Развод. Нет пути назад! - Любовь Трофимова

— Ну ты и — сопоставив факты, протянула я и, выдержав паузу, расплылась в широкой улыбке.

— Ты не злишься? — с надеждой в голосе, уточнила Настя, а я тихо рассмеялась.

— Ничуть, но — подняв палец, я насладилась её растерянностью и, подмигнув, предупредила: — С тебя посильная помощь. Если коротко, готовься к роли бесплатной няньки.

— Ах это, — оживилась она и, кивнув, пообещала: — Это я запросто. К тому же

Договорить она не успела В дверях появился Руслан, а следом вошёл Станислав Михайлович и, пригладив усы уже знакомым жестом, обратился к дочери.

— Настя, поехали, нам пора. Успеете ещё пообщаться.

Провожать гостей мы с мужем вышли вместе. Пожав руки, мужчины договорились созвониться после возвращения Станислава Михайловича из Питера, а мы с Настей обменялись номерами.

— Ну?.. — закрыв дверь, Руслан повернулся ко мне и, склонив голову набок, поинтересовался: — Убедилась, что оснований для недоверия и ревности не было, нет и, надеюсь, никогда не будет?

— Прости меня, — выпятив губы, совсем по-детски прогундосила я и, обняв любимого, уткнулась носом в родное тепло и пробормотала: — И как ты меня терпишь? Мнительная истеричка

— Глупенькая, — муж тихо рассмеялся и, отстранившись, добавил, глядя в глаза: — Я же тебя очень люблю. Вредную, мнительную упрямую Любую. Мы вместе, всё будет хорошо. Обещаю.

— И больше никаких недомолвок, — пятясь к спальне, проворчала я, намекая на семейную тайну, повлёкшей клубок грязных интриг.

— Договорились, — наступая, Руслан улыбнулся, но я решила дожать его ещё в одном вопросе.

— И ещё кое-что. Я буду работать, пока могу, а потом...

— Просто иди ко мне, — поймав за руку, хрипло произнёс Руслан и, притянув меня ближе, крепко обнял и прошептал: — Я ужасно соскучился...

Эпилог

почти год спустя...

Мария

За окном кружили крупные хлопья снега и, поблёскивая в свете фонарей, невесомо опускались на землю. Белое покрывало застилало всё вокруг, скрывая грязь, слякоть и копоть.

Любуясь привычным чудом, я задумчиво улыбалась и, покачивая сына, млела от уютных звуков, производимых им при сосании груди.

В свои три месяца Максимка уже привык спокойно спать почти всю ночь, но я всё никак не могла отказать и ему, и себе в таких вот минутах завораживающего единения. Мы никуда не торопились, никому не мешали, и, насытившись, сын долго висел на груди, постепенно засыпая.

Кресло для кормления, специально поставленное у окна, стало моим любимым местом. Особенно ночью Из окна открывался вид на наш ещё не совсем обустроенный двор и большой сад, и я любила наблюдать, как преображается пространство.

Руслан готовил этот сюрприз много месяцев, и незадолго до родов мы переехали в просторный дом, где я чувствовала себя настоящей хозяйкой.

С последней памятной встречи прошёл почти год, но свекровь я больше не видела, а вот Лилька появлялась много раз. Пыталась звонить, рыдала в трубку и, чередуя проклятия со сбивчивыми извинениями и жалобами, просила не портить ей жизнь.

Избегая неприятных последствий, Руслан неизменно пресекал её попытки примирения, а после того, как она подкараулила нас у работы, поступил кардинально, — просто отправил её в Питер.

Из уклончивых пояснений мужа я поняла, что его сводной проблеме предстояло мотать долгий срок под руководством строгого директора, выбранного Русланом в новый филиал своей компании. В исправление этой девицы я не особо верила, но спорить не стала.

Я так и не простила Лильку, но Не желая превращать свою жизнь в марафон судебных разборок, я не стремилась ломать её без того нелёгкую судьбу и предпочла оставить всё плохое в прошлом.

Работать всю беременность я всё же не смогла. И вовсе не из-за противопоказаний, мнения мужа или плохого самочувствия. В ожидании чуда я пересмотрела свои приоритеты и поняла, что не хочу тратить время на то, что раньше казалось важным.

Испытания, выпавшие нам с Русланом, доказали, что самое ценное у нас уже было, но в погоне за призрачными благами мы чуть не потеряли друг друга. После воссоединения наши отношения и чувства вышли на новый уровень, и я наслаждалась этим, доверившись мужу как никогда прежде.

Чуть не потеряв друг друга, мы поняли, что тратили кучу времени на глупые обиды и, замалчивая проблемы, придумывали несуществующие тайны и проступки.

Человеческие отношения — сложная штука, и порой мы склонны воспринимать критику как благо, а в чужом любопытстве ищем подвох. В реалии те, кто пытается нас приструнить и переделать, не всегда желают нам добра, а потенциальные соперники и враги становятся близкими друзьями.

Например, свекровь и золовка, которым я пыталась угодить и молча терпела их придирки.

Или Алексей, в прошлом переживший много боли, а на деле оказавшийся не таким уж и монстром.

Или Настя и её отец, изначально воспринимаемые мной как угроза, в реальности стали близкими людьми. Практически заменив отца, Станислав Михайлович продолжил поддерживать Руслана, а его дочь очень быстро превратилась в мою близкую подругу.

Наказывая нас с Русланом за беспечность и чрезмерную гордость, жизнь подкинула нам сложное испытание, и мы достойно прошли его, не растеряв самое важное и приобретя новые ценности.

Всего год назад я оплакивала свою любовь, готовилась к разводу и была уверена, что пути назад у нас нет, а теперь

— Почему не разбудила? — раздалось за спиной, а я вздрогнула и, обернувшись, улыбнулась мужу.

— Ты так сладко спал, — прошептала ласково и, встав, передала спящего сына Руслану.

Осторожно приняв Максима, муж сел в освободившееся кресло и, устроив сына поудобнее, замер. Даже спустя три месяца он всё ещё смотрел на малыша, как на восьмое чудо света и, заботясь о нём, превращался в растерянного здоровяка, боящегося невольно навредить.

— Ну и что?.. Будто ты не устаёшь, — качнув кресло, проворчал Руслан и, погладив пухлую щёчку сына, признался: — Не хочу пропускать важные моменты: первые зубы, улыбки, жесты, шаги

— До первых шагов нам ещё далеко, — прошептала я и, встав за спинкой кресла, обняла мужа за шею.

— Я хочу участвовать во всём, — накрыв мою руку своей, упрямо повторил Руслан и, повернув голову, посмотрел в глаза и улыбнулся: — Скоро Новый год. Наш первый праздник втроём.

— Помню, — кивнула я и, подумав,