Дворник 32-го уровня. Том 12 - Дмитрий Дорничев

Однако все были уверены, что эти «выскочки» не справятся. Им попросту не хватит сил. Но они совершенно позабыли про одну парочку, которую ранее облепили рыбы. А тех двоих не было… Ни рожек, ни ножек. Они попросту исчезли. А вот где именно — вопрос хороший. В животах чудовищ в виде фарша? В озёрном иле в виде обглоданных остатков? Нет…

— Да не томи! Где они, блин⁈ — крикнула Нилл и топнула ножкой. И её счастье, что девушку никто не видел, ведь её упругая, мягкая и очень массивная грудь так эротично дёрнулась, что могла вызвать у людей косоглазие!

— Перо, ты — извращенец! — пискнула гоблинша. Люди рассмеялись, чем ещё сильнее смутили девушку. Зато как сильно стало её пламя!

Десятилапая рыбина, весящая двадцать кило, так пропеклась, что сдохла за секунду! Нилл невольно возгордилась собой и даже позабыла про подругу… Вот она вся суть женской дружбы.

— А давайте бить Перо? — предложила Шива. Но бить Перо, конечно же, никто не станет.

— Станет! — заявила Нилл.

— Вот-вот! — добавила Шива.

Тем временем…

— Не съезжай с темы, сволочь!

Тем временем Дарья и Сергей рвали на части странных, жутких существ, напоминающих гусениц. Но морских. Эти паразиты обычно живут в морских организмах, но сейчас Дарья и Сергей как раз были в этом самом «организме».

Сергей, используя свою эпическую леденящую булаву, лупил по стенке из плоти, замораживая её, а из различных дыр лезли эти жуткие твари. Даша рвала их, рубила топором и просто топала, испытывая жгучую ярость и желание схватиться за огнемёт. Жаль, что его не было.

— Очень жаль! — крикнула Дарья. Её сияющие магические доспехи давали свет в этом чёрном тоннеле, что проходил внутри чёрной твари, которую прозвали Муравейником.

Большая часть стен и пола была во льду, который Сергей отрывал вместе с кусками плоти и отбрасывал, проделывая проход. Дарья же занималась защитой. Но и Сергею порой приходилось сражаться.

Тоннель постепенно уходил вглубь твари и немного вверх, туда, куда вело Рентгеновское зрение максимального уровня. И в этот момент Муравейник содрогнулся!

С диким визгом его верхушка открылась и проглотила Негативный Нод!

— Серёж! Рассказчица говорит, что оно Нод съело!

— Таков план, — кратко ответил мужчина и ударил по чёрной плоти. Она сразу обледенела, и мужчина начал выбивать куски да откидывать.

— П-поняла!

Тем временем Михаил простонал от натуги. Он немало истощил Негативный Нод, и тот всё же пробудился. А значит, начинается самое «интересное». И он оказался прав, потому что из Муравейника вырвались мириады мальков!

Чёрным потоком они рванули к Дарье и Сергею, но… Их подхватила Харибда! Маленькие рыбки закружились в водовороте, и тут-то Михаил ударил Массовым очищением.

Вспоминая фразу про «воробушков», Чистильщик обалдел от потока негатива. Десятки тысяч мелких чудовищ, за которых давали сотые доли Очка Кармы, лопались каждую секунду!

— А что за фраза про воробушков? — спросила Нилл.

— Ё*** воробушки, — подсказала Лейла.

— Поняла! Михаил, фу таким быть. Матерщинник!

Михаил чуть слюной не подавился от такого заявления. Правда, слюна эта была черна, как сажа. Негатив огромным потоком проникал в тело, и попытка выжечь его, как скверну, не увенчалась успехом. Негатив — это негатив, а скверна — это скверна.

— Ну спасибо, кэп! — крикнул парень. Вот только чем больше в нём было негатива, тем сильнее он сиял, и это сияние уже было видно невооружённым взглядом.

— О нет! Энергия! Она сгорает! — сокрушалась фея, сожалея, что «не успела».

— Не успела с чем? — опешила Нилл.

— Ни с чем! — пропищала Чикки, продолжая стрелять ветряными лезвиями по рыбам.

— Михаил *пик* пчол? Ой, фей? — удивилась Лейла, но мат был запикан. — О! Цензура! *пик**пик**пииииик*! Муха-ха-ха-ха!

— Одарённой Лейле был отключён голосовой чат.

Кавказская девушка в шоке открыла рот, но из него не вырвалось ни звука.

— Перо суров! — воскликнул Ян и добавил: — Но справедлив!

Лейла же со дна озера показала ему средний палец, а вокруг неё всё было завалено трупами рыб. Они, конечно, быстро растворялись и исчезали, но над головой всё ещё шёл такой поток тварей, что казалось — они никогда не закончатся. Но нет. Карусель уже существенно уменьшилась, а рыб стало настолько мало, что гарнизонные воины стали подумывать: «А не откусить ли нам кусок пирога?».

Впрочем, это скорее было похоже на «успеть запрыгнуть в последний вагон поезда». Но они пока не решались. Да и кто знает, вдруг течение резко изменится, и карусель обрушится на этих людей?..

— Перо суров! — повторился Ян, но тут раздался крик, полный боли и отчаяния:

— Сияние слабнет! Не-е-е-е-е-е-ет! — кричала Чикки.

Михаил же, вместо того чтобы уже стать чёрным, как Негатив в ночи, лишь испытывал лёгкое недомогание. Всё же он пропускал через себя огромный поток негативной энергии. Правда, вместе с негативом в него попадал и позитив, ведь пламя сжигало немало рыб. Сейчас они падали в воду обгорелыми угольками и постепенно растворялись, исчезая из этого мира.

— Мне вообще-то капец как фигово… — постанывал Чистильщик, но мужчина должен страдать, чтобы потом его приласкала женщина. Или женщины…

— Кто приласкает бедного Михаила? Шива? Нилл?

— Чикки! — хмыкнула зеленокожая.

— А вот и приласкаю! У-у-у-у-у-у! Энергия моя… — взвыла фея, для которой вид тускнеющего сияния Михаила был словно ножом по сердцу. Она оберегала его от хищных, голодных женщин и духов, а теперь всё это съедают рыбы. И фея, у которой почему-то был хвост, аж воспылала.

— У Чикки есть хвост? — удивился Ян. — О! И правда, хвост феи!

Но воспылала фея не огнём, а праведным гневом, и её ветер настолько усилился, что сотни рыб зависли в воздухе! А в воду уже упали их нарезанные кусочки.

— Вот так фея! — воскликнула Шива. — И Перо, верни уже Лейле голос. Мало ли.

— Бан голосового чата снят с Лейлы.

— Перо, я тебе засос на руке оставлю, и тебя жена прирежет!

Оставлять засос никто, конечно же, не станет, ведь прирежут уже Лейлу, но сейчас всем было не до этого. Количество рыб уже существенно уменьшилось, и гарнизонные силы начали