Скрипка. Я не буду второй - Катя Хеппи

Дан все-таки соизволил явиться на репетицию, но очевидно не для того, чтобы подтянуть меня в исполнении.

— Помоги мне… — отчеканила я, сама понимая, что не тяну.

— У тебя уже есть помощник, — Пантера кивнул на Тошу, который настраивал под меня басы.

— Это твоя песня. Ты, очевидно, лучше представляешь, как она должна звучать.

— Она должна звучать без тебя, — это слышалось очень гневно и убийственно для моей гордости.

Сегодня все не поленились сказать мне это.

Хореографию не тянуло моё тело.

Моя скрипка не вписывалась ни в один номер.

А петь не по нотам я не умела. Я не могла “примерить” песню под себя, потому что не знала возможностей своего голоса. Я могла только хорошо повторить за оригиналом.

Звукорежиссер после четверти часа занятий со мной сбежал, сказав, что я сырая как картошка. “Жарить картошку” согласился друг. Но хоть Тоша и крутой музыкант, он терялся, не зная концепции новой песни.

— Так избавься от меня, — кричала я, но больше не от злости, а от унижения. — Герда передала мою просьбу продюсеру, но он отказался менять под меня программу выступления.

Я бухнулась на стул от обиды. Было слишком низко осознавать, насколько я пустышка в музыке.

Знаете, сейчас я даже согласилась бы со всеми насмешками Чернова, но он молчал.

— Анька, сорри, но у меня по расписанию встреча с клипмейкером.

Я лишь устало кивнула на уход Тоши.

— Несколько часовая репетиция каждый день, Скрипка, — расширяю глаза, не веря в услышанное.

Поднимаю голову, но с положения сидя не вижу лица, а только как при каждом вдохе яростно поднимается и опускается грудная клетка Пантеры.

Не знаю даже, каких усилий ему стоило снизойти со своего пьедестала до меня.

— С тобой? — спросила и по его недовольно вздоху поняла ответ и без слов.

— Будешь халтурить, я тебя просто вышвырну.

Удивительно, но настроение как-то даже улучшилось. Появилась надежда, что я на первом же выступлении не упаду лицом в коровью лепешку. Возможно, меня закидают только тухлыми яйцами.

— За что такое везение? — игрово произнесла я, запрокидывая голову к небесам.

Но вместо потолка сталкнулась с глазами цвета горячего шоколада. Пантера в прямом смысле нависал надо мной.

Отодвинуться, оттолкнуть, отскочить от парня.

Я думала, что поступлю именно так.

Но в действительности я не хотела отходить от него. Я смотрела во все глаза, чувствовала его присутствие всем телом и дурела от того, как я ощущала его рядом. Я чувствовала его запах, его дыхание. Чувствовала невесомые искорки то тут, то там обжигающее мою кожу.

Я очень старалась делать вид, что ничего необычного со мной не происходит.

Но происходило…

И не только со мной…

Дан сменил свою лютую мордашку на другую. Сложно поверить, но Чернов словно засмотрелся на меня, завис. Испарилось его злое сопение и гневное раздувание ноздрей. Он медленно, зачарованно водил взглядом по моему лицу, шее, плечам. Горел каждый миллиметр моего тела, обожженный его горячим шоколадом.

Жарко, но трясет словно от холода.

А страшнее всего то, что он приближался…

— Пантера, остановись! — мысленно просила я. — Ты последний человек, с которым я хочу быть так близко. Ты последний, чьи прикосновения я хочу ощутить. Ты последний, чей тяжёлый затуманенный взгляд должен сбивать моё дыхание.

Ещё мгновение и кончики наших носов соприкоснутся. Глаза в глаза и очередной прерывистый выдох щекочет мои губы, искусанные уже, наверно, до крови.

Я краснею от накативших эмоций.

Слишком откровенных, горячих и напряжённых.

Но таких пустяковых для парня.

Чернов сглотнул, слегка приподнял бровь и выпалил саркастически мне прямо в губы:

— Скрипка, я дал тебе единственный в твоей жизни шанс, а ты не воспользовалась им.

— Шанс на что? — в полутрансе спросила я.

— Поцеловать меня…

Глава 6

Дан

Нервная система не справляется.

И хочется соврать, что навалилось просто все разом, но хрен два.

Все из-за неё…

Я застигнут врасплох тем, что творю.

Еще две секунду назад я не собирался сюда приходить.

Ещё секунду назад я собирался запретить ей даже беззвучно открывать рот под мои ноты.

А что сейчас…

А сейчас я не готов спеть с кем-то другим.

Только со Скрипкой…

Хочу её… голос.

Губы…

Шею…

Плечи…

Страстно и необузданно.

Так как всегда трахаюсь.

Моя Лола такая же. Горячая, раскрепощенная и жадная. Мне хватало её…

Но я никогда не отказывал себе в других, если хотел их…

Я никогда не говорил “лежать”, если у меня встал. Я командовал “фас” и рвал девку до отключки.

Но сейчас я рвал глотку, приказывая “место”.

Да ну на хуй!

У меня не может встать на такую замухрышку!

Нет Белова не уродина, но другого слова как “обычная” к ней не подберешь.

Мелкая. На головы полторы ниже меня.

Худая. Оттого и плоская. Ни единой выпуклости. Ни груди, ни жопы.

Бледная, словно моль. И только губы неестественно яркие, хоть она их и не красит. Это единственное, что в ней цепляет.

Лола приучила меня к другому.

Стройная загорелая фигура, соблазнительная наливная грудь, сочная задница. И все это подано так, что возбуждаешься даже на расстоянии, даже когда на девушке слой одежды.

Лола офигенно красивая и умеющая подать и себя, и свое тело.

Она знала, что надеть, как стать, чего коснуться рукой, губами, языком, чтобы возбудить.

Я всегда был от неё без ума. Она предел мечтаний любого мужчины.

Она…

А не Скрипка…

Но именно от ее небрежного пучка, красных от смущения щёк и дрожащих длинных кукольных ресниц член наполняется жаром.

Блядь…

Я хотел лишь проучить язвительную дрянь.

Закрыть ей рот навечно, чтобы при мне она дышать боялась, не то, что огрызаться.

Я знал таких зануд, как Скрипка.

Они словесно отымеют твой мозг во всех позах и не один раз, но при этом теряются и тупят взгляд при слове “секс”.

Поэтому я решил развлечься. Обсадить Белову. И с каждым своим шагом в её сторону понимал, что это работает.

Она терялась. Не дерзила. Не выпаливало свое привычное “fool”. Не жалила холодом ледяных глаз. Даже не улыбалась. Лишь глаза становились шире и шире. А я прям горел узнать, насколько они могут расшириться, если я поцелую её.

Таким образом, я рассчитывал на реванш.

Мой секрет в обмен на наш. Она же не захочет, чтобы Барс узнал о нашем поцелуе.

Только вот игрок под именем Идиот Чернов дисквалифицирован.

Все. Конец. Нет больше надежды на победу.

Как же так, мать твою!