Передовой отряд смерти - Вилли Кубек

7 мая нам снова выдали сухой паек на 2 дня. Кофе дают утром и вечером у вагонов-кухонь, в полдень — суп, полная кастрюля на трех человек, всегда пересоленный и невкусный, я его почти не ем.

Отопление в вагонах

В Пшемысле мы загрузили кучу угля. Наша небольшая печурка греет отменно, так что по ночам потеть приходится. Оставляем ночью дежурных поддерживать огонь в ней, они сменяются каждые 2 часа. А днем топить нет необходимости — и так жарко.

Условия для спанья

В вагоне № 7 нас 22 человека. В Пшемысле мы уложили пол вагона тонкой древесной стружкой. Теснотища ужасная, спать приходится впритык друг к другу. Как сельди в бочке. На второй день я по примеру других соорудил себе подвесной мат из подручных средств.

Спится прекрасно — ни тряски, ничего. Только покачивает. Я и днем в него забираюсь, тем более что широкая дверь всегда раздвинута, благо тепло, и можно наблюдать быстро сменяющиеся пейзажи.

Движение

По пути встречаем множество транспортных составов, в основном везут различные материалы. Много и составов, направляющихся в Германию или, возможно, на другие участки фронта. Очень много артиллерийских орудий на платформах.

Прочие события

Через ночь мы заступаем в охранение поезда. На всякий случай создан сокращенный боевой расчет.

Кое-кто из наших отстал от поезда — иногда состав может взять да отправиться без предварительного сигнала.

8 мая 1944 г

Если считать от дня нашего отъезда из Зондерхаузена (16 апреля), то мы в пути уже 22 дня, и никто не знает, сколько еще продлится эта поездка и когда мы будем в родной 13-й танковой дивизии.

Вышестоящим штабам приходится проводить колоссальную работу по возвращению личного состава в части и соединения, тем более что сейчас весь фронт находится в движении. Неудивительно, что и нас везут столько времени.

Кроме того, есть ведь и другие проблемы, например недостаток транспортных средств, в частности подвижного состава, локомотивов. Дает о себе знать и неудовлетворительное состояние рельсового пути, и задержки с войсковым подвозом, и масса других сложностей.

И тылу приходится не легче: в Германию увеличивается приток раненых, не всегда тщательно осуществляется ремонт пострадавшей в боях техники. К тому же не следует забывать, что многие железнодорожные линии однопутные, что создает дополнительные проблемы.

В Марашести с утра вдоль поезда шел один офицер, направлявшийся в Барлад, где расположился штаб нашей 13-й танковой дивизии. И мы повернули на Текучи, куда прибыли к 11 часам.

Следующий поезд в Барлад должен был отправиться только в 15 часов, мы решили сходить в город, а одного из наших оставили стеречь вещи на вокзале.

За исключением одной, главной улицы, Текучи — городишко занюханный. Купить можно все, причем недорого, но у нас нет румынских лей.

Солнце печет немилосердно. К полудню большинство наших возвращаются на вокзал и садятся перекусить, чем бог послал. Запивать, правда, приходится не румынским вином, а водичкой.

Так как пассажирские поезда переполнены, да и прибывают с большим опозданием, мы садимся на товарняк, прямо на открытые платформы, где стоят телеги войскового подвоза. За нами увязываются и местные румыны. Поезд останавливается у каждого столба, и мы прибываем в пункт назначения (Барлад) лишь к 22 часам. Да и то не в сам Барлад, а на станцию в 7 километрах от города. Никто не знает, когда он отправится дальше, да и отправится ли вообще. Пешком топать столько далековато, поэтому останавливаемся на ночлег в близлежащем селе. Здесь все выглядит так же убого, как и в России. Мы и еще трое товарищей спим на свежем воздухе, остальные решили расположиться в пустой, только что выбеленной крестьянской хате.

9 мая 1944 г

На аэродроме в Текучи, куда мы прибыли, суматоха, что говорит о близости фронта. В 8 часов мы все встали, а к 10 успели умыться. Правда, вот вместо таза приходится использовать колпак от автомобильного колеса.

Около 10 часов мы уже у железнодорожной линии, ложимся там на травку. Час спустя прибывает нефтеналивной состав, в нем еще 4 товарных вагона, но запертых. По слухам, состав должен отойти через 2 часа.

Я взбираюсь на одну из цистерн, моему примеру следуют другие, вот так мы и едем, все 80 человек. Опасно, потому что на кривой имеешь все шансы слететь вниз.

Около 15 часов мы в Барладе. На расположенном рядом с вокзалом фронтовом распределительном пункте получаем сухой паек на 2 дня: 1 буханку белого хлеба, сливочное масло и говядину. И тут же садимся поужинать.

Фронтовой распределительный пункт направляет нас в Кишинев. Но так как поезд на Кишинев отправится только в 19 часов, мы идем побродить по городу. Барлад — город, населенный евреями: из 40 тысяч жителей 10 тысяч евреев.

На базаре приходится слышать очень странный говор. На запущенных улочках сплошь еврейские лавчонки, в которых купишь все что угодно, лишь бы деньги были: радиоприемники, туалетное мыло, губные гармошки, бутылку ликера — словом, все.

Витрины представляют собой нагромождение товаров, не сразу разберешься, где что лежит.

Прямо на улицах торгуют выпечкой, салом и так далее. «Камрад, а у тебя есть чего продать?» — на своем странном наречии спрашивают у нас евреи. Нарядно одетые женщины — сплошь еврейки. Нас предупредили, что у 80 % венерические заболевания.

В лавках грязно, неприбранно, на полках навалено все вперемежку. Я терпеть не могу нечистоплотности в любом ее проявлении, поэтому разворачиваюсь и ухожу к фронтовому распределительному пункту, где лежит наш багаж. По пути покупаю за 60 лей (1 рейхсмарка) пяток яиц.

В 19 часов садимся на поезд, который следует до Кишинева (4 вагона). Поезд мгновенно забивают до отказа. Но нам везет — успеваем занять хорошие места.

На вокзале перед отъездом успеваем пропустить с Бахом по стаканчику шнапса и вина. Так что я чуть на взводе. Купленные яйца мне отварили на вокзале.

Около 20 часов мы в поезде, я снова сооружаю себе гамак и прекрасно сплю в нем.

Дорожные впечатления. Румыния

Поезда ходят по расписанию только на главном участке — до Бухареста. Судя по всему, румыны относятся к поездкам наплевательски.

С собой в дорогу берут только литровую бутыль воды — вот и весь провиант. Они передвигаются на всех поездах, включая и товарные, могут спокойно перебежать путь перед движущимся поездом, перелезть через него на остановке и так далее. И если где-нибудь отыщется скоба, доска или еще что-нибудь в этом роде, считай, место найдено: уцепился и езжай