Невольная ученица ректора-дракона. Я знаю твой секрет! - Адриана Вайс

– Именно Зерган сформировал основные драконьи рода, у которых была единственная цель. Взращивать потомство, каждое следующее поколение которого было бы сильнее предыдущего. Он считал, что только передавая по наследству родовую магию и способности, драконы смогут вывести их на новый, недосягаемый уровень. По этой причине, он запретил любые браки вне рода.

– Подожди! – снова не сдержалась я, – Но это же чревато вырождением!

– Именно это и произошло! – глаза Агнессулы оживленно блестят, а она сама даже не обращает внимание на тот факт, что я снова перебила ее, – Через некоторое время рода стали вырождаться. Все чаще и чаще рождались драконы, не способные ни к магии, ни к перевоплощению. Их изгоняли из родов, но таких отщепенцев было слишком много, чтобы они бесследно сгинули. Сбиваяс ьв кучу, эти отщепенцы образовали первые людские поселения.

Я нервно сглатываю, в жалкой попытке переварить всю эту информацию. С одной стороны, это звучит как полный бред, но с другой…

По крайней мере, теперь понятно, почему браки между людьми и драконами могут приносить потомство. Потому что, по сути, они одного и того же вида. У меня все еще куча вопросов к этому процессу, но теперь хотя бы это не кажется чем-то настолько странным.

Правда, вместо этого, у меня рождаются новые вопросы.

Например, как насчет людей из других миров? Они тоже произошли от драконов?

Ладно я…меня на Землю закинули, в то время как на самом деле я принадлежу Фариантису, Пылающей Земле.

А что насчет остальных людей? Их тоже кто-нибудь закинул в другой мир или как это вообще получилось?

– В общем… – выдохнула Агнессула, – …если бы это произошло чуть раньше, у нас еще был бы шанс. Но к тому времени, у самих гримов силы были на исходе. Так что, драконам удалось захватить большую часть гримов. Правда, надо отдать должное Джилфорду, советнику и придворному магу Зергана, который каким-то образом смог переубедить своего хозяина не уничтожать гримов. В результате чего, Джилфорд запечатал нас в другом мире. Немногим удалось избежать этой участи. И, если бы не разросшиеся к тому времени поселения людей, среди которых гримы смогли скрыться, вряд ли они бы выжили.

Агнессула замолкает. Хоть ее взгляд направлен на меня, такое ощущение, будто она смотрит куда-то мимо. В этот момент у меня сжимается сердце от жалости к ней. Пусть она и не застала тех жестоких событий, но, судя по всему, она до сих пор не может смириться с произошедшим.

– Вот, в общем то и все, – с явной неохотой заканчивает она, складывая руки на груди – До сих пор большинство гримов заперто в том измерении, а мы ищем возможности их освободить и вернуть себе место в этом мире. Еще вопросы?

– Да, – твердо смотрю ей прямо в глаза, – Самый главный вопрос. Как так получилось, что после всего этого вы спелись с драконом? Тем более таким как Рэйвен. Что он вам наобещал?

Глава 39

При упоминании имени Рэйвена лицо Агнессулы кривится так, будто ей в транспорте сначала ногу отдавили, а потом еще и обругали ни за что.

– Если бы не обстоятельства, я бы никогда в жизни не стала прислуживать дракону! Тем более, как ты правильно сказала, такому как он, – раздраженно бросает она, и глаза ее при этом недобро прищуриваются, – Так что Рэйвен – это особый случай.

Не надо быть великим экстрасенсом, чтобы понять, как она на самом деле к нему относится.

И я тут же отчаянно хватаюсь за ее ответ. Интуиция подсказывает, что я случайно ковырнула очень важную тему, которая может мне помочь.

Правда, пока не знаю как.

– А в чём его особенность? – осторожно интересуюсь я, чтобы вынудить Агнессулу рассказать об этом как можно больше.

Вот только, она напряженно молчит. Кожей чувствую, что Агнессулу раздирает желание рассказать подробности, но что-то ее удерживает.

В свою очередь я молчу, потому что не знаю что сказать такого, чтобы не спугнуть её. Но в какой-то момент Агнессула отзывается сама:

– Можно сказать, у него особая власть над гримами, – говорит она упавшим голосом, отчего я даже вздрагиваю – настолько мрачно это звучит, – По сути, у нас просто нет другого выбора, кроме как подчиняться ему.

Вот это поворот!

Я то думала они делают это по своей воле, а тут выясняются интересные подробности.

– А как так получилось? – трясу я головой, – У него на вас компромат или что?

Агнессула тяжело смотрит на меня и я запоздало понимаю, что сморозила глупость.

– Просто он единственный, кому по силам вытащить всех нас из потустороннего мира, – холодно отзывается Агнессула, – Как я уже рассказала, несмотря на то, что в этом мире остались некоторые гримы, основная часть все же заперта в другом измерении. Единственные, кому по силам открыть портал в наш мир – это драконы. Именно те, кто и запечатал нас там. Вот только, для каждого из них мы абсолютное зло, которое должно быть навеки запечатано. А Рэйвен не только заключил с нами клятву о том, что вернет гримов обратно, но и пракически смог воплотить ее в жизнь.

Так же неожиданно, как Агнессула заговорила, так же она и замолкает. Она явно погружается в глубоко в свои мысли. Ее глаза становятся пустыми и будто бы безжизненными, отчего я растерянно замираю на месте, не знаю что делать.

Больше всего похоже на то, что Агнессула вспомнила что-то очень болезненное для себя. И первый мой порыв – это как-то поддержать ее.

Вот только как?

– У меня там родители остались… – вдруг выдыхает Агнессула, опуская голову.

А я, в свою очередь, чуть не подпрыгиваю на месте:

– Чего-о?!

– Я родилась в потустороннем мире, – сглотнув, шепчет она будто рассказывая тщательно оберегаемую тайну, – Это очень поганое место. Там практически всегда стоит темная ночь, там не хватает еды и целая куча монстров, которые нападают на наши города. Поэтому, как только в детстве я услышала о том, что когда-то мы жили в другом мире… просторном, где не нужно ни с кем сражаться за еду и существование… я очень захотела хотя бы посмотреть на него. Не смотря на то, что наш мир как бы отгорожен от этого, есть несколько способов прорваться. Правда, все они жутко опасные