Бывший муж – мое проклятье - Леди Дарк

из четырех — выходит немного нелепым, наполненным растерянностью и, словно не пониманием всего происходящего в округе. Я хохочу во весь рот после того, как с трудом затащив своего огромного мужа в маленькую фото будку, едва поместилась рядом с ним, усевшись на его коленях. А он, с таким невозмутимым, своим привычным хмурым видом пилит меня. И в глазах его не то, чтобы злоба и ненависть, в них что-то такое странное, необычное… может, любовь?

На второй раз я успеваю заставить повернуть его голову прямо в сторону маленькой камеры напротив и улыбнуться. Фото-робот запечатлил именно тот момент, когда я тыкала пальцем в его. Поэтому, эту фотографию наверное тоже стоило бы считать как неудавшаяся. Но я считаю, что нет. Карстен очень мило улыбается, демонстрируя свою правую ямочку на щеке, смотрит своими черными глазами на меня, так влюбленно. А я даже не замечаю этого, упорно заставляю его смотреть вперед, все еще хохоча. Мне сейчас, даже на мгновение, начинает казаться, что я слышу наши голоса. Которые на самом деле лишь искажаются под силой бурной фантазии и плохой памяти, а на самом деле в квартире стоит глухая тишина.

Третий и четвертый кадр — по его словам — были самые-самые лучшие. На них мы целовались. Забвенно и мечтательно, чувствуя каждую уловимую эмоцию друг друга, ловя каждый вздох и тихий стон. Это было превосходно. Все также, как и. сейчас. Волшебно. Необычно. Как первый раз, только без чувств. Обычный поцелуй, больше не наполненный главным — любовью.

Наверное, это грустно, но я его больше не целую. И не поцелую.

Никогда.

Я закрываю глаза и зачем-то прикладываю свободную руку к животу, неожиданно почувствовав какое-то жжение. Наверное, это догорали последние бабочки. Смотрю на электронные часы и в ужасе подскакиваю с кровати, разбрасывая в разные стороны ногами все вещи.

Я опаздываю, твою мать!

Целых полтора часа пролежала в обнимку с ничего незначащими бумажками, вспоминая все то, что с таким трудом забывала три года! Кто я, если сама себе не вредитель.

На ходу быстро сгребаю все кисточки в одну кучу и связываю их своей резинкой для волос, чтобы они не рассыпались в сумочке куда попало. Сворачиваю в тубус несколько плотных листов, закидываю в шоппер еще карандаши и четыре тюбика с гуашью. Затем бегу к открытому комоду и резко отодвигаю четвертый ящик, мгновенно подмечая в углу свою пропажу. Черт, а могла бы все сделать гораздо быстрее, если бы сразу додумалась от простого идти к сложному. А не наоборот.

На эмоциях злости и одновременно радости, я запихиваю в сумку акварель, параллельно раскидывая все разбросанные картины по ящикам. Нужно скорее распрощаться со всем этим и уносить ноги, потому что мой автобус ждать меня не собирается. А следующий вообще приходить не хочет. Идиотское расписание.

Хватаю с кровати телефон, уже намереваясь рвануть из комнаты вон, как вдруг останавливаюсь, замечая краем глаза эти две загадочные полоски фотографий, о которых уже смогла забыть. В груди словно загорается какая-то лампочка, выключая все рычаги ненависти. Я не хочу сейчас его ненавидеть. Почему-то не хочу.

В руке начинает вибрировать телефон. Я мигом подрываюсь со своего места, на автомате забрасывая в сумку фотографии.

К черту их. Выброшу по дороге.

— Да! Алло? — сбивчиво кричу в трубку, даже прежде не взглянув на абонента, с которым имею честь говорить. Это все равно скорей всего Оливер.

— Привет, это Лили… — Я замерла, остановившись в прихожей у двери. Сердце настороженно екнуло в предчувствие чего-то страшного, ведь напоминание о том, что она ничего не знает все еще меня и пугает и беспокоит.

Не поверив сперва ни голосу, ни девушке на том конце провода, ни самой себе, я посмотрела в экран, убеждаясь в обратном. Это серьезно была Лили.

— Да, Лили, я тебя слушаю, — довольно спокойно говорю я, до этого сделав пару глубоких вдохов, когда отключила микрофон.

— Элизабет, я… хотела у тебя узнать, — она делает короткую паузу. Я же, не находя себе места, заранее пытаюсь найти убеждающие причины не отвечать на ее возникшие вопросы, которые у нее так резко появились. — Можем же мы перенести нашу с тобой встречу на послезавтра, хотя бы, а, возможно, и еще чуть-чуть попозже? У меня внезапно изменился график работы. Представляешь, мой фотограф уверяет меня в том, что коллекцию, которую нам нужно отснять лучше будет точно на фоне Кёльнского собора! С ума сойти!

Я сразу облегченно беззвучно выдыхаю, вместе с ее словами сбрасываю с плеч все обременяющее голову мысли. Возможно, сейчас я должна была испытать огорчение или злость за то, что в пустую потрачу свои свободные скучные дни, но как-то странно этот переворот событий очень даже мне нравится.

— Хорошо. Ты заказчик, ты все и решаешь.

— Ох, спасибо тебе большое! Извини, что тревожу тебя своей непостоянством. Я прямо сейчас переведу тебе аванс.

— Ненужно. Все нормально, Лили.

— До встречи! — пропел женский голос мне в трубку.

— А! Но!..До встречи.

Позволяю ей первой нажать на кнопку «отбоя» и завершить звонок, потому что сама сейчас сделать это не в состоянии. Прикрываю веки, делаю еще пару неглубоких вдохов и выдохов, слабо покачивая головой под умиротворяющий шум городской суеты, который слышу из квартиры, и думаю о том, что так будет лучше: если я начну не с завтрашнего дня и позволю эмоциям сейчас утихнуть, чтобы в будущем не натворить еще глупостей. Мне нужно еще подумать, как избегать Карстена, потому что встречи с ним я в будущем вообще хотела бы свести на нет. Но на его территории это кажется вообще невозможным.

Убираю телефон в задний карман джинс, закидываю на плечо шопер, и, зажав под подмышкой тубус с ватманами, выхожу из квартиры, закрывая ее на ключ.

На улице как всегда стоит суматоха. Дороги кипят от потока машин в самый час пик, переулки гудят от звуков голосов и разных песен, доносящихся из разных неизвестных углов. Никогда не подумала бы, что буду скучать по этому городскому хаосу. Тут кипит жизнь, тут все идет наперекор, но в этом во всем и есть какая-то своя изюминка этой завораживающей суеты.

Оглядываясь на прохожих, смотрю по сторонам, любуясь знакомым небом над головой, которому посвящены уже около пятнадцати штук картин. Написав Оливеру короткое смс, что я еду домой, я пролистываю еще пару сообщений от своих прежних заказчиков, и чувствую как внутри меня начинает переполнять от переизбытка дофамина вместе с грудой разной информацией за последние часы.

Странно это все