Дальнейшие похождения Остапа Бендера 1-4 - Анатолий Вилинович

— Нет, правда? — обрадовалась хозяйка. — Это у него иногда. А так он очень любит рассказывать о своей службе…

— О, тогда я его с удовольствием послушаю, Елена Викторовна. Я тоже служил одно время…

Они вышли во двор, и Леля прикрикнула на лающую собаку. Та, завиляв хвостом, послушно замолчала. Хозяйка проводила квартиросъемщика мимо небольшого цветничка до калитки и вдруг воскликнула:

— Ой, никак Кузин приехал, к нам идет!..

Из автомобиля с брезентовым верхом уже вышел довольно пожилых лет в морской форме адмирала человек, к которому и бросилась как к родному хозяйка.

— Вот папа будет рад, вот обрадуется, Николай Георгиевич, — защебетала Леля, целуя в обе щеки гостя.

— Да вот по служебным делам… Как же не навестить, Лельчик, своего служаку…

— А это наш новый квартирант, Николай Георгиевич, — представила Остапа хозяйка.

— Очень приятно, молодой человек, очень… Адмирал Кузин. — представился моряк.

— Бендер Остап, — представился квартирант, ответив пожатием руки адмиралу.

— Как он там, Лельчик? Полный вперед, Коля… — скомандовал моряк шоферу в машине. Елена Викторовна, бросив умиленный взгляд на Остапа, повела гостя в дом.

А из машины уже вышел молоденький матросик с двумя пакетами, очевидно, для хозяина дома и заспешил за адмиралом.

— Я же говорил, что в этом доме вы найдете все, что вам нужно, Остап Ибрагимович. Моряки тут настоящие, все знают о морской войне… — заговорил удовлетворенно Исидор, когда они остались одни и пошли по знойной улице Мариуполя.

— На вокзал за моим саквояжем я после схожу, боцман, — с чувством полного удовлетворения, что все идет по плану, как надо, проговорил Остап.

На небольшой площади толпился народ. Сонный фотограф с треногой и черной простыней на плече, как древний римлянин с тогой, вяло покрикивал:

— Моментальное фото! Раскраску снимков тоже делаем… Фотографируйтесь на память о городе Мариуполе!

— Идите в общепитовскую пивную, боцман, заказывайте пиво и ждите меня, я в туалет заверну, — распорядился Остап.

Исидор чинно занял очередь за пивом. Впереди уже неподалеку от получения его стоял в очереди толстячек. Он был лысоват, но тоже в видавшей виды тельняшке. Порученец Остапа, увидев его, перешел к нему. Тот расплылся в восторженной улыбке, увидев дружка. Спросил:

— Что тебе брать?

В очереди зашумели, видя не стоящего впереди их.

— Много текста, граждане… Подумаешь проблема, один человек с другом… Две кружки бери, Сан Саныч.

— Ты не один, Исидор? Так может возьмем и бутылку? — пробился уже к окну с пивными кружками, спросил Сан Саныч.

— Отвали моя черешня, понял? Я при деле.

— Ха-ха, при деле!.. Умора. Нет, а Соня дома?

— Брось эту прибаутку, Мурмураки, — скривился Исидор.

— Нет, ты раньше скажи, Соня дома? — похихикивал тот, беря от продавца наполненные кружки.

— Давай лучше место займем в тени…

Они выбрались из очереди и. заняли место за столиком под тентом.

А Мурмураки не унимался, сделав глоток из кружки:

— Нет, ты скажи, Соня дома?

— Слышь, Сан Саныч, прекрати, люди на нас смотрят… Вот идет мой командир, заткнись, ты!..

К дружкам подошел с видом человека, получившего облегчение, Бендер. Увидел компаньона: Кутейникова и, внимательно огладывая выпивоху, сказал:

— Еще один дядька Черномор? Вот город, одни моряки, не иначе. Наверное коком на шхуне плавал, угадал?

— Нет, почему… — не понял тот, но шутиха уже вылетела у него из головы. — Мурмураки Сан Саны ч, — не нашел ничего другого как представиться толстячек.

— Приятно слышать, и не иначе, как что-то греческое, угадал? Представьте его более обстоятельно, боцман, — отпил из предназначенной ему кружки пива Остап.

— Когда-то работали вместе, порядочный человек. Но от него ушла жена… — сообщил Исидор, когда в этот момент Мурмураки отошел к соседнему столу за солью.

— Анекдот… Слышали? — вернулся к компании «кок со шхуны», — Стучит. Спрашивает: «А Соня дома?». «Она полы моет», отвечают ему. «Полы моет? А мне сказали что она модистка»… — рассмеялся толстячок. — Может сообразим бутылку? — уже серьезно спросил он Бендера.

— Знаешь, как кавказец сказал? Чай пьешь — орлом летаешь, водку пьешь — свиньей лежишь. Отпадает ваше столь ценное предложение, Сан Саныч, — отрубил Остап. — Так где работал последнее время, анекдотчик?

— А где… в ОСВОДе… а там недостача… уволили.

— И в чем выразилась эта недостача, корабельный кок?

— Спасательные круги, да пара лодок, и еще разное… парусина, канаты всякие…

— ОСВОД, значит? Это интересно, очень интересно. А кто там сейчас заведует этим всем? — заинтересовался Остап.

— Как кто, да этот самый Пристройкин, он и не моряк в прошлом вовсе, а так… По блату пристроился, как его и фамилия, — хохотнул весельчак. — Еще пива, а?

— Сан Саныч, уймись, — строго отпарировал ему Исидор.

— О, вот с кем я выпью, так выпью! — воскликнул Сан Саныч и бросился к идущему Ворошейкину.

— Это теперешний завхоз этого самого ОСВОДа, — пояснил Кутейников. — Стал им, когда Сан Саныча ушли. Мурмураки считает, что тот ему обязан за место, которое он освободил.

Вскоре компания разросшаяся до четырех человек сидела за столом, на котором вопреки сказу кавказца, среди наполненных вновь пивом бокалов, красовалась и бутылка «Московской». И разговор между ними пошел более, чем задушевный. Ворошейкин вначале жаловался, поведывая о том, как его хотели уволить, а он доказал, что необходим коллективу.

— Как же это вам удалось, любезнейший? — спросил Остап.

— А как? Инвентарь для клуба приобрел кто? Я. Место под клуб нашел кто? Я.

— Под какой клуб, товарищ мичман? Носите мичманку с крабом, наверняка им были? — устремил свой взор на того Бендер.

— Был не был, неважно, человек хороший. А какой клуб? Морской, Остап Ибрагимович. Эту идею наше общество давно вынашивает, а дела нет, вот я и…

— Похвально, друг мой, похвально… — подбодрил его Бендер.

— Может вам не интересно слушать, а? Без такого клуба нам никак нельзя, дорогой человек.

— Нет, отчего же, даже очень интересно, очень…

— Без такого клуба нам никак нельзя, верно, Сан Саныч?

— Никак нельзя, товарищ Ворошейкин, никак, что верно, то верно. Вот и я хотел, но…

Сан Саныч не договорил, что ему помешало организовать морской клуб, так как Остап задал новый вопрос пихтеру-завхозу Общества спасения на водах.

— Вы говорили что-то за комиссию, мичман. Что и как?

— Комиссия приезжает с адмиралом во главе, тут они все и забеспокоились. И взносы перевыполнить, и приказ отоварить моим сокращением, значит. А тут звонок еще, что адмирал-то уже в городе. Навешает кого-то из сослуживцев, так они сразу и меня оставили, чтобы, значит, клубом вплотную занялся, чтобы было что адмиралу доложить.

— А с сокращением единицы как же? — задал вопрос Остап.

— А как, уволили одного такого по фамилии Угухин, отказался быть материально ответственным, хотя