Альфа-ноль. Все части - Артем Каменистый

class="p1">— Угу, так и есть. Когда у членов императорской семьи открывается возможность зайти в Лабиринт, они берут с собой отряд воинов и магов, после чего лезут в отдельные области тумана и вырезают там всех, кто не успеет убежать. Команды серьезные, а твари там в основном мелкие, их легко выкашивать.

— Значит, нам не повезло? — спросила Кими.

— В каком смысле не повезло? — не понял я.

— Ну, те твари, которых ты убил. Они не были мелкими. Я не успевала с ними ничего сделать. Да я никогда не видела такую скорость. Не понимаю, как тебе это удалось.

Проигнорировав скрытый вопрос по поводу моего личного везения, я обратился к теме везения общего:

— Кими, ты ошибаешься, это была мелочь. Двенадцатая и четырнадцатая ступени.

— Всего лишь? Чак, не может этого быть. Я ведь перед этим охотилась и спокойно справилась с элементалем тринадцатой ступени. Но против этих стояла и ничего поделать не могла.

Я, прикрыв глаза, забрался в ПОРЯДОК и процитировал дословно:

— «Вы наносите значительный урон элементалю чистой стальной Пустоты. Вы наносите фатальный урон элементалю чистой стальной Пустоты. Элементаль чистой стальной Пустоты рассеян. Вы победили элементаля чистой стальной Пустоты. Стихийное создание (двенадцатая ступень силы Стихии стальной Пустоты)». Кими, это сам ПОРЯДОК написал мне, а он или не ошибается, или помалкивает. Так что все правильно.

— ПОРЯДОК тебе послания пишет? — недоверчиво уточнила девушка.

— Это не совсем послания. Просто я натренировался получать от него тест, а не картинки и образы. Мне так удобнее. Так что ты тоже это видишь, просто не в таком виде.

— Прекрасно. Это получается, меня какая-то мелюзга чуть не зарезала.

— Не расстраивайся, Кими. Это ведь Лабиринт, тут все ненормально, а твари Пустоты самые ненормальные. По описанию их даже мелкими или средними не называют, просто элементали. Получается, сам ПОРЯДОК не представляет, как группировать. И я про Пустоту не все понял. Что значит стальная? Сколько вообще ее видов?

Девушка пожала плечами:

— Я в этом не разбираюсь. Да почти никто не разбирается, потому что Пустоту прокачать невозможно. Слышала, что у кого-то из членов императорской семьи она есть. Но даже у него вроде бы слабая. Атрибут там, наверное, лишь один, но к нему как бы навыки дополнительные идут, усиливающие всякое-разное. Если стальное дополнение развивать, все, что связано с умениями стали, станет лучше работать. Как-то так устроено, но могу и ошибаться. Чак, если там даже двенадцатые ступени такие жесткие, нам в таком тумане точно не выжить.

Девушка развела руки в стороны, как бы пытаясь объять необъятное. То есть указывала на обширнейшее пространство, сплошь затянутое туманом. Наше укрытие выступало над ним, будто крохотный обломок айсберга посреди океана.

— Может, он остановится, — с сомнительной уверенностью заявил я. — Не все же время ему подниматься.

Это наша главная проблема. Седалища — ерунда, они способны не один день выдерживать пытку от давления неровного мрамора. Но постамент хоть и не мал, но не так уж и высок. Над маревом проступает незначительно. Границу тумана с ходу определить сложно, но если приглядеться и чуть выждать, различаешь отчетливо. Очень уж она резкая, радикально разделяющая две среды, без намека на плавный переход одного в другое.

И эта граница не стоит на месте, она поднимается. Очень медленно, незаметно для глаз. Но если засечь ее положение и потом взглянуть на отметку спустя десять минут, увидишь, что та погрузилась в туман на сантиметр-другой.

Нетрудно высчитать, что, если темп «наступления» не замедлится, еще до середины ночи ноги наши окажутся в тумане. Что случится дальше, обсуждать опасались, потому что без лишних слов подозревали самое нехорошее.

А подозревали мы, что туман этот как-то способен сигнализировать тварям о том, что с ним соприкоснулось что-то вкусное. Очень уж целенаправленно на нас сбегались блестящие элементали, с разных сторон заходили. И чем быстрее мы бежали, тем активнее вели себя монстры.

Вспоминая это, я неуверенно предположил:

— Если туман поднимется выше постамента, можно попробовать не шевелиться. Есть шанс, что на нас не отреагирует.

— Чак, ты сам в это веришь?

— Нет. Но надо перебирать все варианты. Непонятно, какой сработает.

Кими покачала головой:

— Тут нет вариантов. Никакой не сработает. Посмотри вокруг, Чак. Это всего лишь одна из четырех доступных частей города. И даже при тумане видно, что она больше столицы. Гораздо больше. Представляешь, сколько людей здесь жило когда-то?

— Представляю. Но зачем ты это рассказываешь?

— Затем, что этот город не для людей. Знаешь, как простолюдины называют это место в своих сказках?

— Я даже не знал, что им про него известно.

— Не очень-то известно, но что-то помнят. Они говорят, что под столицей есть еще один город. И город этот давно похоронен. И когда какие-то беды происходят, винят нас, благородных, что это из-за нас всю империю прокляли древние силы. Прокляли за то, что мы снова и снова лезем в древнюю могилу. И что-то в их сказках есть.

— Кими, ты преувеличиваешь. Простолюдины слишком много болтают.

— Чак, да ты посмотри вокруг. Этот город действительно бросили. И очень может быть, что прокляли. Ты видел, чтобы его дома кто-то серьезно разрушал? Я говорю не про отдельные дома и кварталы, а про то, что бывает, когда в город врывается вражеская армия. Там все рушится, все горит. А тут следов такого нет, почти все здания сами разваливаются, от старости. Зайди в любой, проведи ладонью по камням. Ладонь покроется прахом. Он остался от тех, кто здесь жил в те времена, когда город тоже жил. Но этот город умер, в нем остались лишь камни, кости и призраки. И кто-то его похоронил, заколотив все двери. А потом пришел первый император и сумел открыть несколько проходов. Он гигантскую могилу вскрыл, понимаешь? Самую большую могилу в империи. И не просто вскрыл, он потревожил кости и начал истреблять призраков. Он разворошил про́клятую могилу и начал получать из ее праха прибыль. За надругательство над этим кладбищем его семья получила Стихии, а мы сегодня получили право зайти в могилу и потоптаться по трупу. Этот труп тысячи лет грызли стервятники, а теперь мы грызем стервятников. Сегодня пришло много очень голодных стервятников. Пока они не наедятся или не отправятся куда-то дальше, нам придется сидеть здесь. Там, в тумане, их территория, а мы даже не понимаем, куда надо бежать. Так что надо просто ждать.

«Картограф» у меня заработал, стоило оказаться на постаменте. Не сказать, что показывал все идеально, но разобраться можно.

Поэтому я поспешил обнадежить спутницу:

— За это не