Леди и драгхар - Наталья Александровна Буланова

Оставшийся у экипажа охранник тут же выпустил в него поток воздуха, а Лейвар в ответ поджарил ему пятки, а сам даже не качнулся от атаки.

Я ощутила, как напрягся крылатый, который меня держал. Да я сама невероятно нервничала. Лейвару что, заняться нечем, как за мной следить?

– Это мой знакомый. Отпусти, – прошептала я тихо.

Но парень почему-то заупрямился:

– Элевия наняла нас защищать вас от любой угрозы, даже знакомой.

Лейвар спрыгнул с тропинки, взмахнул крыльями и завис рядом с таким видом, словно готов снести воздушнику голову:

– Это моя женщина.

Неожиданно! Чья-чья я? Чего-чего?

Мой охранник посмотрел на мое удивленное лицо и фыркнул:

– Леди совсем не похожа на уголька.

Да! А вот молодец. Сработаемся.

В это время второй охранник очухался и бросился на Лейвара. Однако огненный так легко отшвырнул воздушника в скалу, что я ойкнула.

– Не переживайте, леди. Я не дам вас в обиду. – Мой охранник отлетел со мной на руках подальше.

Я не хотела, чтобы они пострадали, поэтому поспешила пояснить:

– Лейвар не причинит мне вреда. И золото ему не нужно.

– Элевия сказала, что вы ее главное сокровище и спасать нужно вас.

Это мне льстит! Но бестолковой схватки все равно хочу избежать.

– Как тебя зовут?

– Рунан.

Лейвар оказался рядом и возмущенно посмотрел на меня:

– Ничему не мешаю?

– Это мой охранник.

– Бывший, – ультимативно произнес Лейвар.

Руки, державшие меня, сжались еще сильнее.

– Давайте поговорим на земле! – воскликнула я.

Но охранник почему-то меня не послушался и не отпустил.

– Рунан! – обратилась я к крылатому, не сводящему взгляда с огненного.

Лейвар пояснил:

– Он боится тебя отпустить, потому что знает, что так я не нападу.

Воздушник покраснел и стал смотреть на противника уже исподлобья.

– Дурацкая же ситуация. Рунан, он не опасен. Лейвар, это моя охрана, и я сама попросила помочь мне. – Я попыталась прояснить ситуацию, но огненный выглядел так, словно сейчас разорвет воздушника на части.

– С чем? Ноги отказали? – рыкнул Лейвар.

Я вздрогнула. Не ожидала таких обвинений.

– Н-нужно добраться до тайника, а крыльев у меня нет, – запинаясь, пояснила я.

Рунан посмотрел на меня:

– Леди, у вас даже голос дрожит. И вы еще говорите, что он не опасен.

Лейвар ударил огненной струей выше головы воздушника, но тот оправдал свое военное происхождение – даже не дрогнул. Ничего такой у меня защитник. Не пропаду.

Надо перевести все в шутку, иначе неизвестно, куда это все зайдет.

– Рунан, ты прошел проверку! Лейвар, спасибо. А теперь на землю.

Я сказала это уверенным тоном, но воздушник колебался. Он смотрел то на меня, то на злющего огненного и шепотом мне сказал:

– Леди, он не шутит. Я это крыльями чувствую.

– Я тоже не шучу. На землю, Рунан, – приказала я таким тоном, что военная подготовка крылатого не позволила ему ослушаться.

И, только оказавшись на земле, я смогла перевести дух. Но когда посмотрела на Лейвара, поняла, что еще ничего не закончено. Стоило Рунану меня отпустить, как огненный тут же обдал его пламенем, а потом схватил за грудки и штаны и швырнул в пропасть.

– Лейвар! – закричала я.

– Взлетит, – отрезал драгхар.

Он подходил ко мне с таким видом, словно готов был повторить со мной то же самое, что и с Рунаном.

– Знаешь, что мой отец говорил моей матери? – спросил меня Лейвар.

Его голос стал ниже, был весь пронизан рычащими нотками.

– Даже не догадываюсь, – осторожно ответила я, пятясь к экипажу.

Угрожал? Запугивал? После того, что рассказывал о нем драгхар, я уже ничему не удивлюсь. Мой собственный двоюродный дядюшка показал, что родня может быть очень жестокой.

– Он сказал, что с момента, как они стали истинными, он ее дом, ее оружие и ее совесть. Раньше я не мог понять всего смысла фразы, а теперь прочувствовал на себе.

Я не знала, что на это сказать, а крылатый ждал ответа. Пытливо смотрел на меня, словно сейчас была моя очередь говорить и я никак не могла ее пропустить.

Что ж, поддержу разговор. Может, он немного остынет.

– А что говорила на это твоя мама?

– Моя мама улыбалась. Она знала, что всегда могла рассчитывать на отца.

– Ты же сам говорил, что он был плохим отцом.

– Отцом – да. А мужем был хорошим. Вивьен, мы не просто так стали парой.

– Мы еще не пара.

– Метка тому подтверждение.

– Ни один рисунок на коже не может заставить любить друг друга. Ценить, беречь и…

– Я разве тебя не берегу? Тебе не нужна больше охрана. Пока ты не поверишь в меня и не вернешься в мой дом, я буду выполнять их работу.

Я удивленно посмотрела на крылатого.

– Лейвар, ты меня пугаешь. Говоришь странные вещи.

– Ничего странного для истинного.

– Ты забыл, что я человек и между нами не может быть ничего общего.

– Если змей нас соединил, значит, может. Ты спокойно пережила наши поцелуи. Ты – особенная.

– А ведь могла и не пережить. Что тогда? Истинная умерла, и все. Не думал об этом?

– Я держал врачей наготове. Закупился амулетами.

– Ты говоришь о любви, а пошел на осознанный риск.

– Винишь меня в том, что не сдержал чувства? Так для драгхара это все равно что не летать, не дышать, не жить, Вивьен.

Мы смотрели друг другу в глаза, и столько всего хотелось сказать, столько всего услышать, но мы больше не произносили ни звука, пока Рунан и второй охранник снова не приземлились на тропу.

– Видишь, живые твои горе-вояки, – сказал Лейвар.

Взгляд его говорил: «Теперь ты понимаешь, кто действительно может тебя защитить?»

– Ты не сдашься? – поняла я.

– Нет.

Ответ звучал очень твердо. Такое ощущение, что с момента поцелуя внутри драгхара разверзся вулкан, и я была не в силах остановить извержение.

Я посмотрела на Рунана, второго охранника, потом на Лейвара. Спросила:

– Готов быть третьим?

Желвак на щеке огненного дернулся.

– Хорошо, – обманчиво спокойным тоном сказал он.

И действительно стал третьим в моей охране вплоть до момента, когда мы в экипаже вернулись в дом Элевии. Вот только вел он себя не как подчиненный, а как хозяин. Сидел рядом со мной в экипаже, сжигая взглядом, и, если бы не присутствие Риссы, я не знаю, что случилось бы внутри.

Когда мы приехали, я забежала в свою комнату, кинулась на кровать и зарылась под одеяло. Все действия Лейвара, его слова, его взгляды – все это кружило мой разум, вводило меня в смятение. Мой план купить собственный дом, найти сестер и спокойно жить рядом с ним рассыпался пеплом