Кузнецов решает проблемы - Алексей Пинчук

— Ага… — Кивнул я, вбивая название в поиск — А зачем?

— Да тут рецепт интересный… — Задумчиво проговорила девушка, и не досказав, выпалила — Я тут подумала: ведьма же ничем не гнушается? А чем мы хуже? Тварь надо бить ее же оружием! Наслать на нее проклятие, пусть страдает, пока мы ищем способ, как…

Грохот на кухне прервал эмоциональную тираду Алены, и непонимающе переглянувшись с девушкой, и почти бегом выбежал из комнаты, смотреть, что там стряслось.

А на кухне, царила самая настоящая разруха… Шкаф, в котором хранилась посуда, вдруг ни с того ни с сего сорвался с креплений и рухнул на пол. При этом, все тарелки разбились вдребезги, засыпав кухню осколками стекла и фарфора.

— Ну ё мое! — Я аж за голову схватился, представив, что было бы, если бы это произошло во время ужина. Или, еще хуже, в то время, когда Алена готовила — Вот же!

А за спиной, прикрыв ладонью рот, застыла Алена. Тоже видимо представившая возможные последствия… И это заставило меня опомниться и начать делать хоть что-то. Хотя, что тут сделаешь? Порядок навести, да перевесить не разбившийся шкаф, краснея от стыда за свою криворукость. Мебель то я вешал…

Уборка последствий бытовой катастрофы затянулась на остаток вечера. Мы собирали осколки посуды, которые я потом вынес в мусорку, а после подметали и пылесосили кухню, избавляясь от самых мелких кусочков. Чтобы не наступить на стекло. Не хватало еще пораниться.

Ну а когда беспорядок был убран, я взялся за мужскую часть работы, вооружившись перфоратором и шуруповертом. Благо Алена помогала там, где нужно было подержать, или подать что-то из инструмента.

И словно этого всего было мало, в процессе работы, к нам два раза приходили соседи с разборками. В первый раз, вскоре после падения шкафа, приходил ругаться сосед снизу, грозя вызвать полицию, если мы не угомонимся. Ну а второй раз это была соседка по этажу, как раз когда я начал сверлить стену.

И, если честно, я их прекрасно понимал. Хуже нет, когда ты после работы, уставший, не можешь толком отдохнуть из-за соседей, устроивших тарарам на ночь глядя. Но…

Впрочем, с соседкой разбиралась Алена, и как я понял, они разошлись вполне мирно. Хотя, по мне женщина из соседней квартиры не преминула пройтись острым словом, упрекнув в безалаберности. Но потом женщины сошлись на том, что это поправимо, раз уж в доме, наконец, появилась хозяйка. И теперь, мол, Кузя в надежных руках, и будет перевоспитан. Из него, мол, наконец, сделают человека. А то нельзя мужику без женщины. У самих то мужиков одни мышцы, а мозгов…

— Отвели душу? — Ни разу не обидевшись на услышанное через дверь, усмехнулся я, когда Алена вернулась — Как будешь перевоспитывать?

— Ой, да брось! — отмахнулась та — Иногда, чтобы человек перестал злиться, его нужно просто выслушать и вовремя поддакнуть. И все, ты лучшая подруга и единомышленница. И на тебя уже злиться нельзя. Нехорошо иначе получится.

— Да ты у меня прям психолог! — хмыкнул я, и закрутив последний шуруп, наконец слез со стола — Ну, вроде крепко.

— Вот и хорошо. — Довольная Алена вышла в комнату, но через несколько секунд, вернулась обратно, озадаченная — ты тетрадку не убирал?

— Нет, а что? — С сомнением разглядывая единственную уцелевшую тарелку, всегда стоявшую у холодильника, спросил я — Вообще не трогал. Она же у тебя была?

— Куда-то я ее сунула… — растеряно пробормотала девушка, и вышла обратно в комнату, искать пропажу.

А я, подлив молока для домового, наконец сел на стул, и хмуро глянув по сторонам, спросил обращаясь к невидимому хранителю дома, наконец сложив в голове все кусочки мозаики:

— А словами ты не мог сказать? Нахрена было громить тут все?

— Ты с кем там разговариваешь? — послышался из комнаты голос Алены, занятой бесполезными поисками. Бесполезными, поскольку я уже понял, что ничего она не найдет…

— Да так, мысли вслух…

В этот раз сна я ждал с нетерпением. Вот прям места себе не находил от желания высказать своенравному старичку, все, что я о нем думаю. О нем и о его выходке. Мало того, что проблемы создал на ровном месте, так еще и посуду теперь новую покупать! Выкраивая из накоплений хорошую сумму.

Наверное потому я все никак не мог заснуть, потому что был взбудоражен. Алена уже давно сопела, укрывшись одеялом, а я все ворочался, прокручивая в голове монолог, который озвучу при встрече с домовым. Раз за разом подбирая все более весомые доводы…

— Ты что творишь ирод? — Стоило мне, наконец, провалиться в сон, как на краю кровати оказался старичок, который не дал мне и рта открыть, с ходу начав ругаться. При этом выглядел незримый наставник грозно, несмотря на свои крошечные размеры — Сгубить девку решил? Ты почему, окаянный, тетрадь не сжег? И я, старый дурак, поленился проверить вещи… Понадеялся, что у тебя мозгов хватит не тащить такое домой! А ты, раздолбая кусок, совсем страх потерял? Да если бы я знал…

— Да погоди ты! — не выдержав, воскликнул я, перебивая разгневанного старичка — Ну кто знал…

Все мои заготовки вылетели из головы, и сам того не ожидая, я начал оправдываться, вместо того, чтобы высказывать претензии.

— Должен был знать! — не унимался домовой — Это где ж видано, чтобы ведун добровольно тьму в дом тащил? Ты чем думал, вообще? Хотя, чего я, в самом деле… Было бы чем думать…

— Так, все! — Дождавшись паузы, снова вмешался я в обидный монолог — Хватит ругаться! Объясни лучше, что не так с этой тетрадью?

— Да все не так! — Домовой воинственно сверкнул глазами, но потом, заставив себя успокоиться, продолжил уже другим тоном — Чего у ведьмы в книге может быть? Чернота одна! Способы вредить людям, и чем они за это платят? Ты об этом думал?

— Душой? — неуверенно предположил я.

— «Душой» — передразнил меня старичок — ляпнул, чтобы отстали? Ты хоть знаешь, что это такое? «душой»… Тьфу, бестолочь! Слово знаешь, а в суть проникнуть даже не пытаешься! Короче, если не отворотишь свою девку от этого пути, и ее погубишь, и сам сгинешь. Понял меня?

— Понял… — Вздохнул