Тренер Гильдии Фамильяров - Сергей Харченко

— Ого! Он говорящий! — воскликнул Костя, округлив глаза. — Прямо как в мультиках! Желешка, не бойся, он же такой крохотный.

Анна пристально всматривалась в барона, слегка склонив голову. На губах её заиграла тёплая улыбка.

— Какой миленький! Я никогда таких не встречала! Артур Викторович, откуда вы его взяли? — проворковала она, с искренним любопытством рассматривая барона. Матильда лишь принюхивалась и на всякий случай приготовилась к прыжку.

Лера между тем находилась в лёгком ступоре. Посматривала на барона растерянно, с оценивающим прищуром. Оно и понятно. Годами она выживала на самом дне, сражалась с превосходящими противниками, видела обезумевших от химии тварей. А тут крошечный сверчок, который требовал выпивку командным тоном.

Её Бублик напрягся. Считав через хрупкий канал Сопряжения растерянность хозяйки, варан угрожающе раздул зоб и еле слышно зашипел в сторону насекомого.

Денис же сориентировался моментально. Уже выхватил смартфон.

— Контент года! — выпалил Дэнни, торопливо наводя камеру на Сверчанского. — Да он просто порвёт все чарты! А ну, скажи ещё чё-нить, зелёный!

Так, это надо прекращать. Я шагнул вперёд. Моя ладонь жёстко сомкнулась на запястье Дениса. Пальцы сдавили сустав ровно настолько, чтобы смартфон не упал из рук мажора, но в то же время он сморщился от боли.

— Убери, — мой голос прозвучал ледяным тоном. — Этот сверчок — не забава для твоих подписчиков. Тем более перед турниром. Никто за пределами гильдии не должен знать о его существовании. Ясно?

Денис скрипнул зубами. На его скулах заходили желваки, но… перечить он не посмел.

— Ясно… тренер, — он насупился, но послушно спрятал свой гаджет в карман своих шорт.

Внутри я оставался абсолютно спокойным. План мягкого ввода сверчка в команду с треском провалился. Бывает. Недооценил проворность Сверчанского, не проверил в содержимое карманов вовремя. Это уже не имеет никакого значения.

Опыт сорока лет на Арене давно приучил меня к одной простой истине: идеальных тактик не бывает, реальность всегда вносит свои корректировки. Настоящий гладиатор не оплакивает сломанные схемы, он моментально адаптируется к новым реалиям. В любом деле следует быть гибким, как и сейчас.

Я наклонился, аккуратно подхватил на ладонь барона Сверчанского, возмущённо забившего надкрыльями.

— Артём Сергеевич, вы за старшего, — ровным тоном обратился я к Белову, который замер возле пульта управления с приоткрытым ртом. — «Светошумовую дезориентацию» отложим на время. Продолжаем вчерашнюю программу. Отработка стоп-сигналов до полного автоматизма. Я скоро вернусь.

— По-понял, — закивал Белов, провожая взглядом сверчка, который недовольно стрекотал и раздумывал над следующей фразой.

Я покинул зал, подхватив переноску с Искоркой и пряча недовольного гусара в нагрудный карман. Тренировка должна продолжаться при любых обстоятельствах, а нам кое с кем предстоял очень серьёзный разговор. Нужно было привести его в чувство, и дать понять, куда он попал, пусть и благодаря чрезмерному злоупотреблению алкоголем.

Плитка мужского санузла гильдии встретила нас гулким эхом и въедливым запахом дешёвого дезинфектора. Я подошёл к раковине, аккуратно вытряхнул барона Сверчанского из кармана прямо на холодный керамический край.

Рядом положил переноску с Искоркой, которая рвалась наружу. Судя по сморщенной мордочке и шипению, она хотела взять на себя воспитание наглого сверчка. Этого я допустить не мог. Превращать такие ценные кадры в пепел было верхом безрассудства.

— Срамота-то какая! — возмущенно застрекотал сверчок, разъезжаясь лапками по скользкому фаянсу. — Куда ты меня приволок, ирод⁈ Я тебе кто, вошь нестроевая, чтоб меня вытряхивать, словно крошки из кармана⁈ Квасу мне дай! Или рассолу!

Я молча отвинтил пластиковую пробку от валявшейся на подоконнике пустой бутылки. Открыл кран, дождался, пока вода станет холодной, и наполнил импровизированную тару до краёв.

— Пей, — я придвинул пробку к насекомому.

— Ополоски! — сверчок брезгливо упёрся передними лапками в керамику, спасая усы от влаги. — Чтобы барон Сверчанский воду из-под крана хлебал⁈ От вашей хлорированной дряни у меня фасетки мутнеют!

Спорить с похмельным насекомым в мои планы не входило.

Я невозмутимо положил указательный палец на зелёный панцирь барона, чуть ниже его возмущённо дёргающихся усиков, а затем нажал, макая его усатую голову в пробку.

— Требую забродившую росу! Чтоб… буль-буль-буль! — захлебнулся гусар.

Я подержал его пару секунд, затем ослабил нажим. Сверчанский отпрыгнул в сторону, отчаянно замахал лапками, отряхивая воду с усиков.

— Утопить удумал⁈ — истошно завопил барон, бешено отплёвываясь. — Я элитная кавалерия, а не пескарь аквариумный! Шашки вон! В лапшу покрошу!

Сверчок встал в позу богомола, забавно помахивая передними лапками, будто это были шпаги. Я сдержался, чтоб не прыснуть со смеху.

Искорка ударила в клетку, пытаясь вырваться, выстрелила в его сторону струйкой дыма.

— Акх-ха-ха! — закашлялся Сверчанский, упал на все шесть лап. Всё же у крохи получилось сбить боевой пыл барона.

— Сначала трезвость, потом переговоры, дружище, — спокойно парировал я, затем вновь подхватил его и посадил у пробки, готовясь повторить процедуру.

— Стоять! Отставить экзекуцию! Я трезв! Абсолютно кристален! — поспешно заверещал гусар, отступая по краю раковины подальше от пробки. Он сердито потёр намокшие надкрылья и возмущенно проворчал себе под нос: — Изверг. И ящерице своей скажи, чтобы прекратила называть меня хрустиком! И вообще, у неё чешуя под левой лапой чешется от вашей хлорированной воды. Бесится, что сидит в коробке и не может почесаться.

Моя рука замерла на полпути.

Я медленно опустил ладонь на край раковины. А ведь барон прав! В голове мгновенно вспыхнула утренняя картина: Искорка со странным остервенением тёрлась левым боком об угол переноски, пока я жарил яичницу. Тогда я списал это на обычную утреннюю разминку, но зуд от хлорки. Тот самый физиологический дискомфорт, который я никак не мог считать через свой канал Сопряжения.

А этот зелёный алкаш смог.

Я быстро проанализировал информацию. Если всё так, как я думаю, потенциал этого болтливого существа возрастал многократно. Чем этот момент не ещё одно доказательство ценности сверчка?

Достал я из кармана универсальную мазь для питомцев, как раз от аллергии. Прикупил её сразу, как только покинул клинику Покровского, на всякий случай. Затем достал Искорку из переноски и обработал еле заметное пятно на её боку. Из-за чешуек раздражение было почти незаметно, если не присматриваться.

Вернув на место саламандру, которая благодарно потёрлась мордочкой о мою руку, я мысленно поставил галочку, зафиксировал помощь Сверчанского, но вслух об этом не проронил ни слова. А то скажу, ещё сильнее возгордится. Начнёт ещё выставлять более наглые требования. Пусть пока адаптируется.

— Раз ты абсолютно трезв, значит, готов к работе, — бросил я сверчку, смахнул капли воды с раковины. — Ну-ка, полезай в карман. И не высовывайся, пока не скажу.

Барон лишь тяжело