Князь Целитель 7 - Сергей Измайлов

Надо как-то потихоньку выселять из них это ребячество, хотя порой оно бывает забавным и помогает снять напряжение. Однако не дай бог они повторят что-то подобное где-то в другом месте. Например, в родовом замке, в который я рано или поздно снова попаду — будет как-то не комильфо. Сначала думал предложить им отложить свои шуточки до Аномалии, да там теперь тоже кругом будут глаза и уши. Пусть даже и присягнувшие, но глаза и уши, как ни крути.

На некоторое время я снова утонул в отчётах, полностью доверив организацию мероприятия своим друзьям и новым помощникам, заодно проверим, на что способны эти два не таких уж суриката.

Начало торжества назначено на три часа, я должен явиться практически последним, как сигнал точного времени. Лидия заглянула в кабинет без десяти, как я и просил. Я подошёл к ростовому зеркалу, включил подсветку и критично окинул себя взглядом с ног до головы, поправил причёску и галстук, стряхнул три пылинки и мерным шагом направился в конференц-зал.

На церемонии по традиции не было никого лишнего — только те, кто будет присягать, я, мой брат и небольшой духовой оркестр, который аккуратно занял позицию в дальнем углу. Когда открылась дверь и я вошёл, заиграл гимн Российской империи и все дружно замерли на своих местах по стойке смирно.

Что меня больше всего удивило, так это то, что в костюме был только я. Ну про оркестр молчу, это понятно. Все остальные были облачены в новёхонькие доспехи последней разработки концерна рода Демидовых.

Очень эпично смотрится, скажу я вам. И максимально функционально, и в то же время дорого-богато, такого бойца ни с кем другим не перепутаешь. В броне были даже два моих «суриката», которых так называть теперь язык не поворачивался.

Когда гимн отыграл, с пламенной речью выступил мой старший брат Алексей. Какие-то пафосные речи о вступлении княжича Демидова Ивана Владимировича в законные права и что он определяется представителем интересов рода в регионе.

Когда он закончил, у меня буквально перехватило дыхание, так как откуда-то из-за его спины вышли отец и дед в таких же доспехах, как и у Алексея, только больше деталей было покрыто сусальным золотом. У меня от неожиданности даже в глазах помутилось, но я взял себя в руки, медленно глубоко вдохнул и вернул себе ясность зрения.

Каждый из них так же отличился короткой речью о верности роду и императору, после чего я вышел в центр зала и начал принимать присягу у своих приближённых и офицеров вверенных мне батальона и взвода спецназа, отряда боевых магов. Каждый читал текст присяги, преклонив передо мной колено.

Почему-то, когда на колено встал Федулов, мне было немного неудобно, но увидев его взгляд, я перестал об этом думать. Клятву в верности Борис Аркадьевич явно давал от чистого сердца. Потом оркестр играл гимн рода Демидовых, снова заставив всех замереть.

Когда торжественная часть закончилась и все начали потихоньку расходиться, я, стараясь не делать вид, что куда-то тороплюсь, пошёл в сторону своего семейства, сделавшего мне такой сюрприз. Первым отреагировал на моё приближение дед и сразу обернулся, бряцнув доспехом. Вслед за ним остановились и обернулись отец и брат.

— Ну что, Иван Владимирович, поздравляю! — сказал дед и, опередив моё желание, распахнул руки для объятий.

Я крепко обнял его, не обращая внимания, как в меня впиваются выступающие части его доспеха. Мне сейчас некого было стесняться, так как все остальные присутствующие уже покинули зал.

— Спасибо тебе, дед, что приехал, — выдавил я из себя, потом перевёл взгляд на отца. — И тебе большое спасибо, папа!

— Ну, полноте, к чему такие нежности! — высказал отец, но я видел, что он и сам расчувствовался, но старался не показывать вида, считал это проявлением слабости. — Отец, отпусти моего сына, а то на его костюме вся позолота с твоего доспеха останется!

Дед наконец-то разомкнул свою не по возрасту крепкую хватку, и я подошёл к отцу. Тот объятия никогда не признавал и просто протянул мне руку для крепкого рукопожатия, это у него было высшим проявлением чувств и симпатии.

— Ты отлично справился с испытанием, сын, — сказал отец, продолжая испытывать мою кистевую силу. — И будешь отличным управленцем, а при необходимости — отличным боевым целителем. Как-никак на деле доказал, что твое упрямство имело под собой основание, как и положено Демидову! Продолжай своё начинание и развивайся, это пригодится, ты доказал и ещё неоднократно докажешь.

Отец и дед задержались после церемонии, но ненадолго, так как их за городом ждал вертолёт, а в Новосибирске самолёт. Они просто смогли выделить немного времени, чтобы присутствовать на первой в моей жизни присяге моих подданных. Согласились лишь выпить по чашке чая.

Теперь за столом в обеденном зале на третьем этаже мы сидели вчетвером — только Демидовы. На столе пузатый чайник, свежие пирожные и яблочный штрудель, мой любимый. Увидев его, я покосился на Алексея, а тот сидел улыбался довольный. Видимо, заранее подговорил моего повара это приготовить, сам я пока не догадался, целиком доверив меню интуиции самого повара.

Надо будет на завтра борщ заказать, там и посмотрим, у кого лучше. А вдруг окажется, что у Матвея? Тогда отправлю его учить повара варить борщ.

— Жаль, что я не видел твою реакцию на этот особняк, когда ты увидел его впервые, — сказал дед, поставив пустую чашку на блюдечко. — Особенно на эту башню.

— Я был весьма… впечатлен, когда увидел подобное, — честно ответил я, улыбаясь. — Так это твоя идея?

— Нет, придумал Алексей, но советовался со мной, будет ли уместно, — ответил дед, тоже довольно улыбаясь.

— А со мной даже не посоветовались, представляешь? — усмехнулся отец, но по его виду не скажешь, что он хоть как-то обижается, разве что совсем чуть-чуть. — Сговорились за моей спиной.

— Я до тебя пытался достучаться тогда, — напомнил ему Алексей. — Ты на связь не выходил, отписался, что очень занят, а сроки поджимали, мы же тут развернули стройку века буквально. Ещё никогда за сотни лет существования Каменска здесь ничего не строилось с такой скоростью.

— Это потому, что раньше до этого места Демидовым дела не было, — ухмыльнулся отец. — Теперь о нас здесь долго говорить будут. У Вани теперь особняк в несколько раз больше, чем у градоначальника.

— Так, может, и… — начал дед.

— Да зачем это Ване нужно? — махнул рукой отец. — Своих забот полон рот будет. А как дело пойдёт налаживаться, денежки потекут в карман Енисеем, тогда можно будет и город немного