Дело в ридикюле - Анна Лерн

состоянии справляться со своими проблемами сама. Мне никто ничем не обязан. Я сама выбрала свой путь. Было бы стыдно гордиться независимостью, пользуясь чьим-то покровительством.

Глава 49

После отъезда графа, я вернулась в дом. Нам с подругой предстоял тяжёлый разговор. Девушка, несомненно, переживала из-за того, что ей придётся вернуться в дом отца. Но страх за сестру был сильнее.

— Мне так не хочется оставлять тебя! — Иви почти плакала. — Как ты справишься с тремя детьми?

— Не я одна нахожусь в таком положении. Да и отец Оппит рядом. Они с супругой всегда придут на помощь, — я успокаивала её, но, если честно, сама переживала не меньше. — В конце концов, это всего лишь два месяца. А потом ты вернёшься сюда! Я стану подругой графини!

— Я буду помогать вам! — горячо заверила меня Иви. — И не позволю, чтобы вы нуждались!

Мы обнялись. Моя добрая, наивная подруга… Кто знает, как граф будет относиться к своей супруге и сколько свободы она получит?

Иви увезли рано утром в экипаже Шетленда. Расставались мы со слезами, но не в наших силах было что-то изменить.

— Мы теперь будем жить втроём? — спросил Джай, когда карета скрылась в пыльном облаке.

— Да, мой хороший. Втроём. И нам придётся быть очень внимательными друг к другу, — я взяла мальчика за руку, и мы пошли к дому. — Мне понадобится твоя помощь.

— Адди, я буду тебе помогать! Ты только скажи, что делать? — Джай сжал мою ладонь, заглядывая в глаза.

— Для начала тебе нужно выздороветь! — улыбнулась я. — Прилежно пить лекарства и полоскать горло.

Сегодня у меня было много работы. Теперь, когда Иви уехала и я осталась хозяйкой одна, можно не бояться проявить свои знания и умения из прошлой жизни. Первое, что нужно сделать — проверить духовку. Если она в рабочем состоянии, нужно её вычистить. Потушив огонь в очаге, я дождалась, когда он остынет, и открыла дверцу, спрятанную на боковой стенке. Сразу стало понятно, что духовкой не пользовались вечность!

Тяжело вздохнув, я принялась за чистку. Каждый взмах щёткой поднимал в воздух клубы сажи. Она оседала на моих волосах и одежде, но я не обращала на это внимания. В своих мыслях я уже представляла круглые булки хлеба с золотистой корочкой. Наконец духовка засияла чистотой. Я с облегчением вытерла пот со лба и снова развела огонь. Сначала нужно смыть с себя сажу, а потом уже браться за тесто. Как раз и духовка нагреется.

Приведя себя в порядок, я поставила опару. Когда она поднялась, замесила тесто и оставила его на час. Пришла пора проверить температуру в духовке. Для этого я использовала муку. Так делала моя бабушка, которая жила в деревне и всегда пекла пироги в настоящей дровяной печи. Она бросала щепотку муки в духовку и наблюдала: если мука сразу почернеет и задымится, то ставить выпечку нельзя: слишком высокая температура. А если мука около минуты остаётся белой, значит, духовка не прогрета либо уже остыла. Но если мука постепенно становится сначала кремовой, потом карамельной, а потом уже и коричневой — вот это и есть та самая идеальная температура.

Моя мука почернела сразу, а это значило, что нужно дать духовке остыть. Поэтому я подкладывала в очаг не большие дрова, а хворост. Добившись нужной температуры, я с волнением поставила внутрь сковороду со своим караваем. Как же мне хотелось, чтобы всё получилось!

Вскоре по дому поплыл уютный аромат выпекаемого хлеба. Мне казалось, что время тянется мучительно медленно. Я то и дело заглядывала в духовку, боясь пропустить тот самый момент, когда хлеб достигнет идеальной готовности. Когда, наконец, на нём появилась золотистая корочка, я с трепетом достала каравай из печи. Он был очередным результатом моего упорства и моей настойчивости.

А потом мы с детьми с большим удовольствием просто намазывали куски ещё теплого хлеба маслом и мёдом и ели. Мальчишки смеялись, облизывая пальцы, а я наблюдала за ними с теплотой в сердце. Даже такие простые вещи были для меня наполнены глубоким смыслом.

За свою работу я взялась, как всегда, после ужина. Придётся просидеть над ней всю ночь. Зато уже завтра я смогу показать господину Даунтону свои изделия.

Ближе к утру, когда за окном забрезжил рассвет, сумка была готова. Я отложила инструменты и внимательно осмотрела свое творение. Все было идеально. Теперь можно выделить пару часов на сон, иначе я просто не вынесу ещё один день без отдыха.

Меня разбудил Джай. Он настойчиво тряс меня за плечо. Я с трудом разлепила глаза и сразу почувствовала запах чего-то горелого. В голове моментально прояснилось, страх заставил меня подскочить с кровати и бросится на кухню. Пожар! Мы горим!

— Адди! Что случилось?! — Джай побежал следом. Когда я остановилась у спокойно горящего очага, испуганно произнёс: — Мы приготовили для тебя завтрак…

Боже… Я с облегчением опустилась на стул, чувствуя, как бешено колотится сердце. Они приготовили для меня завтрак. Меня растрогала такая забота детей. На столе стояли тарелки с подгоревшей яичницей, рядом лежали неочищенные огурцы и вчерашний хлеб. В маленькой кастрюльке всё ещё булькала каша, распространяя тот самый «аромат», из-за которого я решила, что в доме пожар.

— Мы хотели сделать тебе сюрприз. Ты так много работаешь, — Джай бросил быстрый взгляд на чумазых близнецов, и те закивали.

— Сюрприз удался. Выглядит очень аппетитно, — я положила немного каши себе в тарелку и взялась за ложку. — М-м-м-м… Божественно!

Джай положил кашу себе и близнецам, немного съел и скривился:

— Фу! Адди, она же пересолена и воняет!

Мы начали смеяться, а близнецы тут же взялись кидаться друг в друга кусочками подгоревшей яичницы. Я же с улыбкой наблюдала за ними, чувствуя себя самой счастливой женщиной на свете. Подумаешь! Ну пахнет в доме гарью, ну, испорчена кастрюля. Зато у меня есть они, моя семья, мои любимые и такие непутевые маленькие мужчины.

В деревню мы отправились все вместе. Оставлять ребят одних я не хотела. Хватит с меня сюрпризов. Я отвела их в дом священника, а сама пошла на встречу с господином Даунтоном.

Увидев идущую мне навстречу миссис Лодли, я демонстративно отвернулась, делая вид, что рассматриваю ткань в витрине магазина. Но местная сплетница, словно ни в чем не бывало, подошла и заговорила первая:

— Доброе утро, леди Флетчер! День обещает быть чудесным, не правда ли?

Я повернулась к ней.

— Доброе утро, миссис Лодли. Да, погода замечательная.

- Говорят, ваша подруга скоро станет графиней Шетленд? — глаза женщины просто