Помощница для князя оборотней - Эми Мун

Медведь противиться не стал. Богатырям потом головы открутит, а сейчас Ваське помочь надобно! Зверь в один мах перескочил через ущелье. Кот за ним. И вновь человеком сделался.

— Погоди… князь… — произнес, жадно глотая воздух. — Как мы… к … Змею? Он же нас…

И замолк, растирая ходившую ходуном грудь. Северян выпусти из пасти котомку и тоже поднялся на ноги.

— Я Змея выманю, ты Ваську уведешь.

— Уведешь… ага…

— Вот тебе и «ага». Супротив молодильного яблока жадное чудище не устоит.

Ладимир аж вскинулся.

— Хорошо придумал, князь! Однако лучше ты за Васькой спустись. Кот маленький и верткий — Змею его трудно поймать будет, а такому медведю, как ты, легко нести на загривке обессиленного пленника.

Поразмыслив, Северян кивнул:

— Твоя правда.

И вновь стал зверем. Ладимир тоже. Правда, недолго они на лапах бегали — скалы стали круче, пришлось карабкаться вверх. Но тут подсобила веревка, что князь из селения прихватил, и подолы девичьих платьев. Пленницы дружно срезали с юбокпо куску ткани, чтобы они с Ладимиром могли замотать руки. Устинья так вообще хотела последнее снять — только бы "Васеньку милого спасти".

Северян чуть заметно усмехнулся — по нраву пришелся девице травник! — и перевязал ладони покрепче.

Скалы вокруг Змеиного логова остры, будто клинок — не заметишь, как обдерешься до кости. Ваську придется тащить на шее. Да и ладно, только бы жив остался. А там они уж как-нибудь сдюжат.

* * *

(в это же время)

Змей скрылся за горой, утащив добычу. И только тогда Бова подпихнул лошадь пяткой, чтобы заворачивала к месту брани. Сивка недовольно тряхнул гривой, однако послушался. Его подковы застучали по острому камню.

Кое-как Бова слез с жеребца. Кишки до сей поры ныли, будто набитые острыми иглами.

— Стервь златокосая, — прошипел, потирая живот.

Это ж надо — вместо мальца девка оказалась! И какая! Самая настоящая травница! Молодая только, но сильная! Если бы не лекарское зелье в сумке да не богатырская удаль — худо пришлось бы Королевичу!

Вот как его товарищам…

Бова усмехнулся, подпихивая сапогом переломанного Шурале. Не пришлось самому руки марать — Змей подсобил. Заодно Ивана поджарил… Да только не вовремя! Как теперь супротив лесного выродка выйти, ежели тот Змея одолеет?

Бова крепко почесал в затылке. И вдруг как озарение накатило — мертвая вода!

Пошарив на груди покойника, он вытащил заветный пузырек.

— Богатая добыча, — усмехнулся, поворачивая склянку из стороны в сторону.

На самом ее дне перекатывалась темнота. Шурале-батыр никогда не рассказывал, как ему удалось добыть то, что сама Морана стережет. И Бова не спрашивал… А вот забрать очень хотел! Теперь его желание исполнилось.

Встряхнув пузырек, он вытащил хрустальную крышку и влил воду меж оскаленных зубов. Но не всю. Три капли оставил.

Сей же миг Шурале вздрогнул и распахнул налитые кровью глаза.

— Теперь я твой хозяин! — торопливо крикнул Бова.

Мертвец захрипел и, проворно вскочив на ноги, поклонился.

Вот и ладненько! Настал черед Ивана… Бова подошел к тому, что осталось от незадачливого дурака. Такое мертвой водой не подымешь. А вот меч-кладенец делу послужит!

Подцепив двумя пальцами ременную перевязь, он взял ее и кинул своему новому прислужнику.

— Почисти, — велел мертвецу.

Шурале послушно принялся за дело.

А Бова присел на камень и задумался. Что ему сейчас делать? Хоть есть мертвец в помощь, а все одно сладить лесным выродком тяжко будет… Лучше глянуть, чем дело закончится, а потом вернуться к Елене Прекрасной. Княжна — мудрая девица, не захочет стать женой двуликого. К тому же она должна узнать, что прислужник Северяна бабой оказался. За сокрытие травницы наказание следует. Бова свистнул Сивку-Бурку. Конь мигом очутился рядом и презрительно фыркнул на мертвеца, всем видом показывая, что близко его к себе не подпустит.

Однако Бова достал плетку-семихвостку и погрозил упрямой скотине.

— Только попробуй артачиться, живо круп исполосую!

Сивка-Бурка гневно заржал, но ослушаться не посмел. Вот и ладненько! Пора им глянуть, что у Змеева логова делается, только осторожно.

* * *

— Х-хороший дракончик… Х-ороший… Че-о-о-орненький! — бормотала Василиса, вжимаясь в груду золота.

Огромный ящер высился над ней подобно утесу. И ей очень не нравилось, как он облизывал клыки. Раздвоенный язык мелькал с приличной такой скоростью.

— Х-хороший… Ой! — взвизгнула, прикрываясь от горячего выдоха.

Один драконий чих — и от нее останется горстка пепла! Но Змей не собирался портить новую игрушку. Наоборот! Квохча, как большая курица, он улегся на землю и пристроил рогатую башку рядом с Василисой!

— Ку-ку-ку… — заворковал басом.

— Ч-что… я… эм… не поняла.

— Кра!

Василиса охнула. И положила трясущуюся руку на драконий лоб. Сама не знала зачем! Но попала прямо в яблочко! Дракон блаженно закатил глазки.

— Т-ты… хочешь, чтобы я… погладила? — догадалась Василиса.

— Кр-р-р-ра…

И огромный хвост, вильнув, врезался в золотую гору. Монетки дождем брызнули во все стороны. Желтая лавина скатилась вниз вместе с парочкой сундуков.

Василиса автоматически поскребла драконью башку.

Может, в ящиках спрятан пузырек с живой водой? Хорошо было бы проверить… Но для начала надо усыпить дракона. И Василиса принялась начесывать огромного ящера, как кота. И под шеей драла, и за ушами… Чуть пальцы о чешую не стерла! Даже колыбельную завела!

К ее восторгу, усилия дали результат.

Драконьи глаза затянулись пленкой, а потом Змей и вовсе смежил веки. Дыхание ящера стало ровным, а из ноздрей то и дело вырывались короткие язычки пламени.

Для надёжности Василиса выждала ещё немного, а потом рискнула тихонечко отодвинуться. Дракон не среагировал. Ну вот и ладненько… Теперь можно попробовать встать… сделать шаг... потом второй…

Василиса оглянулась на выход из пещеры. Логово Змея было огромным и глубоким. По ощущениям, ящер притащил ее почти в центр скалы. Сбежать отсюда будет трудно… Так что лучше осмотреться. А вдруг она найдет, например, зачарованный кинжал? Или другую вещицу, которая поможет справиться с чудищем.

А может, просто лунницу надеть?

Василиса проглядела на зажатый в кулаке амулет. Все это время она держала его очень крепко, аж ладонь вспотела. Но, подумав, Василиса убрала лунницу в поясной мешочек. Не станет рисковать. Уже счастье, что ей выдался шанс размять ноги.

И она принялась осматривать логово. Света для этого хватало — в потолке грота зиял пролом, и косые лучи солнца играли на россыпях самородков, драгоценных камней и…

— Твою ж мать, — прошипела Василиса, хватаясь за сердце.

Череп! Ну конечно…

Василиса подошла ближе и присела перед страшной находкой. Явно не мужчина… Маленький слишком. Подросток или женщина… Скорее всего