Зависимое сельское население Римской империи (IV-VI вв) - Александр Александрович Шевченко

первым, кто обратился к проблеме зависимых слоев сельского населения в поздней античности, был Ф.К. Савиньи. В 1822 г. он высказал предположение, что в эпоху домината рабов освобождали, чтобы сделать колонами[84]. Одной из основополагающих работ, посвященных проблемам истории колоната, является «Римский колонат» Н.Д. Фюстель де Куланжа. В этом труде представлен достаточно обширный материал по истории появления, становления и юридического оформления данного сословия. Автор относит позднеримских колонов к потомкам свободных арендаторов, из-за своих задолжностей попавших в зависимость к хозяину латифундии[85]. По мнению этого исследователя, арендаторы земли фактически лишились права покинуть свои земельные участки во II в., их потомки были официально прикреплены в IV в.[86]. В начале XX столетия немецкий исследователь О. Зеек высказывает предположение, что система колоната была заимствована у германцев, поскольку напоминает германский институт лотов[87]. Таким образом, в начале XX в. появляется несколько теорий о происхождении колоната.

В первой половине XX в. были опубликованы научные работы, в которых рассматривается ряд отдельных сюжетов истории социально-экономических отношений позднего Рима. Среди западных исследований этого времени следует упомянуть монографию Р. Клозинга, посвященную проблемам колоната. Помимо всего прочего, этот исследователь высказывает предположение, что отпущенные на волю рабы становились колонами[88]. Здесь также необходимо отметить работу английского историка Э.Р Харди «Большие имения Византийского Египта», в которой исследуется положение колонов в крупных аристократических землевладениях на основании эпиграфического материала из имения Апионов. Автор анализирует постановления императоров, предназначенные для этого сословия[89]. Особый интерес представляет работа А.Х.М. Джоунза «Поздняя римская империя». В ней он заостряет свое внимание на ряде проблем социально-экономической истории Рима IV–VI вв. Автор монографии доказывает, что положение колонов в IV–VI вв. почти не отличается от положения рабов[90]. На примере этих работ мы видим, что в первой половине XX столетия в центре внимания исследователей оказываются достаточно разнообразные темы из истории колоната, часто лишь косвенно связанные друг с другом. Высказываются различные предположения относительно возникновения и развития сословия колонов.

В 1970-80 гг. XX в. на Западе появляется ряд научных трудов, в них исследователи пытаются выяснить причины, по которым рабовладельцы предоставляли свободу своим рабам. Немецкий исследователь П.Р.С. Вивер отмечает в своей работе «Familia Caesaris», что обычно освобождали рабов старше 30 лет с целью увеличить производительность и извлечь максимальную прибыль из труда молодых рабов, не достигших тридцатилетнего возраста и пребывающих в расцвете сил. Рабынь, по словам П.Р.С. Вивера, освобождали, чтобы на них жениться[91]. В. Едер также высказывает предположение, что рабы получали свободу за усердие в труде, однако все обстоятельства отмены ограничений для освобождения рабов остаются неизвестными[92]. Таким образом, ряд западноевропейских ученых 1970-80 гг. XX в. выдвигает тезис, согласно которому рабов освобождали за усердный труд, чтобы стимулировать работу других рабов. Фактически эти исследователи отказываются от предположения, высказанного Ф.К. Савиньи и Р. Клозингом, о том, что рабов освобождали, чтобы сделать их колонами[93]. В самом конце XX в. М. Мюнцигер также выскажет предположение, что рабов освобождали именно за хорошую службу[94].

Для нашего исследования также интересны работы В. Вальдштайна, в которых на основании Дигест Юстиниана исследуются особенности услуг – орегае, – предоставляемых вольноотпущенником патрону. Следует отметить, что в монографии В. Вальдштайна «Орегае libertorum» упрощение процедуры для освобождения рабов объясняется распространением гуманистических идей в поздней античности[95]. В его статье «К вопросу об условии при ошибочном выполнении необязательных услуг» показаны характерные черты зависимости отпущенников и их обязанности по отношению к бывшим хозяевам[96]. В статье этого же автора «К рескрипту Адриана об услугах при фидеикомиссарном освобождении» в центре внимания оказывается предоставление свободы рабу по фидеикомиссу, при котором раб не был обязан предоставлять услуги своему номинальному патрону[97]. Монография В. Вальдштайна «Operae libertorum» является наиболее крупным исследованием, в котором рассматривается положение вольноотпущенников, в частности их обязанности по отношению к патронам. К сожалению, его труды в ряде случаев носят описательный характер, зачастую представляя собой компиляцию позднеримских юридических источников.

Среди западных монографий, посвященных исследованию колоната, необходимо упомянуть работу К.П. Ионе, И. Кене, Ф. Вебера. Здесь доказывается, что рабовладельческий строй постепенно сменяется колонатом в эпоху поздней античности[98].

Ряд западных публикаций посвящен отдельным конституциям позднеантичного времени и сопутствующим им историческим реалиям. В этих работах рассматриваются причины принятия того или иного постановления, какие при этом преследовались цели, с чьими интересами они были связаны и к каким результатам привели. Особый интерес заслуживает полемика, развернувшаяся вокруг постановления императора Клавдия, сохранившегося в Институциях Гая (Gaius I 84–91), согласно которому свободная женщина теряла свободу за связь с рабом и рождала раба. Начавшись в 60 гг. XX в., дискуссия фактически продолжалась до XXI столетия. Так, Д. Крук объясняет издание этого закона нежеланием допустить смешение свободной и рабской крови[99], а Э. Полай видит причину в попытке защитить частную собственность хозяина и увеличить число рабов[100]. П.Р.С. Вивер в статье «Гай 1,84 и сенатусконсультум Клавдия» пишет, что целью закона было наказать женщину[101], а в книге «Familia Caesaris» он трактует подобные действия Клавдия тем, что тот был заинтересован в домашних рабах, которым доверял больше, чем покупным[102]. А.Д.Б. Сиркс в статье «Цель сенатусконсульта Клавдия 52 г. и. э.» подвергает критике выводы предыдущих исследователей и пытается доказать, что главной целью было удержать раба в повиновении. В статье А.Д.Б. Сиркса разбираются особенности рабского брака и семьи, а также причины более поздних поправок к этому закону[103]. В результате, были озвучены самые разнообразные предположения относительно появления этого постановления Клавдия, которые, тем не менее, не привели к окончательному решению этого вопроса.

В других своих статьях А.Д.Б. Сиркс, опираясь на письмо Сульпиция Севера к Сальвию, рассматривает особенности зависимости колонов и их имущества-пекулия, обращается при этом к некоторым конституциям Кодекса Юстиниана и пытается объяснить значение термина in mancipio, используемого для выражения зависимости колонов[104]. Таким образом, исследователь проанализировал ряд юридических терминов, важных для понимания правового положения колонов в IV–VI вв.

В конце XX–XXI вв. также появляются исследования, посвященные самым разнообразным сюжетам истории общественных и экономических отношений в Римской империи в IV–VI вв. В 1997 г. выходит монография М. Миркович, которая во многом повторяет выводы Н.Д. Фюстель