Ноша хрономанта. Том девятый - Владимир Михайлович Мясоедов

в очередной раз воссозданного фальшивого сердца при нынешних инструментах и возможностях без посторонней помощи просто не представлялось возможным. До того момента, когда вытянувшееся в подобие клинка цунами дотянулось бы до Убежища, заодно забросив к нам в гости Горшомарукарта Мудрого, оставалось секунд сорок-сорок пять. И половины минуты пиромантке мифического ранга хватит с лихвой, чтобы выдернуть из-под стойкого на рану мифического монстра его опору, отбив её в сторону или банально испарив. Добить же подранка после этого точно проблем не доставит, у него уже сейчас голова должна держаться то ли на честном слове, то ли на соплях…

Магия, жизненная энергия, воля и самая моя суть сплелись воедино, выжимая все возможное из накопителей, что рывком отдали все оставшиеся в них запасы энергии и лопнули от перегрузок, из магического круга, буквально аннигилировавшего от пропущенной через него мощи и чуть было меня самого одновременно не стершего с ткани бытия, и, конечно же, из себя самого. Река Времени уже не один раз бурлила и нарушала свое обычное течение, раз за разом воссоздавая готовый к разрушению объект, но моя воля заставила её буквально вскипеть, проделывая вроде бы все то же самое, но гораздо, гораздо быстрее! Пять разделенных лишь мельчайшими долями мгновения хроноаномалий и внутренних взрывов произошли там, где когда-то находилась шея исполинского морского змея. В несколько разных местах произошли, пусть и очень близких, пусть даже сдвинуть их получилось вообще уж каким-то запредельным усилием, от которого мир окрасился в красный по причине лопнувших в глазах сосудов, из носа хлынул поток крови, сердце попыталось остановиться, а протянутые к магической фигуре руки частично осыпались прахом, что было просто дико больно!

— Ургххх! — Вырвалось у меня сквозь плотно стиснутые зубы, несколько из которых вроде бы треснуло или вообще сломалось, что на общем фоне запредельной агонии, впрочем, лишь едва чувствовалось. Но Горшомарукарту Мудрому пришлось хуже. Ледяной воротник его разлетелся громадными сверкающими осколками, пусть даже подобный массив замороженной воды, наверняка упрочненный гидромантией до абсурдных значений прочности, мог бы пережить все кроме забуренной прямо в этот защитный айсберг ядерной бомбы не самой малой мощности. А за ним была уже не плоть, а большая-большая дырка, за которой находился серый туман искаженного времени, ведь сразу пять хроноаномалий, частично наложившихся друг на друга, не могли не породить возмущений в ткани бытия, как не могли бы не породить кругов камни, брошенные в воду. И ещё взгляду открылось совсем немного измочаленного, кровоточащего мяса вместе с покрытыми трещинами и сколами костями, что прямо сейчас рвались на части, поскольку источенный безжалостным временем скелет морского змея таких испытаний выдержать уже не мог.

Мой удар, нарушивший сами правила реальности, все-таки не смог окончательно обезглавить мифического морского змея. Слишком уж велика была эта тварь и слишком прочна. Вероятно монстр даже мог бы полностью прийти в норму за считанные минуты — несмотря на ухудшившееся зрение было видно, как стремительно нарастает плоть, уменьшая губительную, казалось бы, рану. Однако после такой встряски Горшомарукарт Мудрый контроль над созданной им мега-волной не удержал, и под собственным весом громадный водяной клинок оплыл и разрушился, роняя исполинское пресмыкающееся с высоты нескольких километров прямо в затопленные Афины. Мордой вниз роняя, на огромной скорости. А притормозить свое падение гидрокинезом чудовище то ли не успело, то ли вообще не додумалось, поскольку раньше для него подобная встряска оказалась бы почти незаметна. Раньше, но не сейчас. Вписавшийся с размаху свой башкой в здание с на редкость прочным железобетонным каркасом, пережившим даже Конец Света, морской змей здание, конечно же, разметал на мелкие кусочки. Но и позвоночник его, надломанный и источенный в целой куче мест, таких нагрузок уже не выдержал, лопнув с гулким хрустом. Длинное гибкое тело, целое, невредимое, полное сил, взметнулось практически на сверхзвуковой скорости, на чистых инстинктах стремясь уйти то ли от боли, то ли от угрозы…И жалкие лоскутки плоти, все ещё соединяющие его с головой, этого уже не выдержали, лопнув от нагрузок. В результате большая часть Горшомарукарт Мудрого конвульсивно извиваясь и снося все на своем пути поползла в одну сторону, а меньшая, разевая пасть и отчаянно вращая глазами, полетела по навесной траектории совсем в другую.

— Ну…Ладно… — Помолчав немного, хмыкнул я, устало плюхаясь прямо там, где стоял. Здоровым и чистеньким, ибо откатить себя пусть не к состоянию полной боеспособности, но к мигу предшествующему финальному мега-удару у меня вышло на одних рефлексах, причем без помощи каких-нибудь посторонних приспособлений. — Это вышло немного не так, как я задумывал, но тоже сойдет…

— Не, ну чисто формально монстр ещё жив, — заметил Клаус, наблюдая за тем, как щелкает громадными клыками пасть морского змея, уже мертвого, но отчаянно отказывающегося это признать. Более того, башка Горшомарукарт Мудрого перемещалась в пространстве, двигая себя при помощи воды и явно желала бы воссоединиться со своим обезглавленным туловищем. Больше чем уверен, она могла бы прирасти, если её к измочаленным останкам шеи прижать и подержать немножко… — Он ещё может собраться с силами и попробовать устроить второй раунд.

— Не такая близкая родня морские змеи гидрам, чтобы новую башку отрастить, — фыркнула Эва, заворожено наблюдая за агонией мифического чудовища, такого могущественного и такого бессильного.

— Согласен, — поддержал я свою любовницу, наблюдая за тем, как корчащееся тело чудовища ползет в одну сторону, а вот башка пытается плыть по руинам в другую. Не сторого противоположенную, но градусов семьдесят там было…Видимо пока голова его летела по воздуху и кувыркалась, Горшомарукарт Мудрый слегка потерял ориентацию, а из нового, непривычно низкого положения толком в городе ориентироваться не мог, поскольку ему оттуда было плохо видно. — Да и вообще не думаю, что ждать нам осталось долго. Да, это весьма живучая тварь, но её мозг и без того уже сколько времени должен функционировать без нормального кровоснабжения, на чистой магии…

Внимание подданный!

Возрадуйтесь!

В кратчайшие сроки после предыдущей своей единоличной победы над мифическим чудовищем вы вновь смогли совершить поступок, что должен войти в историю вашего мира отныне и во веки веков! И ваше имя теперь точно узнают в остальной части мультивселенной, причем не просто узнают — запомнят! Навечно или как минимум очень и очень надолго! Даже в необъятных просторах Бесконечной Вечной Империи далеко не каждый век появляются смертные, которые с полным на то правом могут похвастаться тем, что сразили не одного, а двух мифических чудовищ, чье могущество признавали все, включая богов