Развод в 50. Начать сначала - Александра Багирова

— У меня на это только один ответ, — Марта сосредоточенно рассматривает гриб в ее руках. — Крыса вычислил меня, ну и соответственно и тебя. Других объяснений у меня нет, — хмурится.

— Логично. С моей стороны вряд ли могла быть утечка. Хотя, сто процентной гарантии в таком деле быть не может, — рассуждает Алексей. — Шилов бы не сдал.

— Неее, Шилов аж пищит, так хочет с нами подружиться и грешки свои исправить, — дочь смеется, — Так что он точно вне подозрения.

В который раз смотрю на ее улыбку, сердце радуется. Она оживает, раскрывается, чувствует себя свободно, не так как у нас дома.

— А у тебя есть идеи как поймать крысу?

— Я запустила дез инфу, вкусную, но… — делает загадочную паузу. — Для всей моей команды разную. Вот какая ахинея всплывет, тот и крыса. Так что остается жать, когда в ловушку попадется.

— Как они вообще могли выйти на кого-то из твоих людей, — вздыхаю.

— Мам, не парься. Скоро все узнаем, — подмигивает мне. — Я все равно ни с кем из них не делилась, чем мы сейчас занимаемся. Все сама делала. Кстати, там на моего братца досье почти готово. Сейчас грибы пожарим, картошечку.

— Огурчики, помидорки я с подвала принесу. Сам делал, — дополняет Алексей.

— Ууу, Кардинал, что ты со мной делаешь, — дочь закатывает глаза. — Я же слюной подавлюсь! Воот а после вкусного обеда, я доделаю кое-какую работу, и все можно пускать в ход.

Далее мы принимаемся за готовку, стараемся не затрагивать неприятных тем. Втроем на кухне так весело. Никогда не думала, что готовить можно вот так, всем вместе.

И от этого получать огромное удовольствие.

— Мам, офигенный мужик. Я с ним работала, но понятия не имела какой он в быту. А вот сейчас… ммм, — говорит Марта, когда Алексей уходит в подвал.

— Да, небо и земля по сравнению с твоим отцом, — признаю очевидный факт.

— Ты это, времени зря не теряй!

— Мартусь, не хочу ничего загадывать. Я вообще еще даже не развелась.

— Тю, это не мешало папане с Ариной таскаться. И ты не думала, что это далеко не первый загул твоего бывшего мужа?

— Думала. Но, — пожимаю плечами, — Все равно. Он все сделал, чтобы уничтожить мою любовь к нему. Страдать и оплакивать я не намерена. Хватило, — провожу пальцем по горлу.

— И правильно! Ты мужика главное не упускай! — Марта мне подмигивает.

Я шутливо отмахиваюсь. Возвращается Алексей со своей консервацией, и наша веселая готовка продолжается.

Потом нас ждет невероятно вкусный стол. Могу смело сказать, что с таким аппетитом я не ела никогда. Казалось бы, обычная еда превращается в нечто умопомрачительное.

— Алексей, а у тебя талант. Такие огурчики, — дочь облизывает свои пальцы. — Ты рискуешь сделать так, что я вообще не захочу уезжать.

— Так я над этим и работаю, — хитро прищуривается. А потом многозначительный взгляд на меня кидает.

Смущаюсь, глаза опускаю.

Что вообще происходит?

— Работай, работай, — одобряет Марта.

После нашей трапезы мы все расходимся, дочь работать, Алексей к себе в кабинет, дела какие-то решать, а я в комнату.

Проходит всего час, как меня уже зовут.

— Мам, ну как бы все готово. Надо брать.

Я сразу понимаю, о чем говорит Марта. И от этого паршиво становится. Присаживаюсь. Ноги не держат.

— Да, мои люди готовы, материал есть, — соглашается Алексей. — Но главное слово за тобой, Свет.

И вот это тяжело. Я понимаю, что мой сын монстр. Знаю, что он творил. Он играл жизнями, он совершал убийства. На родного отца травлю устроил, меня едва на тот свет не отправил. Я ведь выжила чудом, потому что в тот момент вышла из лаборатории. Была в коридоре.

Но он мой сын. Как это матери подписать приговор? Отправить сына на нары? Я ведь понимаю, что он натворил столько, что вряд ли когда-то оттуда выйдет.

Знаю, сын меня ненавидит, у него бы ничего не дрогнуло. Но я не он, к счастью. Мне больно. Но в этот момент я стараюсь выключить эмоции и руководствоваться разумом.

— Действуйте, — говорю глухо. Сердце сдавливает в тиски. Именно в этот момент проносятся кадры, Леня у меня в животе, роддом, выписка, маленький сверточек, сыночек, которого больше всего на свете хочешь сделать счастливым. Отдаешь ему всю себя. Пашешь, не спишь ночами, стараешься радовать его любыми способами, дать все, чтобы увидеть улыбку на личике малыша.

И вот он вырос…

Ухожу к себе в комнату. Мне сложно. Надо побыть одной.

Это я так думаю.

Но уже через десять минут, Алексей появляется у меня на пороге.

— Собирайся, Свет.

— Что? — я ушла в свои болезненные воспоминания и не сразу возвращаюсь в реальность.

— Пять минут на сборы. Нам надо ехать.

— Куда?

— Увидишь, — неопределенно качает головой. — Возражения не принимаются.

Глава 66

— Вот и правильно, нечего сидеть тухнуть дома, — Марта только обрадовалась когда я спустилась одетая для вечерней прогулки.

— А ты только этим и занимаешься! Мартусь, тебе тоже проветриться не помешает, — хмурюсь.

— Мам, потом, все потом. У меня работа горит! И ночь — это мое время, — ее глаза азартно загораются. — Так что вы гуляйте, а я буду наслаждаться работой в тишине и во мраке.

— Ничего, и до тебя я доберусь, найду способ от компа оторвать, — весело замечает Алексей.

— Ну-ну попробуй! — Марта шутливо показывает ему язык, уходит на кухню, к своему драгоценному ноутбуку.

Мы с Алексеем идем к выходу.

— Тай, ты дома. Охраняй Марту.

Собака сразу садится, смотрит на нас грустным взглядом, вздыхает. Кивает. С места не двигается.

Выходим во двор. Алексей открывает для меня дверь, помогает сесть.

Замечаю, что машину он успел помыть. Она блестит и грязи совсем нет.

— Что-то новое, Тай остался дома? — перевожу на него взгляд.

— Да, сегодня он в доме за старшего. А мы немного развеемся.

— И куда мы едем? — спрашиваю, когда выезжаем на дорогу.

— Я мог бы повезти тебя в ресторан. Но не сделаю этого. Это скучно и банально.

— А что не скучно?

— Увидишь, — на миг поворачивается ко мне, подмигивает.

Одет Алексей как всегда без лишнего пафоса, спортивная крута, черные джинсы, свитер. И ему так идет. Мне нравится его стиль, в нем тоже есть своя прелесть, уют.

Сравнение с Тимуром обрывается. Резко в мозгу прерывается. Мой разум выталкивает любые мысли о бывшем.

И если с ним все понятно. То, Леня, он сидит в сердце, там рана, и она кровоточит. Хоть Алексей в некотором роде действует как обезболивающее.

— Свет, не думай. И говорить мы сегодня про