Измена. Без права на дочь - Анна Томченко

 — Иди ты знаешь куда!

 Я-то пойду, но вот думаю, что трещина в копчике в середине беременности это такое себе мероприятие. Я, помню, ходила беременная словно с хрустальной вазой на голове. И не носила вообще каблуков, потому что боялась упасть. А Катерина как будто считает, что заколдованная и ничего не может с ней случиться.

 — Звони, — снова подтолкнула я Катю к выбору, потому что возле тротуара уже парковалась скорая.

 — Дура! Никому я звонить буду.

 — А я не собираюсь брать на себя ответственность за твой живот, — я встала и махнула рукой фельдшеру скорой. Мужчина оказался взрослым и очень уверенным в своих словах. Катю быстро погрузили на носилки и увезли в машину. Я стояла и смотрела на эту картину и не могла понять, что это вообще всё было. Что за перформанс?

 Не придя ни к какому выводу, я вернулась в салон и пошла переодеваться. До прихода мастеров оставался час, надо быстро навести порядок. Но я всё равно не успела. Дверной колокольчик звякнул и на пороге появилась Крис, девушка с розовыми волосами и пирсингом в самых непредсказуемых местах. Кристина была мастером маникюра.

 — Тебе помочь? — пробегая мимо меня в подсобку, спросила Крис. — Ты обычно в это время чай уже пьёшь.

 Я подняла на неё глаза ещё раздумывая, что делать, но всё же начала рассказывать о веренице злоключений. Выслушав меня и заварив две чашки чая, Кристина задала резонный вопрос:

 — А почему ты вообще скрыла беременность?

 — А надо было рассказать всё человеку, который предпочёл другую женщину о беременности и радоваться подачкам? — я распустила волосы и прочесала их. Крис, догадавшись, перехватила расчёску и стала заплетать мне косы.

 — Гордая… — протянула Крис.

 Нет. Я не сильно гордая. Просто мне было больно. Сердце заходилось неровным бегом. Я так ждала того свидания. Наши отношения с Владом были очень правильными. Мы не устраивали скандалы и не подозревали друг друга в неверности. У нас всё шло как по плану: знакомство, свидания, переезд, общий быт. Я помню один из разговоров.

 — Неужели ты вот просто так готов хоть завтра завести детей? — у Влада в руках коробка конфет и он по одной штучке кладёт мне их в рот.

 — А почему нет, Аглая? Дети — это не проблема, это счастье…

 Я тогда пожала плечами, потому что не совсем хотела, чтобы мой ребёнок был рождён вне брака, и мне казалось, если Влад стал говорить на такие темы, то предложение руки и сердца не заставит себя долго ждать.

 Я готовилась. Я всё больше замечала задумчивых взглядов на себе. Мне хотелось одновременно и знать, когда наши отношения с Владом перейдут на новый уровень и не хотелось, потому что лучше сюрприза, что может быть?

 Но судьба распорядилась иначе.

 Я не беременела специально, но хотела детей. Просто в какой-то момент поняла, что ребёнок от Влада будет самым лучшим подарком. Я продолжала предохраняться, но…

 В одно утро я проснулась с жутким ощущением чего-то неправильного внутри. В желудке так всё тряслось, что я заподозрила в себе целый букет заболеваний, но пока боролась с истерикой, организм решил иначе действовать, и меня начало тошнить. По-моему, как тогда меня выворачивало, я больше никогда так не блевала. Хорошо, что в то утро Влад уже успел уехать на работу, и поэтому я просто выла возле унитаза и боялась даже подумать в сторону кухни. Воспоминания об ужине рождали новые рвотные спазмы.

 Я не пошла на работу, и к обеду внутри вроде бы всё успокоилось. В ближайшей клинике сделала УЗИ желудка, но всё было хорошо. Только к вечеру я додумалась сделать тест на беременность и не поверила своим глазам. Хотя потом мне гинеколог объясняла, что иногда противозачаточные тоже дают сбой.

 Я не знала как сказать Владу про беременность. С одной стороны, он считал детей счастьем, а с другой — неправильно получилось, хотя я не сделала это намеренно. В итоге пострадав с неделю, я так и не сказала Владу ничего, а потом он, вернувшись из командировки, пригласил меня в ресторан. И я была уверена, что это предложение руки и сердца. Я ещё раз сделала тест на беременность, хотела в обмен на предложение рассказать, что нас скоро станет трое.

 Как сейчас помню своё платье цвета антрацита с пудровым ремешком на талии. Как будто вчера всё было. И моё смущение, когда теребила салфетку, не поднимая глаз на Владислава, который был особенно хорош в своих строгих костюмах. Отчётливо в памяти замерли серебряные блики его часов на руке. А ещё аромат ветивера. И какие-то смешные неправдоподобные слова:

 — Аглая, наша с тобой связь… — он отвлекается и отпивает из бокала белого вина, а я не притрагиваюсь к алкоголю. — Ты же знаешь, что это для меня бесценно. И мне казалось, что с таким везением можно столкнуться только один раз в жизни…

 — Да, ты прав, — я действительно считала, что так идеально подходящие друг другу люди, просто обязаны жить долго и счастливо. Серьёзный и уравновешенный Влад и добрая и милая я. Идеальное сочетание. Как инь и янь.

 — Но я ошибался, Аглая.

 У меня внутри всё упало. Перед глазами потемнело. Я замерла с приоткрытым ртом и не знала, что сказать. Я потеряла дар речи, а сердце тогда зашлось безумным бегом, как будто хотело выпрыгнуть из груди. Тест на беременность, что лежал на стуле под юбкой, стал нестерпимо жечь. Я медленно, слишком медленно, для здорового человека понимала ужас сказанных слов, что раскалёнными щипцами только что оторвали кусочек души.

 — Я тебе изменил. Мы расстаёмся.

 Крик застыл в горле. По позвоночнику прокатилась волна мурашек. Дыхание было рваным, как будто вот-вот хлынет безудержная истерика. Как будто я медленно умирала. Как будто меня предали. Но…

 Меня предали действительно.

 Растоптали мои чувства. Вытерли о них ноги. Прошлись грязными ботинками.

 Не понимая, что мне говорит Влад, я переспросила:

 — Зачем? — в душе начали вспыхивать островки пожара, который лениво подбирался к сердцу, чтобы спалить его в пламени боли. И боль эта была с привкусом ягодного щербета с мятой.

 Вкус предательства.

 — Мы не подходим друг другу. Я был со своей бывшей девушкой.