Реджеп Тайип Эрдоган - Севинч Учгюль

«Электронный меморандум»: международная реакция и правовые последствия

Олли Рен, европейский комиссар по вопросам расширения Евросоюза, заявил, что ЕС уважает профессионализм турецкой армии и ее ценный вклад в международные миротворческие миссии, однако турецкие вооруженные силы не должны вмешиваться в избирательный процесс, чтобы продемонстрировать свое уважение к светскости и демократическим ценностям: «Они должны знать, что не следует вмешиваться в демократическое функционирование страны, которая намерена стать членом ЕС»[144].

Госсекретарь США Кондолиза Райс заявила: «Соединенные Штаты полностью поддерживают процесс демократического и конституционного развития Турции, а значит, и избранных должностных лиц. Да, Соединенные Штаты занимают ту же позицию, что и Европейский союз. Турецкие военные не должны вмешиваться в президентские выборы».

Ассоциация юристов в Диярбакыре подала иск против Генерального штаба. Коллегия адвокатов Диярбакыра, Ассоциация по правам человека и филиалы «Мазлум дер Диярбакыр» (Mazlum-Der, Diyarbakır) подали жалобу в Генеральную прокуратуру Анкары, поскольку ультиматум Генштаба от 27 апреля является правонарушением. На фоне растущей международной поддержки демократических принципов Реджеп Тайип Эрдоган получил дополнительное моральное подкрепление в противостоянии с военными.

Политический тупик и конституционный кризис: путь к досрочным выборам и политическая развязка 2007 года

Еще одним спорным вопросом перед выборами были дебаты по поводу «367». Согласно статье 102 Конституции Турецкой Республики, для избрания президента в первых двух турах требовалось 367 голосов депутатов Великого национального собрания Турции, что представляло собой квалифицированное большинство, и 276 голосов в последующих двух турах, что являлось большинством. Сабих Канадоглу, генеральный прокурор Верховного апелляционного суда Турции в то время, заявил, что следует считать, что 367 голосов, указанных в Конституции, являются не только кворумом для принятия решения, но и кворумом для проведения голосования.

Согласно этой точке зрения, в голосовании должно участвовать не менее 367 депутатов, иначе результат будет недействительным. Таким образом, правящая партия, имеющая 354 места в парламенте, не смогла бы избрать президента без поддержки других депутатов. Эрдоган призвал членов своей партии не беспокоиться по поводу «367». Он назвал участников республиканского митинга «искусственно сформированной массой». Руководство Партии справедливости и развития заявило, что оставляет за Эрдоганом право выбора кандидата в президенты.

Конституционный суд, созванный по заявлению CHP, 1 мая отменил первый тур голосования, согласившись с требованием кворума в 367 человек. Решение, принятое Конституционным судом, было воспринято как незаконное, поскольку требование кворума в 367 депутатов не применялось ни на одних предыдущих выборах и стало еще одним ударом со стороны судебной власти. В ходе голосования 6 мая 2007 года парламент вновь не смог достичь кворума в 367 человек, и выборы не состоялись.

После отмены голосования Партия справедливости занялась организацией повторных президентских выборов. По предложению AK Parti решение о проведении парламентских выборов было принято 22 июля при поддержке всех партий. Помимо этого, в Конституцию были внесены некоторые поправки. После парламентских выборов 22 июля на всенародное голосование были вынесены изменения Конституции, включая поправку о том, что президент будет избираться народом по системе «5 + 5». В этом голосовании приняли участие 67,5 % из 42 690 252 зарегистрированных избирателей. Из общего числа действительных голосов 68,95 % проголосовали за, 31,05 % – против. Таким образом, поправки были приняты.

Абдуллах Гюль – президент: символ завершения конституционного кризиса

Признаки напряженности, достигшие пика 27 апреля, начали проявляться за несколько месяцев до этого. Срок полномочий президента Ахмета Недждет Сезера истекал 16 мая, и в это время велась кампания, направленная на то, чтобы не допустить избрания на пост президента кандидата, связанного с исламизмом, будь то сам премьер-министр Эрдоган, его жена, которая носит головной платок, либо кого-либо другого.

Республиканские митинги, заявления начальника Генерального штаба Яшара Бююканыта о том, что «мы хотим президента, который будет привержен светскости не на словах, а на деле», заявление президента Сезера о том, что «режим как никогда находится под угрозой», а также высказывание председателя Совета высшего образования (Yükseköğretim Kurulu, YÖK) Эрдогана Тезича о необходимости кворума 367 депутатов, чтобы провести выборы президента, говорили о том, что события могут развиваться по описанному выше сценарию.

Тем временем в рядах Партии справедливости и развития начали ощущаться волнения по поводу того, что кандидат от партии на пост президента еще не объявлен. Члены партии хотели видеть кандидатом Гюля или самого Эрдогана.

По воспоминаниям А. Севера, Абдуллах Гюль на самом деле хотел, чтобы пост президента занял премьер-министр Эрдоган и неоднократно заверял Эрдогана с своей поддержке. Наконец, на заседании AK Parti 24 апреля премьер-министр Эрдоган объявил кандидатуру Абдуллаха Гюля: «Появился один кандидат, и это мой дорогой брат Абдуллах Гюль, с которым мы основали это движение». Это вызвало восторг у собравшихся и все наперебой бросились поздравлять Гюля.

Как только была объявлена его кандидатура, Гюль начал встречаться с руководителями всех партий в парламенте, начиная с CHP, а также с независимыми депутатами, такими как Камер Генч и Зюльфю Ливанели, и просить их о поддержке на выборах. Через три дня, 27 апреля, на первом туре голосования в Великом национальном собрании Турции депутаты партии CHP не присутствовали. ANAP и DYP, поддавшись давлению, поддержали бойкот. Однако несколько депутатов, включая Уммета Кандогана и Мехмета Эраслана из DYP, Мирача Акдогана и Хасана Озйера из ANAP, а также Эсата Джанана из CHP, несмотря на решения своих партий, приняли участие в заседании. Уммет Кандоган с трибуны заявил, что пришел, чтобы защитить демократию и считает позицию его партии не демократичной. В итоге в голосовании принял участие 361 депутат, Гюль получил 357 голосов. CHP, заявив, что в зале нет необходимого кворума 367 депутатов, подала в Конституционный суд с требованием аннулировать результат.

На повторных президентских выборах, которые состоялись в Великом национальном собрании Турции в августе 2007 года, новый кризис, связанный с требованием представительства 367 депутатов, был предотвращен благодаря заявлению MHP о том, что она примет участие в голосовании. Абдуллах Гюль, вновь ставший кандидатом от Партии справедливости и развития, получил 341 голос в первом туре президентских выборов 20 августа и 337 голосов во втором туре 24 августа. Поскольку 367 голосов, составляющих квалифицированное большинство в соответствии с Конституцией, не было достигнуто в первых двух турах, был проведен третий тур, в котором требовалось простое большинство – 276 голосов. 28 августа Абдуллах Гюль получил 339 голосов в третьем туре, и был избран 11-м президентом Турецкой Республики. На самом деле он получил больше голосов, чем Тургут Озал, Сулейман Демирель и Ахмет Недждет Сезер, избранные ранее на пост президента. Более того, для выбора этих президентов никогда не требовалось 367 голосов.

Бывший председатель CHP Дениз