Нарушу все твои законы - Татьяна Бэк

воды. – Ты поставил мать поручителем по твоим микрозаймам. Или ты и это не помнишь? Цвет лица Игоря из серо-землистого становится зеленоватым. Он отводит взгляд, издавая что-то среднее между хрипом и стоном. Надеюсь, его сейчас не стошнит на новый ламинат, который, кстати, тоже был оплачен из моего кошелька.

– Это временные трудности, Ирма. Я инвестировал в новый проект… картины в стиле… – супруг мнётся, не найдя подходящего вранья. – В стиль «колечко с бриллиантом для блондинки»? – спрашиваю я, и моя ледяная невозмутимость, должно быть, звучит страшнее любого крика.

Но кто бы знал, каких усилий мне стоит держать себя в руках, прятаться за маской хладнокровной, насмешливой ледяной королевы… Ведь внутри меня огненный шторм, который вот-вот спалит дотла, оставляя после себя безжизненную пустыню. Игорь замирает, сжимается, разом становясь меньше, будто желает пропасть, исчезнуть с нашей кухни. Его глаза бегают из стороны в сторону – к карману брюк, где лежал телефон, затем ко мне.

– Ты проверяла мой мобильник? – в его голосе сквозит не вина, а возмущение, оскорблённое достоинство. Как будто я нарушила главный закон вселенной, в центре которой находился он, великий и непонятый Игорь. – Мне звонила твоя мать и пожаловалась на коллекторов, которые на неё вышли из-за твоих долгов! – с ухмылкой произношу, не удостоив вопроса ответом. – Игорь, мы разводимся. Подам заявление сегодня же. Я вызову риелтора, квартира выставляется на продажу. Твои долги – твои проблемы. С матерью разбирайся сам. Игорь открывает рот, чтобы начать привычный спектакль с угрозами, слезами, шантажом. Но я впервые за многие годы смотрю на него не как на мужа или проблему, а как на оппонента по тяжёлому процессу, который предстоит. И взгляд у меня, наверное, соответствующий – безжалостный и непробиваемый. По крайней мере, «ненаглядный» отшатывается, глядя на меня с испугом. – Если ты попробуешь мне мешать или выставить меня виноватой в глазах общих знакомых, – произношу тихо, наклоняясь к дрожащему супругу так, чтобы он прочувствовал холод моего тона, – я затаскаю тебя по судам и сделаю всё для возврата всех средств, вложенных в твой «бизнес» за последние пять лет. У меня есть все чеки, расписки и переписки. Ты останешься не только без жены, но и с долгами, которые превысят твои нынешние в разы. Я тебя уничтожу юридически. Понял? Супруг кивает, а в его глазах мелькает животный страх человека, который вдруг осознал, что его привычная жертва обзавелась клыками и когтями. – А теперь собери свои вещи и съезжай к маме. У меня работа, – бросаю через плечо, направляясь в спальню одеваться.

Глава 7

Выбирая костюм – тёмно-синий, строгий, с иголочки – я чувствовала странную пустоту вместо привычной тяжести, давно ставшей частью меня. Не боль, не печаль. Просто пустота, как в только что расчищенном помещении после долгого захламления. Это было даже облегчением.

Первым делом на работе предстояло решить вопрос с Марком. Мысль о нём заставляла меня испытывать хотя бы какие-то эмоции: пусть смешанные, пусть непонятные – но благодаря им я хотя бы чувствовала себя живой. С ним всё было сложно, непрофессионально и опасно. Этот мажор – ходячая проблема. И в то же время… он вчера заступился за меня. Пусть это было наивно, неуместно, но чертовски… приятно.

В офисе меня ждала папка с материалами от моего хорошего знакомого частного детектива по делу Сурова. И на самом верху – жалкая, скудная справка о пропавшей свидетельнице. Анна Кривошеина, 18 лет, воспитанница детского дома №4. Работала официанткой в кафе «У Василия». Исчезла в день инцидента. Её не искали. Никому, кроме Марка, она, оказывается, была не нужна.

Я взяла трубку и набрала номер детдома. После двадцати минут бессмысленных разговоров с секретаршей почти утонула в бюрократическом жаргоне, и стало ясно: официально помочь они не могут. «Ребёнок достиг совершеннолетия, выбыл из учреждения, его дальнейшая судьба нас не касается».

Отложив трубку, задумчиво и раздражённо посмотрела в окно. Снег перестал идти, оставив после себя грязную, слякотную реальность. Где искать девочку, которая боялась даже заявить в полицию? Которая, скорее всего, была запугана тем самым типом из подворотни или просто не верила, что система её защитит.

Мой телефон настойчиво завибрировал. Незнакомый номер.

– Алло? – произнесла осторожно, не слишком доверяя неизвестным абонентам.

– Ирма Петровна? – Голос был дрожащим, неуверенным, молоденьким. – Это… это Аня. Анна Кривошеина. Мне Марк ваш номер дал. Сказал, что вы можете помочь. Мне… правда очень страшно.

Кажется, я даже дышать перестала, замерла, сжав трубку так, что костяшки побелели. Неужели такие совпадения бывают? Марк нашёл её. Сам. Без полиции, без официальных запросов.

– Аня, где ты? Ты в безопасности? – спросила моментально, переходя в рабочий режим.

– Я… я в городе. Спряталась. Тот мужчина, что затащил меня в подворотню, он меня ищет. У него друзья. Марк сказал, вы адвокат и что вы честная. Он… он очень вас хвалил.

От этих слов разлилось странное тепло, но тут же отогнала ненужные эмоции прочь.

– Всё правильно, Аня. Я адвокат Марка. Нам с тобой необходимо встретиться. Не бойся, только ты и я. В безопасном, людном месте. Ты сама выбирай. Я не позволю тебе причинить вред.

Мы договорились встретиться через два часа в огромном торговом центре, у фонтана на первом этаже. Я положила трубку и минуту просто сидела, глядя в пространство. Марк нашёл её. Этот «балбес», «мажор», «невыносимый наглец» проявил больше человечности и упорства, чем все следователи вместе взятые.

Мне нужно было ему позвонить. Поблагодарить? Отругать за самоуправство? Спросить, как он это сделал? Я набрала номер подзащитного, и он ответил с первого гудка.

– Ирма Петровна, – его голос звучал оживлённо, без привычной насмешливой нотки. – Аня связалась с вами?

– Да. Спасибо. Как ты её нашёл?

– У меня везде свои связи, – уклончиво ответил парень. – Трудные подростки, помните? У них своя сеть, свои информаторы. Аня пряталась у подруги в соседнем районе. Я просто дал понять, что мы на её стороне.

«Мы». Он сказал «мы».

– Ты совершил необдуманный поступок, – произнесла я, пытаясь вернуть разговор в профессиональное русло. – Ты мог её спугнуть или навлечь на себя опасность.

– Зато действенный, – парировал он. И добавил тише: – А как вы? Всё в порядке… после вчерашнего?