Операция «Немезис». История возмездия за геноцид армян - Эрик Богосян

о сдаче оружия; и, во-вторых, без всякого сомнения, было доказано, часть армян боролась против Турции на стороне русских. Как это обычно бывает для побежденных, эти бои становятся преддверием для резни. Думаю, что эти обстоятельства нужно различать. Правительство, отдавая распоряжение о выселении, основывалось на докладах высших военных и гражданских властей, которые по военным соображениям считали нужным очистить Восточную Анатолию от армян.

Лиман фон Зандерс обошел стороной так и не заданные вопросы: почему вы не остановили депортации, когда поняли, что их цель – уничтожение людей? Каким образом немецкая артиллерия помогла уничтожить армянские укрепления? Почему изгнанник Талаат, осужденный за военные преступления, нашел убежище в Германии?

Лиман фон Зандерс решительно отрицал малейшую причастность немецких солдат к расправам. Он развил эту мысль дальше:

Поскольку вокруг этого вопроса против немцев было сказано очень много ошибочного и неверного, мне хочется здесь подчеркнуть, что на Кавказе все командиры полков и командующие генералы всегда были турки. Эти армейские командиры и должностные гражданские лица передавали в Константинополь те сообщения, о которых я только что сказал, но осуществление данного на основании этих сообщений приказа о выселении попало в самые плохие руки! <..> Могу сказать о нас – ибо мы, как любезно подчеркнул доктор Лепсиус, подвергались бесчисленным подозрениям, – что ни один немецкий офицер никогда не принимал участия в мероприятиях против армян. Наоборот, мы заступались там, где это было возможно.

Защищая Германию, Лиман фон Зандерс осуждал Турцию. Разумеется, именно этого и хотели адвокаты Тейлиряна. Свидетельские показания генерала подтвердили (1), что власти Турции целенаправленно спланировали уничтожение армянского гражданского населения, и (2) что специальные эскадроны смерти («Специальная организация») существовали, и по приказу комитета «Единение и Прогресс» (и лично Талаата) совершали наиболее ужасающие зверства.

Недавно открытые восточногерманские архивы, однако, свидетельствуют, что немецкие офицеры действительно сотрудничали с турками в духе, как сказали бы сегодня, «контрпартизанской войны». Немцы помогали турецкой армии уничтожать армянские «опорные пункты» с помощью тяжелой артиллерии фирмы «Крупп». Целью этих операций было разрушение армянских кварталов и городов. Немецкое руководство предпочло игнорировать жестокость депортаций. Раз турки решили избавиться от армян, немцы вмешиваться не стали.

Хотя руководство Германии отрицало свою причастность к уничтожению армян младотурками, новейшие доказательства говорят об обратном, а сходство между убийством одного миллиона армян и шести миллионов евреев тридцатью годами позже весьма очевидно. Два древних народа, которых главным образом определяла их религия, были методично истреблены: впоследствии массовое убийство такого типа получило название «геноцид». Рафаэль Лемкин придумал этот термин в 1943 году, пытаясь осмыслить Холокост (уничтожение евреев), но как один из главных примеров геноцида он специально упомянул уничтожение армян. Лемкин внимательно следил за берлинским судом над Тейлиряном в 1921 году и размышлял над этической дилеммой его поступков.

Многие немцы несомненно знали о происходившем в Малой Азии. Вероятно, сотни немецких солдат, служивших в Османской империи во время Первой мировой войны, позже, в нацистской Германии, стали офицерами СС. Фактически, Германия уже создала прецедент массовой депортации, обернувшейся резней, в начале века, когда в немецкой Юго-Западной Африке (Намибии) генерал Лотар фон Трота загнал в пустыню и успешно истребил беззащитный африканский народ гереро.

Кроме того, немецкий офицер Макс фон Шойбнер-Рихтер, один из ближайших соратников Гитлера, находился во время Первой мировой войны в центре событий, в Турции, и служил вице-консулом в Эрзуруме. Шойбнер-Рихтер был свидетелем нападений на армян и позднее о них написал. Его пригласили в суд над Тейлиряном в качестве свидетеля, но он не смог приехать. Если вдруг Гитлер и пропустил новости о берлинском процессе над Тейлиряном, Шойбнер-Рихтер как ветеран, служивший на османских территориях, наверняка обсуждал с ним эту войну. Насколько же близки были Макс фон Шойбнер-Рихтер и Адольф Гитлер? В ночь Пивного путча 1923 года Шойбнер-Рихтера застрелили, когда тот шел с Гитлером под руку.

Для национал-социализма, чья поступь в Германии становилась все тверже, турецкий комитет «Единение и Прогресс» служил примером того, что можно и чего нельзя достичь в рамках современного «конституционного» правления. Автократический подпольный политический союз силой проложил себе дорогу во власть. Разжигая пламя национализма, эта закрытая клика арестовывала несогласных и убивала врагов. Обретя государственную власть, младотурки ликвидировали крупное и успешное национальное меньшинство и присвоили его имущество. Адольфу Гитлеру приписывают цитату: «Кто теперь помнит об армянах?» Он имел в виду, что никакой существенной реакции на уничтожение европейского еврейства не последует, потому что за истребление армян никто в реальности ответственности не понес.

Существует множество параллелей между методами нацистов и младотурок. Во-первых, хотя обе группы формально и были политическими партиями, фактически обе начинали как подпольные организации, а к моменту, когда обрели полную власть, действовали за пределами любых законов. И те и другие были националистами и выстраивали свою идеологическую программу на прочном фундаменте из мифов и псевдонауки. Оба режима считали, что национальные меньшинства – отравляющая нацию «зараза». Так называемая «упадочная» природа меньшинств противопоставлялась непорочности и добродетельности чистокровного большинства.

Чтобы вынудить жертв покинуть свои дома и города, младотурки, как в будущем нацисты, прибегали к обману, уверяя, что их просто «переселяют». Вдали от дома и привычного окружения жертвы терялись и становились еще уязвимей перед лицом машины убийства. Обе системы использовали представителей меньшинств как рабскую силу. И младотурки, и нацисты проводили над жертвами медицинские эксперименты. И в обоих случаях преследуемые группы определялись именно религиозной принадлежностью[96]. (По трагической иронии доказательством вероисповедания для мужчин служило обрезание. Этот обряд, в отличие от их соседей – армян-христиан и немцев, – соблюдало как мусульманское большинство, так и еврейское меньшинство. В османской Турции обрезание могло спасти жизнь, а в нацистской Германии становилось смертным приговором.)

Несмотря на теоретическую подоплеку, нацисты и младотурки использовали конкретные, отнюдь не теоретические методы. Они конфисковывали имущество убитых меньшинств. То, как нацистский режим обогащался за счет награбленных еврейских денег, произведений искусства, отнятых у состоятельных евреев фабрик, хорошо задокументировано. По всей империи младотурки подобным образом отбирали у богатых армян земли, предприятия и имущество. Согласно младотурецкой экономической теории, эти национализированные Турцией активы должны были заложить основы для турецкого среднего класса, который, в свою очередь, приведет страну к цели – становлению гомогенной турецкой нации. Награбленное также использовалось для финансирования самих депортаций и концентрационных лагерей. Когда встает вопрос геноцида, «руководители, организаторы и убийцы жаждут не только запаха чернил, но и блеска золота».

И младотурки, и нацисты прибегали к новейшим технологиям, чтобы увеличить масштабы убийств. Пропаганда, распространяемая СМИ, готовила общество к насилию против несчастных граждан, убеждая рядового немца или