Врачебная тайна 3 - Дия Семина

— Брат? Странно, наверное, он очень мощный, раз я не учуяла его след.

— Да, сильнее его только ты, наверное. И то вряд ли. Он не простит вас за уничтожение его сестры, она его рычаг давления на власть, всё держится на её связи с НИМ. А меня не простит за проклятый архив. Елена как знала, что и где искать…

Он снова попытался свалить свою вину на кого угодно, только бы себя выгородить, даже в моих глазах обелиться. Адвокат до мозга костей.

Но меня заинтересовал нюанс родства Юлии с главарём преступной группировки, это оказалось совсем не клановая структура. Просто наш род Валевских попал под влияние порочного князя. Почему-то раньше я даже не задумывалась на эту тему, хотя, по сути, это же очевидно, и предсказуемо, потому и не задумывалась.

Но теперь многое другое стало понятно:

— Ах вот почему она не посмела бы получить одобрение в сенате на брак с царём? Её брат — главный мафиозо, глава преступного мира и при этом очень состоятельный вельможа, они элита, но из тех, кого люто ненавидят и боятся?

— Так точно, но я бы не стал его называть главой преступного мира, это скорее сообщество или партия единомышленников. Но что происходит? Откуда ты вырвалась в таком виде? — Кирилл Львович словно только что заметил мой «маскарадный наряд» арестантки.

— Хорошие у вас партии, но даже не удивительно. Думаю, я могу тебе рассказать, что случилось этой ночью. В скором времени вам адвокатам предстоит очень много работы. Мы нашли форт «Приют бывших жён», место настолько ужасное, что я, проведя там около десяти часов, уже никогда не забуду. А знатные женщины там жили годами и умирали в страшных страданиях. И хозяин форта, — подняла трость. — Недвусмысленно сказал, что это заведение — дело рук вашего главаря. А ты уже списан со счетов, как враг. Как отступник и предатель. Странно, что ещё живой.

— Матерь Божья, это что теперь будет. Ведь все эти женщины, сейчас предъявят претензии своим мужьям. Нас разорвут…

— Нас попытаются разорвать. На самом деле, думаю, что зачистка уже началась. Кстати, в этом проклятом приюте оказалась и Елена, её потрепали и теперь отправили в допросную.

Рубской поник, ему не Елену жаль, а страшно за себя. Сам знает сколько на ним грешков. Но у меня на него есть планы.

— Послушай, мы потихоньку подступимся к этому князю, и его сила не поможет, Аракчеев принял сан Инквизитора, именно он обезвредил ведьму и тем лишил силы. Думаю, что и с остальными врагами постепенно справимся. Но у меня к тебе дело, если встанешь на нашу сторону, то я предлагаю тебе отработать грехи и долги. Ты и твоя команда, должны взяться за работу с несчастными женщинами. Всех опросить, всё записать, посмотреть, что можно стребовать с мужей подлецов. Ты лучше меня знаешь, как это работает. И только ты сможешь…

— Ты понимаешь, что это не просто скандал, они не разведены. Женщины сосланы как преступницы, а их преступление лишь в том, что их мужья решили взять новую жену.

— Даниил Романович уверен, что Его Величество примет новый закон о разводе…

Рубской резко встал, его переполняют противоречивые чувства. Это дело может стоить ему жизни или великой славы, но есть один нюанс, о котором я даже не подумала.

— Царь в этом вопросе не указ — церковь не позволит разводиться семьям, особенно если есть дети. Вам нужно решить неразрешимую задачу — уговорить главу церкви и синода поддержать этот непопулярный закон. А я не уверен в этой затее. Но с женщинами непременно начну работу. Минимальные права им нужно восстановить. Думаю, что многие мужья пожелают просто откупиться, и несчастным жёнам придётся очень тихо уехать в провинцию, прости, другого варианта пока не вижу. Но откуп и воля — намного лучше, чем тюрьма и психушка.

Меня его доводы очень огорчили, прямо по сердцу прошлись как нож инквизитора. Но дядя мудрый человек, очень опытный, хоть и подлец, но своё дело знает, и не верить ему я не могу.

В этот момент нас очень тихо пригласили на завтрак, пришлось пройти сначала в гостевую уборную, умыться, хоть немного привести себя в порядок, и пройти за лакеем в светлую столовую. Где уже сервированный стол манит и разжигает аппетит, кроме бутерброда с салом у меня ничего не было в животе за последние двенадцать часов.

Но перед тем как присесть на светлый, венецианский стул, я подняла трость, чтобы задать тему непринуждённого разговора за завтраком.

— У меня ещё один вопрос, вот эти трости что-то значат? Почему я их постоянно встречаю?

— Просто символизм иерархии, как дом, как богатая карета. Твоя первая трость, какая попала к моему сыну Давиду, когда-то принадлежала одному из наших. Он подрался в борделе и получил удар ножом в сердце, а ты нашла его трость у убийцы.

— Вы смогли расследовать это старое дело?

— Не такое оно и старое. Но да, смогли, каждая трость имеет секретный код. Убийца наказан… Это я тебе к тому говорю, моя дорогая Анастасия, что не стоит лишний раз разгуливать с этими опасными уликами по улице. Среди наших тоже есть немного одарённые ищейки.

— Хорошо, не буду. Трость Давида, отдам, как только доберусь до дома, а эту нужно отдать Его Сиятельству, как улику.

— Конечно, и всё же, будь осторожнее, ты встала на пути ужасно опасных людей, даже я их опасаюсь…

— Понимаю, но назад пути нет. Всё могло пойти иначе, если бы ты позаботился обо мне в прошлом. Тебе просто стоило приехать в Пансион, где меня содержали по приказу отца, и забрать под своё крыло как племянницу…

Он поморщился так, словно я хлёстко ударила его по лицу, но мгновенно взял себя в руки и назидательным тоном решил сделать внушение:

— И ты лишилась бы всего: титула, чистой репутации и статуса, какой у тебя по праву рождения и фамилии Гринёвых. Ты сейчас дочь Действительного Тайного советника, служишь при Её Величестве, и всё это только твои личные заслуги тебе почти никто не помогал, и скорее мешали, а забери я тебя и была бы племянницей разночинца вне ранговой системы, мы для вас — пустое место.