Развод. Последний танец с бывшим - Виолетта Весна

— Физически — да, — ответила Майя. — По способности договариваться данных пока нет.

Всеволод поправил очки.

— Тогда начнем с того, о чем данные есть.

В кабинете нас было трое. Майя села между мной и Родионом: оттуда она видела и экран, и дверь. За стеной начался урок. Музыку приглушили, чтобы голоса не мешали видеосвязи, но равномерный счет преподавателя все равно доходил до нас.

Всеволод открыл таблицу. Я знала большинство цифр по отдельности. Вместе они выглядели хуже.

— Остаток на расчетном счете на начало дня — четыреста семьдесят две тысячи. Свободным я бы его не называл. Двенадцатого числа аренда, пятнадцатого — зарплата и обязательные платежи. Общая сумма до пятнадцатого — один миллион триста сорок тысяч.

— Текущие поступления? — спросила я.

— При сохранении обычного графика около шестисот двадцати тысяч. Это прогноз до пятнадцатого, а не обещание. Семь запросов на расторжение уже уменьшают сумму.

— Площадка?

— Отдельно. Часть расходов внесена. Основная билетная выручка будет перечислена после события.

Родион листал распечатку одновременно с показом на экране. На полях возле платежей стояли его пометки. Значит, эти цифры он видел раньше.

— Когда ты понял, что нам не хватает? — спросила я.

— В августе стало понятно, что осенние продажи не закрывают летний спад и подготовку вечера одновременно.

— Почему я узнаю третьего октября?

— В августе дефицит можно было перекрыть обычным набором. В сентябре набор оказался ниже плана на четырнадцать процентов.

— Это не ответ.

— Женя, — вмешался Всеволод, — вопрос важный, но для расчета мне нужно закончить картину.

Он редко называл меня коротким именем. Значит, опасался, что я превращу встречу в выяснение отношений. Раздражение было заслуженным, поэтому я кивнула.

— Продолжайте.

На экране появились три столбца.

Первый назывался «Отмена». Второй — «Проведение». Третий — «Сделка».

— Это не готовые решения, — сказал Всеволод. — Только диапазоны последствий. При отмене вечера часть удержанных денег билетный сервис вернет сам. Прямые продажи возвращаем мы. Теряем платежи, которые по договору не возвращаются, и получаем риск расторжений по абонементам. Точную сумму узнаем после сверки с площадкой.

— Нижняя граница? — спросил Родион.

— Около миллиона двухсот. Верхняя зависит от реакции учеников. Если отмена подтвердит слух о закрытии, считать придется уже судьбу всего центра.

— Проведение?

— Нам нужно удержать билеты, сократить постановочные расходы и договориться по срокам с двумя подрядчиками. Если продаж останется не меньше пятисот сорока, событие покрывает собственные обязательства и дает деньги на ближайший платежный цикл. Дальше все равно нужен новый месячный бюджет.

— А сделка? — спросила Майя.

Всеволод посмотрел в другую часть экрана, вероятно, в открытый файл.

— По предварительным условиям сеть закрывает кассовый разрыв после проверки и приобретения контроля. Сроки зависят от документов. До пятнадцатого деньги почти наверняка не поступят, если только не будет отдельного займа. Его в письме нет.

Я повернулась к Родиону.

— Даже твоя продажа не решает ближайшую зарплату.

— Я этого не говорил.

— Ты говорил, что без сети у нас не останется выбора.

— Если вечер провалится, так и будет.

— Он еще не провалился.

— Из него сегодня выпало двадцать минут, а за пять часов пришло сорок три возврата.

Майя подняла ладонь.

— Сейчас сорок семь. Четыре заявки пришли во время встречи.

Несколько секунд мы смотрели на нее.

— Я просила разделить проблемы, — продолжила она. — У нас их четыре. Первое: сегодняшнее и завтрашнее расписание. Второе: программа вечера. Третье: деньги. Четвертое: слух о продаже. Если вы будете отвечать на все одним спором, я не смогу управлять ни одной.

— Расписание на сегодня закрыто, — сказала я. — Группу Тимура и Дианы веду я.

— Это сегодняшний вечер. Завтра у них шесть занятий.

— Алексей возьмет индивидуальные.

— Он не подтверждал.

— Подтвердит.

Майя посмотрела на меня тем же взглядом, которым встречала преподавателя, обещавшего прийти после самолета точно к уроку.

— Вы уже спросили?

Я открыла рот и закрыла. Алексей работал в соседнем зале. Я решила за него, потому что знала его расписание и считала просьбу разумной.

— Нет.

— Тогда в таблице это пустая строка.

Родион не улыбнулся и не напомнил, что именно я обвиняла его в готовых решениях. От этого замечание Майи прозвучало точнее.

— Спрошу после урока, — сказала я.

— Спасибо. По программе мне нужен список замен до двенадцати завтра. По деньгам — решение, отменяем мы вечер или готовим вариант проведения. По продаже — единая формулировка для администраторов.

— Никакой продажи пока нет, — сказала я.

— Это факт на сегодня? — уточнила Майя.