Хозяйка лавки древностей. Не рычи, дракон, это моё! - Дита Терми

При контакте с чистой стихией его магия шипит, становясь менее яркой и менее смертоносной, но всё же не исчезает до конца. Опасность всё так же нависает надо мной. Гарлок всё ещё держит свой клинок и глядит на меня.

Он отряхивает свободной рукой свою одежду от брызг.

— Впечатляет, — цедит он сквозь зубы. — Но этого недостаточно, чтобы меня остановить.

Тёмный клинок из дымки вдруг резко рассекает воздух в моём направлении. Я едва успеваю вскинуть руку, формируя щит из воды, который принимает на себя удар с оглушительным треском.

Вау. Ну к такой эпичной драке я никак не была готова. Мне бы хоть парочку уроков получить по самообороне магией. Я и так не слишком-то спортивный человек, а теперь жалею об этом. Как побить этого злодея?

Магия внутри меня бушует, требуя выхода, и я позволяю ей течь свободно. Я направляю потоки, закручиваю их спиралью вокруг противника, лишая его пространства для маневра. Действую так, как шепчет мне интуиция. Ну и вспоминаю попутно советы Флюма. Хотя сейчас бы не прочь и на полную катушку, как тогда в доме леди Верении.

Но в любом случае у меня явно есть успехи. Гарлок отступает, пытаясь удержать контроль, но каждая новая волна становится мощнее предыдущей. У меня даже возникает подозрение, будто источник под лавкой подпитывает мою силу.

Почему бы и нет? Если он питал тётушку Розетту, то почему бы не мог и подпитать меня? Мы всё-таки одной крови.

— Хватит! — рявкаю я.

Я вкладываю в свой удар всю свою силу. Последний рывок магии обрушивается прямо на Гарлока, сбивая его с ног, прижимая к полу мощным потоком, лишающим возможности пошевелиться.

Он хрипит, пытаясь вырваться, но моя магия держит его крепко. Впервые за весь этот безумный вечер, да, впрочем, за всё время, что живу в новом мире, я чувствую абсолютный, непоколебимый контроль над собственной силой.

Я не знаю, что мне делать дальше, но и поразмышлять об этом не успеваю. Люк в подвал открывается и внутрь влетает вихрь, которого зовут Эдрианом.

Я успеваю заметить, что его глаза горят драконьим золотом, зрачки вытянутые, опасные. Ноздри раздуваются от едва сдерживаемой ярости. Вокруг него будто огненный ореол образуется. Кажется, словно он вот-вот сорвётся и спалит всё к чёрту.

— Гарлок, — рычит Эдриан.

Дракон бросается вперёд, и удар его кулака отправляет уже обездвиженного моей магией противника в глубокий, беспощадный обморок. Я изумлённо смотрю, как мой защитник один за другим отпускает удары на тёмного торговца.

— Хватит, Эдриан, он уже без сознания! — кричу я, пытаясь привлечь его внимание.

Правда реагирует он не сразу. Но потом замирает, тяжело дыша, резко разворачивается ко мне, и в следующий миг я уже оказываюсь прижатой к его груди. Эдриан лихорадочно ощупывают меня, будто он пытается убедиться, что я цела, что со мной действительно всё в порядке.

— Эдриан! — я смеюсь, легонько отпихивая его. — Я справилась сама!

— Я не почувствовал, — произносит он с отчаянием. — Не почувствовал сразу, что тебе плохо, что ты в опасности. Прости меня, Тася. Я безнадёжен. Я пытался эти дни держать дистанцию, отстраниться, защитить нас обоих от повторения истории деда и Розетты... но я не могу. Просто не могу.

Он впивается в меня таким горячим взглядом, что у меня мурашки бегут по коже. Теперь уже совершенно другого толка. Теперь сердце стучит набатом, и я чувствую то, что всегда повисает между нами. Жгучее напряжение, электричество, страсть.

И… любовь. Такая всеобъемлющая, что её сложно держать в себе.

— Я не знаю, как жить без тебя, — хрипло произносит он. — Я пытался. Действительно пытался, ради твоей безопасности. Но каждый день без тебя — это пустота. Я... люблю тебя, Тася.

Признался. Господи. Я уже и не надеялась, что этот дракон скажет мне эти заветные три слова. Я думала, что он закроется от меня навсегда, что он будет скрежетать зубами, но не скажет.

— И я люблю тебя, Эдриан, — отвечаю я, наконец-то озвучивая вслух то, что давно было у меня на душе. — И пусть мы сгорим, мне плевать. Я готова пойти на этот шаг, готова рискнуть всем ради нас с тобой… Эдриан, я хочу гореть именно с тобой.

Он секунду размышляет над моими словами, а затем притягивает к себе, и наши губы встречаются в поцелуе. Мы целуем друг друга страстно, отчаянно. Я цепляюсь за его плечи, забывая о том, что в моей руке всё ещё зажат артефакт, что в подвале валяется Гарлок…

Надо бы разрешить все вопросы, надо бы поговорить о случившемся. Да много чего надо! Но я ни слова против не говорю, когда Эдриан подхватывает меня на руки и решительно направляется вверх по лестнице. Мы выбираемся в зале, а следом дракон безошибочно несёт меня в сторону спальни.

Проходя через торговый зал лавки, замечаю Игнара и Флюма, которые наблюдают за нашим шествием с абсолютно понимающими, чуть насмешливыми выражениями. Мне кажется, будто эти двое спелись за нашей спиной. А ещё они точно знали, что всё закончится именно этим.

Но стоит нам приблизиться к желанной цели. Мы уже переступаем порог комнаты, как в дверь начинает кто-то настойчиво стучать.

— Кто там? — спрашиваю я нервно, отрываясь от губ Эдриана.

Этот странный, но такой желанный момент романтики стремительно рассыпается перед новой порцией неожиданностей. Ну сколько можно, а? Мы можем просто побыть вдвоём без всяких сюрпризов?

Из-за двери доносится до боли знакомый голос.

— Милая, это мы. Твои родители.

Глава 42. Благословение

Глава 42. Благословение

Эдриан вопросительно смотрит на меня, и я киваю. Он опускает меня на ноги, и я спешу открыть дверь. На пороге действительно стоят мама с папой. Они явно устали с дороги, но я вижу в их глазах абсолютное любопытство. Они разглядывают лавку так, будто оказались в музее редчайших диковинок.

Ну… по сути это так и есть. У меня здесь столько всего интересного. Не пересчитать, чего я только не нагляделась за эти дни, и пыль с рога единорога — самое безобидное, что можно было увидеть.

— Мама? Папа?

Я застываю на места, прижимая к груди проклятый артефакт. И это, кстати, мне снова напоминает о том, как мы только что безрассудно забыли о