Невольная ученица ректора-дракона. Я знаю твой секрет! - Адриана Вайс

Боже. Я хочу умереть.

Прямо здесь и сейчас.

Из его уст моя отчаянная ложь звучит торжественно и весомо. «Высший Медиум»… Какой позор. Сейчас они рассмеются.

Но они не смеются.

Надменные лица вытягиваются. В глазах загорается хищный интерес.

— Сильнейшая Ведунья? — переспрашивает второй магистр, подаваясь вперед. — Это… серьезно. Значит, кровь сильна.

— Она утверждает, что уже полностью контролирует свой дар, — добивает меня Виррал. В его голосе звучит непоколебимая уверенность. Он гордится мной. Он, черт возьми, хвастается своей находкой!

Я стою ни жива ни мертва, чувствуя, как по спине между лопаток течет холодная струйка пота.

Я загнала себя в угол. Сама. Своим длинным языком.

Седовласый маг медленно поднимается. Его глаза, блеклые, как выцветшее небо, буравят меня насквозь.

— На словах это интересно, господин ректор, — каркающим голосом произносит он. — Но вы лучше, чем кто-либо другой знаете, что в этих стенах ценится лишь сила.

Он делает жест рукой, и пространство в центре зала сгущается, темнеет.

— Вы хотите особых условий, мисс Суханова? — обращается он ко мне. — Тогда докажите, что вы их достойны.

Виррал поворачивается ко мне. Он кладет теплую, тяжелую ладонь мне на плечо, слегка сжимая его. Жест поддержки, от которого меня бросает в дрожь.

— Покажите им, Виктория, — шепчет он мне на ухо, и его дыхание обжигает кожу. — Покажите, насколько хорошо вы управляетесь со своим даром. Удивите нас. Прямо сейчас.

Глава 4

Ну что, Вика, дочесалась языком?

– Что ж, давайте тогда приступим, – кивает самый старый, скептически посмотрев на меня и сверившись со временем по карманным часам.

Я перевожу ошарашенный взгляд с Виррала, который внимательно следит за каждым моим движением, на троицу из приемной комиссии. Они, кстати, разгребают на столе бумаги, чтобы усесться за ним, а самый молодой галантно подает мне стул.

С натянутой улыбкой благодарю его и сажусь. А мысленный голос в моей голове в панике верещит:

“ЧТО ДЕЛАТЬ-ТО, БЛИН?! ААААА!!!”

Не, я могла бы им с умным видом погадать на руке, навешав очередную порцию ахинеи про удачу и благополучие, но что-то мне подсказывает, с этой троицей это не прокатит.

Есть что-то в их глазах такое, что заставляет так думать.

Я нервно сглатываю, в смятении осматривая каждого из членов приемной комиссии, сидящих передо мной.

Первый, тот, что подавал мне стул, самый молодой. Ему лет тридцать, светло-русые волосы, небрежно подстриженная бородка, одет в несуразную накидку, под которой угадывается что-то вроде кожаной туники, в некоторых местах порванной и заштопанной как попало. Смотрит с явным интересом, аж глаза блестят. Взгляд то и дело падает на мою грудь. И в тот момент как это происходит, постоянно косится на мужика посередине.

Собственно, тот что посередине, самый старый из них. При первом взгляде, я ему дала глубоко за сорок, но близи понимаю, что немного промахнулась. Сорок, сорок два максимум. Седина и бородка накидывают ему дополнительные лет пять-семь. И, если ее убрать, или хотя бы добавить русого цвета, то станет заметно сходство с первым мужиком. Сын? Нет, слишком маленькая разница в возрасте. Скорее, брат.

Хм…

Я чувствую как у меня начинает вовсю работать мозг. Сразу же перед глазами всплывают кадры из моего любимого детективного сериала про современного Шерлока, которого играл отпадный британец с невыговариваемой фамилией.

А что, если попробовать на них чудеса дедукции? Скрещенные с чудесами экстрасенсов?

Черт знает что получится, но попробовать стоит.

Я прикрываю глаза и поднимаю руки так, чтобы ладони лежали параллельно крышке стола.

– Я вхожу в транс. Духи мне поведают о каждом из вас…

Стараюсь сделать так, чтобы голос звучал как можно ниже, вдобавок, вожу ладонями над столом. Вот теперь я понимаю зачем всяким гадалкам нужен шар. Чтобы не чувствовать себя так глупо, как сейчас себя чувствую я.

– Ты, – указываю на первого мужика, – Я вижу, что у тебя проблемы на личном фронте…

Иначе, так откровенно не пялился бы на мою грудь. Тем более, что и похвастаться мне особо нечем – второй размер, как-никак. Да и его одежда просто вопит о том, что она никогда не была в женских руках. Так грубо штопать – на это способен только человек, первый раз взявшийся за иглу.

– …а еще, у тебя есть брат, которому ты сильно доверяешь и который постоянно заботится о тебе…

Ну, тут проще не бывает. Постоянно косится на седого мужика, с которым они похожи как яйца. Чуть ли не в рот ему заглядывает.

– …и который, чтобы поддержать тебя, недавно устроил тебя на работу в эту самую академию.

Немного рискую, но почти наверняка уверена, что это так. Судя по всему, седой тут уже поднялся, так что право голоса имеет. А пристроить своего брата, за которым явно нужен присмотр как за ребенком, сам бог велел.

Ну, а по поводу того, что работает он здесь не так давно, тоже проще простого. Кончики пальцев седого темные от въевшихся в кожу чернил. У младшего брата еще чистые, к тому же, он явно здесь больше исполняет роль “принеси, подай, иди на фиг, не мешай”.

– Невероятно! – восхищается первый.

Его взгляд горит таким ярким пламенем, что мне становится не по себе. Кажется, с этого достаточно – он уже уверовал в то, что я второе пришествие Ванги.

– Прошу прощения, – недовольно вздыхает седой, доставая карманные часы и откидывая крышку, – Можем ли мы немного ускориться?

Ну, я предполагала, что с этим будет больше всего проблем. Но придется что-нибудь придумать. Других вариантов у меня нет.

– Духи не любят спешки… – продолжая говорить низким утробным голосом, я тыкаю в него пальцем, – Про тебя духи тоже могут много чего рассказать.

Ох, как же я нагло блефую, потому что ничего пока в голову не приходит.

Еще раз осматриваю его. Аккуратно уложенные волосы, запах парфюма. Не такого приятного и дразнящего как у Виррала, более резкого, дешевого, но щедро разбрызганного. С тех пор как мы пришли, постоянно поглядывает на часы. А сейчас, судя по звукам, доносящимся из-под стола, еще и что-то отстукивает ногой.

Нервничает? Но почему?

– Например, что ты опаздываешь на встречу с девушкой… – я напряженно слежу за его реакцией и вижу как седой недоверчиво щурится и поджимает губы.

Похоже, угадала.

Что