Антология еврейской средневековой философии - Коллектив авторов

носящая много различных форм; еще в большей степени <являются таковыми> природа и жизненные души[373], ибо они суть те, что запечатлевают формы на теле. И еще в большей мере таковы рассудочная душа и разум, ибо все формы пребывают в них.

Говоря в общем, каждая из субстанций по мере возрастания становится более упорядоченной и собирает все больше форм и все более уподобляется первой материи, носящей все формы (по сравнению с субстанциями, упорядоченными ниже). Рассмотрев это с точки зрения проникновения данных качеств в субстанции, их распространения, упрочения и утверждения в субстанции по мере повышения ее уровня и приближения к высшему пределу, можно уяснить, что эти свойства ниспосылаются и приходят из первой всеобщей материи, общей для всех субстанций, окружающей их и дающей им имя и определение. И если уразумеешь ты, что все множественные вещи ищут единения, тем самым тебе станет ясно, что материя-носительница всего едина. Ведь множественные части не искали бы единения, если бы не было единым все, удерживающее их и устанавливающее их.

16. Так как все роды сущего различаются формой, а все то, что различается формой, должно согласовываться в материи, то материя всего сущего — материя единая. Сравнив всеобщую форму и всеобщую материю, которая едина, ты узнаешь, что первая устанавливает сущность второй. В таком случае сущность каждой из них неизбежно обусловлена сущностью другой.

17. Материя не может существовать без формы, как и форма без материи не может существовать и мгновения. Эта зависимость убедительно доказывает, что сущность каждой из них обусловлена сущностью другой.

Рассмотри свойства единства — и ты найдешь, что они скреплены с формой; ведь единство устанавливает множество, удерживает его, дает ему бытие, объемлет его, существует во всех его частях, носимо вещью, находящейся под ним, и пребывает превыше ее. Этими же свойствами обладает форма, так как форма устанавливает сущность того, в чем она находится, дает ему бытие, удерживает и объемлет его, существует во всех его частях, носима материей, подлежащей под ней, и пребывает выше материи; материя ниже ее.

18. Неправильно говорить, что единство есть корень всего, потому что единство является формой, а все — это не только форма, но форма и материя. Правильно говорить, что корень всего — это «троица»; «единица» — здесь соответствует форме, а «двоица» — материи.

Я уже разъяснил тебе, что свойства «единицы» находятся в форме, а именно форма устанавливает материю, оформляет, охватывает ее, существует во всех ее частях и носима вещью, подлежащей под ней. Существование свойств «двоицы» в материи обусловлено следующим: 1) «Двоица» подлежит под «единицей», и «единица» выше, чем она. А материя также подлежит под формой, и форма выше, чем она. 2) Форма едина, «двоица» же — это делимое множество. Материя также умножается и делится, потому что она — причина множественности вещей и их делимости, поскольку под-лежащее пребывает на уровне «двоицы». 3) Свойство формы одно, и заключается оно в установлении сущности <вещи>. Свойств же материи два. Одно — это ношение формы: оно сообразуется со свойством формы, а именно через ношение материей формы и через установление формой сущности материи устанавливается сущность всякой вещи и восполняется ее природа. Это свойство приходит в материю от первой единицы, соответствующей «единице» формы. Под «единицей» я имею в виду половину «двоицы», которую мы противоположили материи. Второе же свойство материи — делимость и множественность, ибо форма дробится и умножается через материю. Это свойство приходит в материю от второй единицы, то есть от <второй> половины «двоицы», присоединенной к первой единице. От этого присоединения и образуется «двоица», через бытие которой и существует разделение и множественность. 4) Материя разделена прежде всего на две части, в соответствии с природой «двоицы»; я имею в виду, что <она разделена> на материю простых субстанций и материю составных субстанций и именно благодаря этому достигает ее свойство «двоицы».

Итак, мы выяснили, что форма — в степени «единицы», материя — в степени «двоицы». А если дело обстоит так и если материя и форма являются корнем всего, то, следовательно, «троица» — это корень всего.

19. Форма разума подобна форме «единицы», так как разум постигает одну предпосылку[374]; форма же души подобна «двоице», так как она движется от посылок к выводам и от тождественного к иному[375]. А форма жизненной души подобна «троице», так как она постигает тело, обладающее тремя измерениями, посредством трех вещей: фигуры, цвета и движения. Далее, форма природы подобна «четверице», так как природа обладает четырьмя способностями[376].

Говоря в общем, созерцая роды сущего, ты обнаружишь, что они устроены согласно природе числа и упорядочены в соответствии с ним и что все они подпадают под форму разума, которая является единством, поскольку всякое число подпадает под единство. Именно поэтому форма разума и его сущность собирают и объемлют всякую вещь.

20. Отсюда следует, что всеобщая форма является запечатлением Истинного Единого[377] — да прославится Он! — которое распространяется во всей материи и объемлет ее. А так как Первое Единство едино в истинном смысле и действует само по себе (то есть его действие не обусловлено другой вещью), то, стало быть, здесь существует <иное> единство, которое следует непосредственно за Первым и является первым из счисляемых единств. Это — всеобщая форма, устанавливающая сущность всеобщности видов; я имею в виду всеобщий вид, дающий сущность каждому виду; и все виды равно сопричастны его идее. Ибо не может не обладать формой, устанавливающей его сущность, каждый из видов субстанций, простых и составных. И идея, полагающая их всех, — это всеобщая форма, то есть единство, непосредственно следующее за Действующим Единством. И потому мы скажем, что форма удерживает материю и устанавливает ее; ведь форма являет собой единство, а единство — это то, что держит все и устанавливает его, поскольку собирает сущность всего, в чем оно <пребывает>, и объединяет его (а именно удерживает его от разделения на части и умножения). Когда нечто делится на части, его становится больше. Следовательно, единство включает в себя всякую вещь и существует во всякой вещи.

21. Всеобщность формы распространяется во всеобщности сущности материи, погружается во все ее части; <она> подобна свету, который погружается во всеобщность субстанции тела и проходит сквозь нее, и подобна количеству, которое распространяется в субстанции и погружается в нее.

22. И различие и разделение форм происходит не из-за формы самой по себе, но из-за носящей ее материи. Ибо если здесь есть Первое Совершенное Единство,