Развод. Я была слепа - Елена Владимировна Попова

Я даже ответить ничего не могу. Находясь в полном шоке, чувствую, как в висках раздается каждый удар сердца. Да нет, это точно какой-то развод. Она не может быть от меня беременна. Точнее, теоретически может, мы много раз спали, но у меня в голове это не укладывается. Не укладывается, мать твою! К такому раскладу я не готов. Мне не нужна жена, которая контролирует каждый мой шаг. Я хочу свободы, черт побери! А с ней буду жить как в тюрьме.

— Думай тише, я все слышу, — буравит взглядом бородатый, сидящий напротив.

Видимо, мое искаженное от ужаса лицо передало все мои мысли.

— Ну так что, рад? — улыбается другой, но при этом смотрит на меня так пристально, что у меня язык не поворачивается сказать «нет».

— Нужно все обговорить. Я не был готов к такой новости, и...

— Что тут обговаривать?! — сдвинув брови, ударяет кулаком по столу. — Гаяне ждет от тебя ребенка, значит, ты должен жениться на ней.

— Мужик ты или нет?!

— За свои действия нужно отвечать!

— Ты отец ее ребенка, тебе его и воспитывать вместе с ней! — набросились на меня все трое.

— Откажешься от Гаяне — будешь иметь дело с нами, — предупреждает качок, демонстрируя свои бицепсы.

— Мы тебя всего лишим. Порвем за свою сестру! Имя Карен Заргарян тебе о чем-нибудь говорит?

Еще как говорит. Ни один здравомыслящий человек не захочет связываться с этим криминальным авторитетом. Он точно не будет церемониться. Я и глазом не успею моргнуть, как он отожмет у меня ресторан.

— Наш дядя, — с гордостью произносит бородатый и разворачивает ко мне экран с фотографией, на которой этот Заргарян обнимает Гаяне.

— Ресторана у тебя не будет, так и знай. А если возьмешь сестренку в жены, — расплывается в улыбке другой бородач, — и войдешь в нашу семью, то станешь нашим братом. Ну так что? — наклоняется ко мне, — получается, любишь нашу Гаяне?

Смотрю на три пары черных суровых глаз, понимаю, что, если скажу нет, то от меня места живого не оставят, и сам того не желая выдавливаю:

— Получается, что люблю.

— Молодец, уважаю! — жмет мне руку и поднимает стакан с соком. — Тогда давайте выпьем за любовь и начнем подготовку к свадьбе?

С этого момента я понял, что влип. Крепко и надолго...

Эпилог 2

Надя

— Нет-нет-нет, стой! — бегу за своим торопыгой.

Не успеваю отвернуться, как этот шустрик уже оказывается в другом конце комнаты. Ох, иногда мне кажется, что кролик «Дюрасел» ожил и стал настоящим мальчиком, который бегает по нашему дому пока не посадит до конца батарейку.

— Девчонки, возьмите к себе Даню на полчасика, — выкрикиваю, подхватив сорванца на руки. — А не то я в ресторан пойду лохматая и в домашнем халате.

Злата с Авророй забирают в комнату младшего брата, а я наконец-то начинаю завивать волосы. Сегодня у нас с Юрой вторая годовщина свадьбы, и мы решили отметить это событие в ресторане.

— Боже мой, — улыбаюсь, глядя на себя в зеркало, — уже два года пролетели. А как будто только вчера расписались.

Мы сыграли скромную свадьбу, на которой были самые близкие люди, затем вместе с дочками улетели в отпуск, провели незабываемые три недели на берегу океана, а по приезду домой я узнала, что беременна.

Когда нам сообщили, что у нас будет мальчик, Юра вынес меня из кабинета УЗИ на руках. Он был готов и к третьей девочке, но я догадывалась, что он был бы не против, если парень разбавит нашу компанию. Теперь Даниил Юрьевич с папой везде, где только можно. И в детских центрах, и в офисе, и на объектах. Вон какой смешной на фотографии в рамочке. Сидит такой деловой у папы на руках, да еще и в каске. Это они на открытии окружной дороги.

Накручиваю на плойку очередную прядь и разглядываю фотографии девчонок, висящие на стене. Они стали настоящими сестрами. Ни дня друг без друга не могут. Как попугаи-неразлучники, ей-богу. Обе учатся на отлично, Злата продолжает заниматься в музыкальной школе, а Аврора пошла в художественную, чему очень рад Юра.

«Я был уверен в том, что она захочет пойти по стопам матери, — сказал он. — С детства упрашивала меня отдать ее на фигурное катание, но после того, как ты появилась в нашей жизни и заменила ей мать, она даже по телевизору перестала смотреть выступления фигуристов».

Аврора действительно мне стала как дочка. Я стараюсь давать ей ровно столько же любви, заботы и внимания как Злате и Дане. А Юра считает Злату своей родной, и ничем ее не обделяет.

Марк тоже принимает участие в жизни дочери. Забирает ее в гости, возит к бабушке. Только вот в последнее время стал уделять ей меньше внимания. Наверное, из-за предстоящей свадьбы. Сказал мне по телефону, что скоро женится, вот только голос у него был такой, как будто не к свадьбе готовится, а к похоронам.

Мы, кстати, не стали заселяться с ним по соседству. Юра предложил продать дворец, как его называл Марк, и купить новый дом, на что я сразу согласилась. Не очень-то хотелось жить рядом с бывшим мужем. А деньги, которые он перевел мне в качестве компенсации за измену, так и остались лежать на моих счетах. По совету Юры я положила их под проценты и там уже набежала приличная сумма.

Открываю косметичку, закатываю глаза и глубоко вздыхаю.

— Девочки, где моя помада?!

У них столько своей косметики, но все равно нет-нет да и заглянут в мою косметичку. То от обеих пахнет моими духами, то намажутся моими тенями. Модницы мои.

Я стою перед зеркалом с прической, с макияжем, и в красивом вечернем платье. Остается только дождаться Юру, который должен привезти к нам няню. Нянечка, кстати, нам уже как родная стала. Раньше она с Авророй сидела, когда Юра жил во дворце, а теперь приглядывает и за нашим младшим.

***

Сидим с мужем в уютном ресторанчике, отмечаем годовщину свадьбы и смеемся, вспоминая о сегодняшних проделках нашего сына. Затем я рассказываю Юре о том, как наши две дамы сегодня устроили показ мод, примеряя мои платья, и как я снова не досчиталась помады в своей косметичке,