Обнулённый - Виктор Рэн

Платформа ещё несколько раз сотрясалась, и с каждым рывком заставляла мои кости хрустеть от надрыва. Наконец, произошло заземление. Я всем телом впечатался в землю. Из лёгких выбило весь воздух. Перед глазами пошли тёмные круги, а в ушах зазвенело так, что я перестал слышать даже собственные мысли.

На вас действует эффект: Дезориентация. Длительность: пять минут. Все характеристики снижены на пятьдесят процентов.

Ощущения были такие, будто мои характеристики разом упали до нуля. Хотя Система не могла опустить их ниже единицы. Я лежал на холодных досках, смотрел в одну точку и пытался заставить лёгкие работать. Тело слушалось плохо. Руки налились свинцом, плечи и локти адски болели, в голове звенели колокола.

— … ять!

Сквозь гул до меня донёсся чей-то выкрик. Понять, откуда именно кричали, было сложно. Я с трудом повернул голову. В нескольких десятках шагов от моей платформы догорали остатки соседнего подъёмника. Фиолетовое пламя ещё лизало обломки, выхватывая из темноты мечущиеся фигуры. Около двух дюжин человек столпилось вокруг. Некоторые пытались тушить огонь, некоторые просто стояли и безучастно наблюдали.

Я приподнялся на руках и тряхнул головой. Легче не стало, но мой взгляд зацепился за какой-то выступ рядом с подъёмником. Я проморгался и напряг глаза.

Кирк.

Стражник лежал в паре саженей от меня, с неестественно вывернутыми руками. Его лицо смотрело в тёмное небо. Я заставил себя сесть. К горлу подступила тошнота. Крики людей в обломках звучали где-то далеко, будто через толщу воды. Я сполз с платформы и подобрался к Кирку.

— Да примет тебя тишина, — на выдохе произнёс я.

Надеюсь, бог смерти Корвус поможет найти тебе дорогу в Чертогах.

Отдав дань памяти мертвому, я потянулся к снаряжению Кирка. Снял пояс с подсумком и накинул на себя, затянув потуже. В подсумке что-то звякнуло. Времени проверять сейчас не было. Следом отправились ножны с мечом: короткий стражницкий клинок, не чета моему полуторнику. Самое то для воина с силой единица. Короткий нож в чехле я тоже забрал. Сунул за пояс, ближе к спине, где привык носить кинжал. Хотя до кинжала ему было далеко: потертая деревянная рукоять ножа едва ли не превышала по длине лезвие.

Работа руками помогла сосредоточиться. Гул в ушах постепенно стих, а перед глазами перестали метаться мушки.

Следом за оружием пошли сапоги. На мне самом была хорошая обувка, прошедшая не один далекий поход. Но лишнюю пару крепких сапог всегда можно выгодно обменять. Я примотал их за шнуровку к поясу с противоположной стороны от ножен.

На Кирке была хорошая тёплая куртка с подкладкой и чёрный плащ. В лесу пригодились бы. Но это была одежда гарнизона Утёса Ветров. И всем в Пределе она знакома. Мысль о куртке пришлось оставить вместе с телом Кирка.

Я резким движением распрямился. Новое снаряжение тут же дало о себе знать и потянуло меня обратно к земле. Судя по звукам, разбираться с обломками подъёмника уже заканчивали. Я даже не стал смотреть в ту сторону и сделал несколько шагов по направлению Стены, к лесу. Чем дальше от Стены, тем ниже риск, что меня узнают.

— Глянь, там живой!

Чужой голос гулко отозвался в ушах. Я повернул голову. От толпы у обломков отделилось два силуэта и двинулось в мою сторону.

— Чтоб тебя… — выругался я сквозь зубы.

Эта парочка была в потёртой кожаной броне, с простыми мечами на поясах, не сильно отличавшимися от оружия Кирка. Один постарше, с густой рыжей бородой. Второй, молодой и сухощавый, смотрел на меня с любопытством, смешанным с опаской.

— Ты как, паря? — спросил бородач, остановившись в паре шагов от меня. — Цел?

— Бывало и лучше, — ответил я хрипло. — В висках трещит, будто по ним молотом прошлись.

И для убедительности прижал руку к голове, попутно прикрывая часть лица и приметный шрам на подбородке.

— Ещё бы, — отозвался молодой. — Видал, как та хреновина рухнула? Там всех вусмерть разнесло. Такая беда, да в первую ходку для барона…

Бородач ткнул молодого в бок, призывая не делиться с первым встречным ничем лишним. Я лишь кивнул, не убирая руки от лица. Краем глаза следил за толпой у обломков: они пока ещё были заняты.

— Ты как уцелел? — спросил бородач.

— Повезло, — позволил себе короткий смешок я. — Или не повезло. Ещё не решил.

— Это точно, — усмехнулся молодой. — Так зайти в Предел это надо уметь…

Рыжебородый покивал головой, а затем посмотрел в сторону Кирка и злобно выругался. Все дружелюбие с его лица как рукой смело:

— Этому стенолазу тоже не повезло? Или кто часом спуститься помог?

— Упаси меня Корвус, дружище. — я примирительно выставил руки перед собой, демонстрируя ободранные ладони. — Я же не совсем рехнулся, чтобы убивать стенолазов, когда у вас за припасами ходка. Нашу люльку качнуло от взрыва, и этот малый свалился за борт. Сам чуть за ним не отправился. Но повезло…

Я состроил настолько невинное лицо, насколько мог. Не хватало еще, чтобы меня арестовали сразу по прибытию в Предел. Молодой покачал головой, а бородач недовольно цокнул языком.

— Да уж, теперь нам точно от капитана влетит по шее, — сказал он, покосившись в сторону одного из уцелевших подъемников. — По виду калач ты тёртый, не чета этим обалдуям. Как капитан наш подойдёт, потолкуй с ним, а?

— Дай в себя приду сперва, — ответил я и вновь взялся рукой за голову. — Об землю уж больно крепко ударило. А там и потолкуем, чего ж не потолковать.

— Добро, — кивнул бородач.

— Эй, Торп, подь сюды! — послышался голос от никак не гаснувших обломков.

— Тц, демоны меня раздери, — выругался бородач и развернулся. — Ещё свидимся, паря. Ты только не борщи. Капитан человек серьезный, прямо под бароном ходит.

Торп не стал прощаться и быстрым шагом двинулся к разбившемуся подъёмнику. Я немного постоял в тишине, пока молодой косился то на труп Кирка, то на меня. И решил, что это отличный повод улизнуть.

— Свидимся, — кивнул я молодому.

И как ни в чем не бывало повернулся и спокойно зашагал вдоль Стены. Воин пристально смотрел на меня, но говорить ничего не стал. Видимо, задавать вопросы было прерогативой Торпа.