Рецепт: как вернуть любовь - Саша Вандэр

– Почему… – почти шепотом спросила я. – Почему ты не сказал этого раньше?

– Я… я боялся, – ответил Никита, и в его голосе слышалась вся боль. – Боялся, что ты не сможешь меня простить.

Внутри меня что-то надломилось, и больше не было сил сдерживать этот поток. Слёзы хлынули, не спрашивая разрешения. Никита тут же обнял меня, прижал так сильно, что я почувствовала, как стучит его сердце. Я вцепилась в его рубашку, позволяя всем накопившимся чувствам вырваться наружу, а он, не произнося ни слова, лишь гладил мои волосы.

– Дурак, – сказала я сквозь рыдания. – Ты такой дурак.

– Я знаю, – тихо произнёс Никита, прижимая меня к себе ещё сильнее. – Знаю, Поля

Внезапно дверь распахнулась, и в комнату ворвалась шумная компания. Мирон, с его вечной широкой улыбкой и блестящими глазами, остановился на пороге, оглядывая нас. Его взгляд задержался на моих заплаканных глазах и на Никитином лице, которое, казалось, потеряло всю свою нежность.

– Полина, что случилось? Почему ты плачешь? – чуть ли не прокричал он, а на лице.

От неожиданности я отпрянула от Никиты. Всё произошло мгновенно. Нога предательски поехала по скользкой плитке, и я, не успев даже ойкнуть, полетела прямиком в бассейн. Холодная вода накрыла меня с головой, моментально заглушив все звуки. В панике я начала судорожно грести. Руки и ноги работали как заведённые, словно сами знали, что нужно делать, чтобы выплыть. И тут, сквозь толщу воды, почувствовала, как чья-то сильная рука крепко схватила меня за запястье и потянула вверх. Инстинктивно я ухватилась за неё, как за спасительную соломинку. Вынырнув и жадно глотнув воздуха, я открыла глаза и увидела перед собой его – любимое лицо, искаженное тревогой.

Глава 8. Никита

Коттедж оказался на удивление приличным, как снаружи, так и внутри. Я закинул сумку в дальнюю комнату на первом этаже и вышел в коридор осмотреться. Но не успел дойти до кухни, как меня окликнули.

– О, Никита! А я уж думал, ты не появишься! – Андрей протянул мне руку для приветствия.

Андрей Старцев был одним из самых активных ребят в нашей учебной группе. Он испытывал трудности с высшей математикой и, чтобы не лишиться стипендии, обратился ко мне за помощью. Я согласился помочь ему подтянуть знания, и с тех пор мы стали тесно общаться.

– Решил немного развеяться, – ответил я. – Засиделся дома.

– Отличное решение! Тогда, может, поможешь с шашлыком? – предложил Андрей.

– Ну давай, показывай, где тут у вас что, – согласился я.

Мне вручили разделочную доску, нож и тазик с мясом. Я тут же засучил рукава и принялся за работу. Сначала разделал мясо, затем нарезал лук и всё это тщательно замариновал. Андрей, впечатлённый моей ловкостью с ножом, тут же подсунул мне курицу. Пришлось повозиться и с ней.

Пока мясо мариновалось, я разговорился с ребятами. В основном их интересовал Питер: правда ли там вечные дожди и говорят ли все стихами Бродского. Я отшучивался, переключая внимание на более живописные темы – разводные мосты и белые ночи. Кто-то спросил про Эрмитаж и количество экспонатов. Я ответил, что их там столько, что и за всю жизнь не обойти.

Когда пришло время жарить шашлык, я забрал шампуры у Андрея и начал насаживать кусочки мяса. Но идиллия была нарушена появлением незваного гостя. Мирон. В своей кричащей красной футболке поло, чёрных чиносах, и с этим дурацким пирсингом в брови, он просто излучал желание быть в центре внимания.

– Ну надо же, какие люди! – произнёс Мирон с ухмылкой, приближаясь ко мне.

Я окинул его равнодушным взглядом.

– Помощь нужна? – спросил он, не теряя самодовольного выражения лица.

Я молча протянул ему шампур с нанизанным мясом. Он без колебаний взял его.

– Ну, как учёба? Втянулся? – Мирон облокотился на стол.

– Вроде да, – ответил я, стараясь быть кратким.

– Есть разница с питерским вузом? – продолжал он допытываться, не скрывая иронии.

– Не сказал бы. Учёба как учёба, – я протянул ему ещё один готовый шампур, гадая, что ему от меня нужно.

«Пройти мимо меня не мог?»

Мирон, как будто чувствовал, где болит, и специально давил на эту точку, напоминая о прошлом и о том, кого я оставил здесь. Сосредоточиться на своих делах, когда рядом такой навязчивый приятель Полины, оказалось задачей не из лёгких. «Чем быстрее я закончу, тем быстрее он отвяжется и найдёт себе другую жертву», – мелькнула мысль. Но Мирон не собирался сдаваться, продолжая испытывать моё терпение.

– А где ты, говоришь, учился? В какой школе?

Я замер, держа в одной руке кусок мяса, в другой – шампур. Уже готов был огрызнуться, послать его куда подальше, но краем глаза заметил движение в коридоре. Полина? Она тоже здесь? Если этот тип – её парень, то неудивительно, что она приехала. Сердце заколотилось так сильно, что заглушило все остальные звуки. На мгновение я забыл о Мироне. Он наклонился ближе, заглядывая мне в лицо, и я быстро пришёл в себя, вернувшись к нанизыванию мяса.

– Так тебе понравилась Знойная? – спросил он, то ли в шутку, то ли всерьёз.

Я повернул голову к нему, стиснув челюсть. С какой стати я должен был перед ним отчитываться?

– Даже не думай, – ледяным тоном сказал Мирон, улыбка исчезла с его лица. – Ты ей не нужен.

«Не ему решать, нужен я ей или нет».

Внутри меня что-то взорвалось. Я криво усмехнулся, стараясь скрыть раздражение. Отвернувшись, с яростью принялся нанизывать мясо на шампур. Мне нужно было занять руки, чтобы не потерять контроль и не врезать ему по роже.

– Это не твоё дело, – процедил я сквозь зубы.

– А ты не влезай в её жизнь, – парировал он, при этом его голос звучал твёрдо и настойчиво.

Я протянул Мирону последний шампур. Перед тем как уйти с кухни, чтобы вымыть руки, слегка толкнул его плечом и, не глядя, бросил:

– Угрожаешь?

– Предупреждаю, – последовал его ответ.

– Приму к сведению, – усмехнулся я и направился в ванную комнату.

Помыв руки, я направился в комнату, где оставил вещи. Сев на кровать, устало провёл ладонью по лицу и уставился на сумку.

«Сегодня я попрошу прощения. Если я ей действительно не нужен, то не буду больше мешать. Но если окажется, что это не так… тогда я её не отпущу».

Вечеринка была в самом разгаре. Я оказался на кухне среди старшекурсников и активистов, и среди них был…