Она Дикая. Часть 2 - Ева Эра

– Надеюсь, что изменят. – прочистил голос. Подошёл вплотную, и начал тихо говорить. – У тебя есть полное право на меня злиться, подозревать, обижаться, а у меня было полное право так поступить. Помнишь наш спор? Ты хотела узнать, почему мы с Диким так недолюбливаем друг друга? Так вот я тебе сейчас расскажу. Шестнадцать лет назад, в канун Нового года, мы все семьей собирались ехать загород к друзьям родителей. Мне было восемнадцать лет, и такие посиделки не особо интересовали пацана. Поэтому в последний момент мне удалось слинять к одногруппникам на квартиру. Никита был вообще маленьким, точно не помню, лет шесть наверное. К вечеру у него поднялась температура, и его оставили дома с няней. – он сделал небольшую паузу. Было заметно, как трудно дается ему этот рассказ. – Родителям не суждено было встретить Новый год. Они разбились на дороге, насмерть. Водитель, как ты понимаешь, тоже погиб. Расследование показало неисправность тормозной системы, ну, и погодные условия подвели. В общем, несчастный случай.

– Ты хочешь сказать, что это Дикий постарался? – спросила недоверчиво. – Есть доказательства? Он был заинтересован в смерти твоих родителей?

– Мой отец был честным коммерсантом, свой бизнес построил с нуля. Не украл у кого-то, не состоял в бандинтских группировках. Чего не скажешь про твоего. Николай Петрович создал свою компанию на крови, в прямом смысле слова. Отбирал у слабых, если кто сопротивлялся, использовал другие методы. То, что мы остались с братом в живых, стало у него костью поперек горла. Мой дядя помог удержать бизнес отца на плаву, и то, половину акций и имущества мы потеряли. Дикий и его сподвижники смогли вынудить нас продать часть за копейки. Я не буду представлять тебе прямые доказательства, хотя они тоже имеются: несколько томов независимых экспертиз, связь исполнителей и заказчика, материальная выгода и последующее притеснение компании отца. Чтобы противостоять Дикому, дядя обратился за помощью к не менее авторитетным людям. Николаю Петровичу ничего не оставалось, как отступить, и оставить нас в покое. Позже, когда я уверенно встал на ноги, я всячески пытался вредить бизнесу твоего отца, но, мысль о том, что я отомщу за родителей, не покидала меня. И вот, мне представилась такая возможность, разве мог я ей не воспользоваться? – Макс искал в моих глазах сочувствие и поддержку. Их не было. – И то, что я остался жив, просто чудо. Если бы пуля попала на несколько миллиметров ниже, я бы здесь не стоял. Теперь у меня было полное право нанести ответный удар. Половина этих людей, он махнул рукой в сторону уходящей толпы, так называемые бизнесмены и партнеры, на самом деле уголовники и бандиты. Важно не нарушить баланс интересов и не получить пулю в лоб. Я не нарушил, чего не скажешь о Николае Петровиче. Его человек, правая рука, попытался меня убить.

В глубине души, я понимала его боль, желание отомстить. Понимала, но не могла принять.

– Я знаю, что отец был болен. Он сам говорил мне, что жить ему осталось не долго. Может судьба уже наказала его за все те деяния.

– Болен? Ты видела его диагноз? – едкая усмешка скользнула по губам. -Он может говорить, что угодно. Насколько хорошо ты знаешь своего отца? За эти два года вы успели сблизиться? Судя по тому, что он без раздумий отправил тебя ко мне на переговоры, при этом, зная истинную цель моего интереса, то Дикий не особо тобой дорожил. А что было бы дальше? Новая сделка и ты снова должна раздвигать ноги? Это вы не обсуждали с отцом? Теперь ты свободна, еще и получила многомиллионное наследство.

– Только не надо сейчас делать из себя благородного рыцаря, и выставлять все так, будто ты меня спасал. – возразила возмущенно. – У нас были не простые взаимоотношения с Николаем Петровичем, но и преувеличивать не надо. Он хорошо ко мне относился, взять хотя бы его завещание. Этот поступок о многом говорит. Что касается наших с тобой переговоров, то мы оба не чужие люди, поэтому каждый повел себя так, как повел. Отец напрямую не заставлял меня с тобой спать. Кроме того, это не значит, что все с кем мне предстояло бы вести дела, захотели бы меня поиметь. И, что всем бы я позволила.

– Лина, – произнес умоляющим голосом Макс и обхватил мое лицо ладонями. – нам теперь никто и ничто не мешает быть вместе. Кто бы мог подумать, что из всех девушек на свете, мне западет в душу дочь Дикого.

От его больших ладоней исходила сила и тепло. Хотелось закрыть глаза, тихонько заплакать и уткнуться носом в распахнутый ворот рубашки, прижаться к груди. Но, я этого не сделала.

– Мне мешает совесть быть с убийцей моего отца. – осторожно убрала его руки. Заглянула последний раз в черные глаза невообразимой глубины и прошептала. – Уходи.

Отвернулась, чтобы не показывать своих слез. Послышались его уверенные шаги. Больше я Строганова не видела.

Эпилог.

Полгода спустя.

Может ли девушка в двадцать один год успешно справляться с многомиллионным бизнесом? Может, если за ее спиной есть опытная команда профессионалов. Нечаев Константин Юрьевич оказался надежным порядочным человеком, грамотным управленцем. Он полностью возглавил руководство компании отца, я лишь слушала его, соглашалась и училась.

Быстро ли я оправилась после смерти Дикого? Быстро. Но вот последняя встреча со Строгановым еще долго отдавалась сильной болью в сердце. Я анализировала  слова, сопоставляла факты, представляла себя на его месте, и пришла к выводу, что Макс имел право на вендетту.

Потеря родителей, которые воспитывали его восемнадцать лет, несравнима с потерей отца, которого я толком не знала. Мы оказались не в равных условиях. Если бы наш разговор состоялся не в день похорон, а немного позже, я возможно не так остро реагировала бы на его объяснения. Но, больше встретиться нам не довелось.

– Лина Николаевна, – обратилась ко мне секретарь. – Звонил Константин Юрьевич, он задерживается, будет у вас только через час.

– Спасибо, Леночка. – мило улыбнулась ей в ответ. – Как только придет, пусть сразу заходит ко мне в кабинет.

Девушка с большим животом, на седьмом месяце беременности, плавно, слегка покачиваясь, вышла в приемную.

К слову, Васильевой Лины Игоревны больше не было. После оформления наследства, я посчитала своим долгом взять фамилию и отчество настоящего отца. Теперь для всех я стала Дикая Лина Николаевна.

И, если раньше я недолюбливала секретаршу отца Леночку, то сейчас уважаю