Закат 2 - Василий Лазарев

— Теперь артефакт при появлении демона в радиусе километра будет постепенно окрашиваться в красный цвет, по мере приближения объекта к Сторожу.

— Классная штуковина, — согласился лейтенант, — и никаких часовых не нужно.

— Когда демон приблизится на сто метров он начнёт мерцать. Изначально Сторож был настроен на людей. Помните, когда мы пролезали ворота он мигал? Так вот артефакт так предупреждал демонов о нашем приближении, сейчас же будет предупреждать нас. А вот это, — Кроха вынула из гнезда чёрный кубик с гранями в три сантиметра, — Блокиратор! Такой же лежал в кармане товарища Иванова. С помощью него я смогу отключить сторонние артефакты.

— Похож на тот, что держал Димон в руках при нападении на нас, — рассмотрела кубик Наташа.

— Очень возможно. Только он ему не помог, ха-ха! — широко улыбнулась Кроха. — Дебилам не помогает. Вот ещё полезный арт! Назовём её Грелка. Это она нагревала плиту и воду. Представьте только теперь у нас в вездеходе будет горячая вода! И нам не нужна электрическая плитка. Когда Овца её включала, я, честно говоря, боялась, что случится пожар.

— С Овцой покончено, — тихо сказал Мамонт и снял со стены кинжал, отобранный им у четырёхрукого демона в Клину. — Не знаю, что с ней стряслось, вроде тихая была.

— Серёжа, в том заведении тихие не выживают. Она просто маскировалась.

— Не надо грязи, — не согласилась Кроха. — У меня подружка шесть лет там пробыла. Нормальная девка.

— Значит Овца частный случай, — пожала плечами Наташа и вытащила последний артефакт из гнезда. — Кроха, это что?

Девушка взяла в руки небольшой хрустальный шар и встряхнула его. Он тут же засиял всеми цветами радуги. Фонтанируя разноцветным гейзером, бьющим вертикально вверх уже через несколько секунд, он показал восхищённым людям объёмную карту станций метро и всех существ, что находились в пределах одного километра от Крохи. В частности, Мамонт увидел, как по разрушенному эскалатору спускаются несколько фигур в длинных плащах.

— Серёжа Иванович, а ведь они чешут на Чеховскую. Там же полно наших! — вскрикнула Наташа.

— Бежим!

Глава 17

Мамонт никогда не жаловался на свою скорость, но как бегала Кроха ему и не снилась. Она подорвалась как ракета, ей хватило меньше минуты, чтобы достичь перехода на Пушкинскую. Ещё через минуту она подбегала с зажатым в руке хрустальным шаром к толпе выпущенных из клеток людей ни капельки не запыхавшись. Вторым к финишу пришёл Мамонт, последней Наташа, но она успела по дороге прихватить автомат.

— Вы что, как ошпаренные? — удивился Кощей. — Как будто за вами сам сатана гонится!

— Смотри сюда, старичок, — Кроха сунула ему шар под нос. Шар ожил, повинуясь желанию сталкера и тут же над ним вспыхнуло изображение платформы Горьковской в голубом призрачном свете. К удивлению Крохи, она была пуста, только раскиданные матрасы и перевёрнутые палатки — Странно, куда они подевались?

— Что это, пупсик? — присмотрелся Кощей. — Кто подевался?

— Не знаю даже как назвать…, — запнулась Кроха.

— С вашего позволения, — за спиной девушки прозвучал надтреснутый голос. — Они называли его «Око».

— Кто? Что? — от неожиданности подскочила Кроха.

— Эти, с красными глазами. Пришельцы. Позавчера они остановились возле нашей клетки как раз с этим устройством в руках. Какие же кошмарные твари!

— Артефакт, не устройство, — поправила Кроха пожилого человека, заросшего бородой до самых бровей. Смотрелся он своеобразно, на нём был одет жилет с множеством кармашков, из которых что-то торчало и свисало, некоторые лопались от напиханного в них барахла.

— Как вам будет угодно, — продолжил пожилой. — Он нажимал вот сюда и перед ним менялось изображение. Нас он показывал в красном цвете. — Кроха нажала куда указывал человек и на станции появилось множество силуэтов людей.

— Это же нас сейчас показывают? — изумилась сталкерша. — Настолько всё детально, зашибись!

— Абсолютно, верно. Демоны, если вы помните, выглядели чёрными. Мы соответственно красными.

— Демоны?

— Точно, но у них свои пути, поэтому их не видно сейчас. Если они захотят, то могут и вовсе не показываться нам. Однажды мы видели, как они вообще выходили из стены! — он показал на облицованный кафелем переход. — Кафель вместе со стеной разворачивался, формируя проход и пропускал их. Эффектно, не спорю, но в тоже время жутковато смотрится. И знаете в глубине прохода за ними бушевал огонь.

— А вы кто? — спросил Мамонт слушавший их разговор.

— Забыл представиться! Лев Маркович Босинзон. Журналист, заместитель главного редактора… в прошлом. Наше издание довольно известное в узких кругах. В Москве я навещал дочь и внука.

— Ого! И где же вы трудились? — обрадовалась Наташа, встретив коллегу. — В каком издании?

— «Сибирский следопыт». Журнал, конечно, местечковый, хотя вы же понимаете Сибирь, это отдельная планета! О ней можно свою энциклопедию выпустить, не то, что журнал. Но местные бонзы из комитета Партии не сочли нужным развивать наше издание. Жаль. Я даже в Москву написал в министерство, но мне оттуда прозрачно намекнули, чтобы заткнулся. Пятая графа, знаете ли. Пригрозили увольнением.

— Серёж? — непонимающе взглянула на Мамонта Наташа.