Восток на рубеже средневековья и нового времени XVI-XVIII вв. - Коллектив авторов

class="p1">Опытный и хладнокровный Аурангзеб, субадар Декана, вышел победителем из трехлетней, полной драматизма междоусобной борьбы, которая велась с ожесточением, хотя Шах-Джахан уже выздоровел. В этой борьбе погибли три брата Аурангзеба. Наследник Дара, бежавший после своего поражения к белуджскому вождю, был схвачен и казнен в Дели по приказу Аурангзеба. Шуджа, потерпевший поражение от Мир Джумлы, выступившего на стороне Аурангзеба, был убит местным племенем магхов. В Гвалиярскую крепость был заточен Мурад, обезглавленный спустя несколько лет также по приказу Аурангзеба. Шах-Джахана заточили в крепость Агра, где он и умер в 1668 г.

В противоположность Шах-Джахану Аурангзеб был склонен к аскетическому образу жизни. Фанатик и святоша, он не возражал против титула пир-и зинда («живого бога»). Он запретил столь обычные при дворе музыку и танцы, как и употребление спиртных напитков и наркотиков; специальный указ на имя государственных должностных лиц и джагир-даров запрещал сеять на коронных землях и землях джагиров бханг (коноплю), из которого изготавливались наркотики. Запрет был наложен и на составление придворных хроник; известные ныне истории периода правления Аурангзеба писались, видимо, тайно или после его смерти и не были официальными хрониками.

Правление Аурангзеба проходило в бесконечных войнах и карательных походах. Во многих из них он лично командовал войсками. Во время одной из кампаний в Декане, будучи уже глубоким стариком, Аурангзеб умер и был похоронен, подобно обычному мусульманину-дервишу, в скромной могиле близ Аурангабада.

Едва короновавшись, Аурангзеб решил удалить от двора влиятельного и энергичного Мир Джумлу, который, по существу, обеспечил ему победу в междоусобной борьбе с братьями. Мир Джумла был назначен субадаром Бенгалии, где активно занялся делами управления. Талантливый военачальник, он сумел расширить пределы Могольской империи, завоевав на северо-востоке Ахом (Ассам), потерянный, однако, вскоре же после его смерти.

Неспокойно было на северо-западе империи, где проживали многочисленные афганские племена — хаттаки, афридии, юсуфзаи и др. Вожди некоторых из них признавали власть падишаха, но зависимость их была номинальной. В 1667 г. против него восстали юсуфзаи и перекрыли дорогу, соединявшую могольскую столицу с Кабулом. Спустя несколько лет, в 1672 г., подняли голову хаттаки и афридии.

Хатгаков возглавлял их вождь, патриот и поэт Хушхал-хан, признанный и другими афганскими племенами. Усмирение афганцев потребовало немалых усилий, как военных, так и дипломатических; не обошлось и без взяток, подкупов вождей и разжигания розни между племенами. Хушхал-хан, преданный собственным сыном, был схвачен и отправлен узником в Гвалиярскую крепость.

Еще большего напряжения требовала активная завоевательная политика Аурангзеба в Декане, благодаря которой Могольская империя достигла своих максимальных пределов, охватив после завоевания Биджапура (1686 г.) и Голконды (1687 г.) почти весь полуостров Индостан.

В соответствии со своими взглядами Аурангзеб стремился превратить Индию, которую считал дар аль-харб («страной войны», т. е. страной «неверных», немусульман), в дар аль-ислам («страну ислама»). В этом он опирался, прежде всего, на мусульманскую знать и на ортодоксальное суннитское духовенство, недовольных той заметной ролью, которую играли в системе власти многие раджпутские и другие индусские феодалы (по подсчетам индийского историка Атхара Али, индусы составляли при Аурангзебе 1/3 всех мансабдаров). Это определило полный разрыв с принципами политики веротерпимости Акбара, которыми в какой-то мере руководствовался соперник Аурангзеба в борьбе за престол Дара Шукох, один из самых образованных людей своего времени, мистик-суфий и большой почитатель индуизма.

Аурангзеб запретил строительство индуистских храмов, многие из существовавших были разрушены. Запрету подверглись и популярные индусские праздники дивали и холи. Паломники-индусы облагались специальным налогом. Пошлина с индусских купцов, согласно указу от 1665 г., была вдвое выше (5 %), чем с купцов-мусульман, плативших закят в размере 2,5 % от стоимости товара; с 1667 г. последний был упразднен вообще, но пятипроцентный налог с купцов-немусульман сохранялся. Известно также, что была предпринята даже попытка изгнания из административно-налогового аппарата чиновников-индусов. Впрочем, она заранее была обречена на неудачу, поскольку этот аппарат, особенно низшие и средние его звенья, состоял в большинстве из индусов.

В 1679 г., дабы «покончить с неверными», Аурангзеб восстановил джизью. Это оскорбляло достоинство индусов, но зато давало казне огромные доходы — примерно 5 % от всех поступлений. Джизью, согласно падишахскому указу, должны были взимать во всех областях с немусульманского населения, со всех мужчин в зависимости от их имущественного положения. Освобождались от джизьи лишь те «неверные», у которых не было никакого имущества, а также калеки. Следовало «ежегодно взимать 12 дирхемов с бедных, 24 дирхема с [людей] среднего [достатка] и 48 дирхемов с богатых». К последним причислялись лица, имущество которых оценивалось более чем в 10 тыс. дирхемов; «середняками» признавались обладатели имущества в 200 и более дирхемов; те, кто имел менее 200 дирхемов, считались бедными. Хотя в денежном выражении джизья с бедных была в четыре раза меньше, чем с богатых, однако в процентном отношении была значительно больше и, таким образом, всей тяжестью ложилась на плечи бедняков.

Введение джизьи вызвало волну недовольства в разных общественных слоях. Люди отказывались выплачивать ее. Даже в самом Дели возмущенные указом падишаха толпы вышли на улицы, преградив дорогу его кортежу. Многие были растоптаны слонами.

Став причиной мощной волны недовольства, политика религиозной нетерпимости Аурангзеба сама была в определенной мере реакцией на резкое обострение в империи социальных и политических противоречий. В последние десятилетия XVII и начале XVIII в. Могольскую империю сотрясали мощные массовые движения.

Еще в 1669 г. в районе Агра-Дели выступили крестьяне-землевладельцы из касты джатов. Они отказались от уплаты налога и под руководством местного заминдара Гокла построили несколько небольших крепостей, в которых укрепились, и прервали коммуникации между двумя столицами, Агрой и Дели. Повстанцы были разбиты, а Гокла схвачен и четвертован в Дели.

Спустя всего три года, в 1673 г., в том же районе, в Нарноле, выступила индусская секта сатнами («истинное имя», т. е. секта последователей истинного бога). Это были те же крестьяне-джаты, доведенные до отчаяния вымогательствами и поборами чиновников. Своей целью они объявили установление «царства справедливости». 10-тысячная могольская армия усмирила «мятежников», но лишь на время. Восстания джатов происходили в 1685–1691 гг. и позднее, в 1704 г., когда они выступили под руководством Чаураманы.

В Гуджарате и некоторых областях Северо-Западной Индии обрела своих последователей секта сатпантх («истинный путь»), выступавшая также с позиции эгалитаризма. Она, как и многие другие секты, возвеличивала личный труд и осуждала богатых и богатство. Учение сатпантхов представляло собой эклектическое соединение догматов исмаилизма и индуизма.

Последователями секты были крестьяне-землевладельцы из каст матья-кунби, лева и др.; к ним присоединились мелкие торговцы и ремесленники. Восстав, они едва не захватили крупный гуджаратский город Броч, но были разгромлены войсками могольского наместника-субадара. Секты, как правило, обладали крепкой организацией, их члены были связаны строгой дисциплиной, клятвой