Цвет империи - Дмитрий Маркович Губин

Второй документ – «Мемориал по делам политическим», предназначавшийся для австрийского кайзера Иосифа II и предлагавший ему план совместных действий против Османской империи. Так был положен конец так называемой Северной системе, ориентировавшейся на Пруссию, и установлены союзнические отношения с Австрией.

Третьим важным документом, составленным Безбородко, был Манифест о присоединении Крыма. Безбородко принимал участие в работе «ликвидационной комиссии» не только по Крымскому ханству, он готовил также документы по двум разделам Польши, после чего Днепр перестал быть границей, разделявшей Малороссию. Александр Андреевич лично проводил переговоры непосредственно с последним польским королем Станиславом-Августом (Екатерине не сильно хотелось видеть давно отставленного фаворита, пусть и венценосного). Зная громадную работоспособность Безбородко, Екатерина привлекала его и к делам внутренней политики.

В 1783 году была организована комиссия для «приумножения государственных доходов». В ней Безбородко предложил уравнять повинности крепостных по всей империи. С тех пор положение русского, малороссийского и эстляндского крестьянина стало равным. Это – никакая не колонизация или оккупация, как уже сто лет ноют националисты из бывших западных, юго-западных и южных губерний Российской Империи, а становление единообразного порядка в единой стране.

В 1787 года на него возложено объявлять волю государыни и докладывать ей по государственным делам. Безбородко, возведённый в звание гофмейстера, сопровождал императрицу в её путешествии по южной России, во время которого матушка-государыня увидела вновь обретённые земли, именуемые Новороссией.

Государыня внимательно следила за книжными новинками. В 1790 году ей на глаза попалась занятная книжица под названием «Путешествие из Петербурга в Москву». Прочитав, матушка-императрица возжелала, недолго думая, автора казнить. При этом она сказала об Александре Радищеве: «Бунтовщик хуже Пугачёва».

Безбородко напомнил императрице, что ещё Елизавета Петровна отменила в России смертную казнь и что для вооружённых бунтовщиков-пугачевцев лишь было сделано исключение; а насчёт писателя Алекандр Андреевич осмелился высказаться в том духе, что ему, мол, и ссылки достаточно. Кстати, по смерти государыни он выхлопотал у Павла освобождение для Радищева.

Александр Безбородко успешно заключает мир с турками в Яссах 29 декабря 1791 года. После внезапной кончины Потемкина, завоевавшего победу, турки понадеялись, что теперь им достанется более сговорчивый переговорщик. Им достался Безбородко, заявивший: «Хотите ли войны, или мира. Можете иметь и то, и другое. Мир по Галацким предварительным статьям или войну до конечной гибели. Выбирайте». Граф настойчиво внушал туркам мысль, «что ежели мы мира желаем, то и войны отнюдь не боимся». По Ясскому миру Османская империя отказывалась от любых претензий на Крым и передавала России междуречье Южного Буга и Днестра.

По возвращении в Петербург Безбородко обнаружил, что его положение при дворе сильно пошатнулось. Место ежедневного докладчика занял новый фаворит императрицы Платон Зубов. Но, тем не менее, он по-прежнему принимал участие в дипломатических переговорах по поводу третьего раздела Польши и других делах внешней политики.

Устоявший столп

17 ноября 1796 года умерла Екатерина II. Новый император Павел снял с занимаемых должностей чуть ли не всех приближенных покойной государыни. Кроме Безбородко. Почему?

В российском бомонде конца XVIII столетия циркулировал не вполне лестный для Безбородко слух. Покойная государыня в разговорах с особо доверенными лицами неоднократно высказывала намерение передать престол своему внуку Александру, минуя сына Павла. Говорили, что незадолго до смерти она составила завещание не в пользу сына и передала его на хранение Безбородко. Далее по легенде: Безбородко должен был обнародовать завещание после смерти Екатерины. Но он сообщил об этой духовной Павлу и будто бы лично уничтожил злополучную бумагу.

В популярном анонимном сатирическом сочинении тех лет «Разговоры в царстве мёртвых» имеется сцена встречи Екатерины и Александра Безбородко на том свете. Покойная императрица устраивает своему секретарю разнос: «Ты изменил моей доверенности… Что молчишь, несправедливый человек? Чем загладишь сей поступок?» Провинившийся царедворец падает перед Екатериной на колени и умоляет простить его…

Все это, конечно, художественный вымысел, однако, как известно, нет дыма без огня.

А в жизни было так: уже на второй день царствования Павел пожаловал Безбородко чин действительного тайного советника I класса (канцлера), соответствовавший фельдмаршальскому званию. «Этот человек для меня – дар Божий», – говорил о нем император. Чуть позже вельможа стал сенатором, хотя так и не посетил ни одного заседания Сената.

Последние два года своей жизни Безбородко был не только фактическим, но и официальным полноправным руководителем внешнеполитического ведомства России. Павел I пожаловал ему также портрет свой и большой крест св. Иоанна Иерусалимского, осыпанный бриллиантами, орловскую вотчину, поступившую в казну после пресечения рода князей Кантемиров, несколько тысяч десятин земли и душ крестьян.

В 1798 году Безбородко подготовил «Записку о составлении законов Российских» – план реформ, призванный уберечь страну от возможного повторения «французского сценария» с ужасами кровавого террора. Представители всех сословий, по его мнению, должны были заседать в Сенате, выполнявшем функции законосовещательного органа. Проект Безбородко предусматривал установление фиксированных крестьянских повинностей, запрещение продажи крепостных без земли и ряд других преобразований.

Александр Андреевич скончался 6 апреля 1799 года. Часть своего огромного состояния Безбородко завещал на благотворительные цели. На эти деньги его братом Ильей Андреевичем было основано учебное заведение нового типа – Нежинский лицей им. Безбородко, ныне – педагогический университет. Там впоследствии учился Гоголь.

Похоронен князь Александр Безбородко в Благовещенской усыпальнице Александро-Невской лавры.

В общей сложности из-под пера Безбородко вышло 24 223 документа, причём около девятисот актов были включены в Полное собрание законов Российской империи. Они касались практически всех сторон жизни государства. Уникальная работоспособность Александра Андреевича поражала современников.

Граф Морков свидетельствовал: «Я не мог никогда надивиться непостижимой способности Безбородко читать самые важнейшие бумаги с такою беглостью и так верно и так скоро постигать смысл оных».

«Отец» Пьера Безухова

К преждевременной смерти – Безбородко скончался в 52 года – канцлера привели не только государственные заботы. Пожалуй, не меньше сил у него забрали и плотские удовольствия всякого рода.

Вообще, Александр Анреевич был человеком чрезвычайно темпераментным, натурой открытой, сострадательной и страстной.

Дом Безбородко на Почтамтской улице в Санкт-Петербурге (ныне – центральный музей связи имени А. С. Попова) считался одним из богатейших в столице, славился убранством и картинной галереей. Каждый день в доме Безбородко накрывался стол на сто персон. Сесть за него, откушать борща и сала мог любой дворянин, для этого не требовалось предварительное приглашение на трапезу.

Рассказывали, что один разорившийся помещик поддерживал своё существование исключительно за счёт завтраков, обедов и ужинов у Безбородко. Однажды хлебосольный вельможа, заметив среди гостей бедно одетого человека,