близ оз. Нарочь (участок 20-го армейского корпуса 5-й армии) отмечены: 2 склада в ф. Гать (специального имущества, кроме баллонов; противогазового имущества), склад на ст. Залесье (специального имущества), склад в г. Минск (специального имущества), в то время как штаб команды, нестроевой взвод и склад баллонов располагались близ дороги в Ольсевичи (у д. Бусы).

Штат химической команды от 2 августа 1915 г.[115] включал 2 офицеров (начальник – обер-офицер до чина штабс-капитана включительно; помощник начальника), врача, 2 техников, 99 строевых нижних чинов (67 рядовых, остальные – унтер-офицеры различных рангов до фельдфебеля включительно) и 5 нестроевых нижних чинов. Спецификой было то, что команда являлась не только орудием борьбы с противником путем применения удушливых газов, но и была кадром для своей армии в деле организации противогазовой обороны. Соответственно, указанный личный состав являлся инструкторским, тогда как прочее необходимое число химиков-рядовых добиралось из числа прочих чинов, по возможности знакомых с газовой войной (из расчета возможности проведения газовой атаки на 10-километровом участке – участке армейского корпуса; каждый нижний чин команды отвечал за газопуск из 5–7 баллонов). Не являясь отдельной частью, химкоманда состояла в прикомандировании. Специальное имущество: 7000 тридцатифунтовых баллонов с ядовитым газом, 5 ветроизмерительных приборов, 2 легковых автомобиля-внедорожника и 2 грузовых автомобиля-полуторки.

В январе 1916 г. 11 химических команд были переформированы[116]. Так, документ отмечал, что опыт боевой работы 1-й химической команды, сформированной по Высочайше утвержденному штату 2 августа 1915 г., показал, что при существующей организации действие команды на широком (10-километровом) фронте чрезвычайно затруднительно. 2 офицера, положенные по штату, не в состоянии уследить за правильными действиями команды. Признавалось необходимым довести минимальное число офицеров до 5 человек. Недостаточен и состав нижних чинов (всего 99 человек) команды – тем более, что часть из них предназначена выполнять функции инструкторов. Общее число нижних чинов признавалось равным 227 бойцам. Также предлагалось особое внимание уделить метеорологической части, как и в целом техническому оснащению химкоманды. Так как команда придавалась каждой армии, то была сформирована и 12-я химическая команда.

Команды переформировывались по новому штату – от 30 января 1916 г.[117] Теперь в состав химической команды уже входило: 5 офицеров (начальник и 4 младших офицера), 3 военных чиновника (младший врач, метеоролог, делопроизводитель), 210 строевых нижних чинов (164 рядовых, остальные – унтер-офицеры – 105 химиков, 16 метеорологов – наблюдателей, 25 телефонистов, 6 шоферов, 2 мотоциклиста, фотограф, 8 денщиков, конный ординарец), 17 нестроевых нижних чинов, 2 верховых и 6 обозных лошадей.

Теперь уже расчет чинов исходил из газового удара на вдвое более коротком фронте, а в состав специального имущества (при том же числе автомобилей) входили 5000 тридцатифунтовых баллонов.

Наконец, временный штат команды от 29 августа 1916 г.[118] сообщал о следующем ее составе: 6 офицеров (из числа лиц, получивших специальную подготовку; в т. ч. начальник – обер-офицер до чина капитана включительно и 5 младших офицеров – до чина штабс-капитана включительно, вкл. заведующего хозяйственной частью), 3 чиновника (младший врач, метеоролог (может быть заменен получившим специальную подготовку прапорщиком) и делопроизводитель), 280 строевых нижних чинов (фельдфебель, 9 старших и 12 младших фейерверкеров, 26 бомбардиров и 232 канонира) и 28 нестроевых нижних чинов (2 писаря, 3 фельдшера, 2 мастеровых, 4 санитара, 12 обозных и 5 денщиков). Команда располагала 2 верховыми (для командира и конного ординарца), 13 артиллерийскими (2 для телефонистов и 11 к подвижному составу команды) и 11 обозными лошадьми.

Подвижной состав команды включал: 2 легковых автомобиля, 2 грузовых автомобиля (полуторки), 2 мотоцикла, 2 телефонные двуколки (при 2 лошадях), 4 парные повозки образца 1884 г. для перевозки противогазового и метеорологического имущества, инструмента и фотографических принадлежностей при 8 лошадях и запасную лошадь. Интендантский обоз – 2 походные кухни кавалерийского образца при 4 лошадях, 3 парные повозки образца 1884 г. для возки провианта и фуража при 6 лошадях и запасную лошадь.

Команда располагала баллонами с жидким газом в количестве, определенном заведующим средствами химической борьбы фронта (по штату – 6000), гидропультами, улавливателями вражеских удушливых