Лекарь из Пустоты. Книга 9 - Александр Майерс

— Всегда готов уделить вам время, Илья Иванович, — ответил я.

— У меня хорошие новости. Мы с членами объединения наконец-то закончили! Разработали всё необходимое — устав, регламенты, систему стандартов, правила взаимопомощи. Сделали всё, о чём договаривались. Думаю, пора нам снова собраться всем вместе. Провести полноценное собрание, утвердить документы, обсудить дальнейшие шаги.

Я улыбнулся. Не зря я доверил Мещеринову роль своего заместителя в объединении. Он из тех людей, на кого можно положиться безоговорочно.

— Раз вы так считаете, барон, значит, давайте встретимся. Предлагаю провести собрание здесь, в Новосибирске. Заодно покажу вам клинику Серебровых, познакомлю с Иваном Курбатовым. И, главное, с Алисой Волковой — думаю, вам будет интересно.

— С радостью, ваше сиятельство. Я слышал про Курбатова — говорят, он уникальный военный целитель!

— Так и есть. Передай приглашение остальным членам объединения. Расходы на дорогу и проживание беру на себя.

— Спасибо, Юрий Дмитриевич. Я со всеми договорюсь и сообщу, когда мы приедем, — пообещал Илья Иванович.

Положив трубку, я ещё какое-то время сидел, размышляя.

Алиса — весьма одарённая целительница, хотя её талант раскрылся не сразу. А её специальностью как раз была реабилитация. Она отлично показала свои навыки, когда помогала восстановиться Ивану после Афганистана.

Пару недель назад я предлагал ей место в «Ренессансе», но она отказалась. Не захотела переезжать в столицу, и я её понимал. Здесь, в Новосибирске, вся её родня, здесь Курбатов, и у них, кажется, всё серьёзно.

Но объединение — другое дело. Если предложить Алисе стать его представителем в Новосибирске — она наверняка согласится. Реабилитация — её конёк, а объединение как раз нуждалось в сильных людях на местах.

Надо будет с ней поговорить.

Члены объединения прибыли через три дня во главе с гордым, как полководец на параде, бароном Мещериновым.

Собрание мы решили провести в просторном конференц-зале при клинике Серебровых. Я усторил небольшую экскурсию. Лебедев, Оболенский и Рагозина оказались весьма впечатлены. Никто из них не думал, что в далёкой Сибири существует больница такого уровня.

Как и большинство столичных жителей, они привыкли, что у них в городе всё самое лучшее. Но нет, регионам тоже есть чем похвастаться, и моя клиника — это не единственная медицинская жемчужина Сибири.

Когда мы уже собирались отправиться в зал и начать собрание, ко мне подошла графиня Рагозина и попросила минутку наедине. Мы отошли в сторону, и графиня негромко произнесла:

— Ваше сиятельство, у меня есть важные сведения, которые вы наверняка захотите услышать.

— Ну так говорите.

Она понизила голос почти до шёпота:

— Мои люди случайно узнали кое-что весьма тревожное. Это касается выборов князя Новосибирского… К одному из кандидатов хотят подослать убийц.

Глава 20

Российская империя, город Новосибирск, клиника рода Серебровых

«Подослать убийц, решили», — мысленно повторил я.

Первое, о чём я подумал — что Зотов и Мамонтов решили не ограничиваться репутационной войной и задумали разделаться с Грязновым по-настоящему. Я предупредил их о проклятиях, а они в ответ перешли черту…

— Полагаю, речь о бароне Грязнове? — негромко спросил я.

Рагозина чуть качнула головой.

— Нет, ваше сиятельство. Речь совсем о других людях.

Вот это уже было неожиданно.

— О ком же? — спросил я, заинтригованный.

Рагозина нервно потеребила жемчужную подвеску на шее и ответила ещё тише, чем до этого:

— О графе Реммере и бароне Тучкове. Граф Реммер задумал убить барона. Между ними и так давно тлела вражда, а на недавних дебатах они сцепились так, что едва до драки не дошло. Видимо, Реммер решил, что довольно терпеть.

Я мысленно усмехнулся. Ну да, конечно, другие кандидаты ведь тоже действуют, даже те, на кого я до этого не обращал внимания. У них там идёт своя возня, скрытая от всеобщего внимания. Но, как выясняется, весьма драматичная возня.

Реммер и Тучков, значит. Двое из тех, которых я ещё недавно сбросил со счетов, как несерьёзных. А они, оказывается, готовы пролить кровь раньше, чем лидеры гонки.

— Откуда у вас эти сведения, графиня? Простите за прямоту, но дело слишком серьёзное, — произнёс я.

— Понимаю, Юрий Дмитриевич. Источник надёжный. Дело в том, с Реммером связан один поставщик, у которого я давно закупаю редкий ингредиент для своей клиники. Товар штучный, спрос на него невелик, но в критических случаях он способен вытащить пациента буквально с того света. Я как раз хотела предложить включить его в общий реестр объединения — это заметно снизило бы смертность в наших клиниках.

— У него ведь есть побочный эффект? — уточнил я. Раз ингредиент настолько редкий и при этом непопулярный, причина наверняка в этом.

— Есть, и довольно сильный, — подтвердила графиня. — Но если брать пациента на длительную реабилитацию, последствия можно полностью устранить. Главное — человек выживет, а остальное мы исправим. Закупать, правда, придётся через посредников. Иначе у Реммера появится рычаг давления на объединение, а этого допускать нельзя. Я и сама беру через третьи руки.

Умно. Эта женщина мне определённо нравилась. Пожалуй, она была гораздо разумнее Лебедева и Оболенского — по крайней мере, наши мысли с ней частенько совпадали.

— Благодарю, графиня. Вы поступили правильно, что обратились ко мне. Реестр обсудим на собрании — идея с ингредиентом хорошая, поддержу. А о Реммере я позабочусь, — пообещал я.

Рагозина с лёгким поклоном отошла.

Я задумался. Своё обещание Пушкарёву и Воронцову поддерживать порядок в княжестве и не допускать кровопролития я помнил прекрасно. И нарушать его не собирался. Пусть кандидаты грызутся, топят друг друга в компромате, но трупов на моей земле не будет.

Я отошёл к окну и сделал два звонка.

Сначала Шраму — велел тихо найти наёмников и разобраться с ними так, чтобы они забыли о заказе.

Затем Васе — поручил им с Ефимом подготовить и передать графу Реммеру анонимное предупреждение. Коротко и доходчиво: о его планах известно, и претворять их в жизнь не стоит. Пусть понервничает и поймёт, что в нашем городе следят за каждым его шагом.

Разобравшись с этим, я вдохнул и на минутку прикрыл глаза, прогоняя все мысли. После чего направился в конференц-зал.

Пора было начинать собрание.

Члены объединения уже расселись за длинным столом. Мещеринов занял место по правую руку от меня, разложив перед собой папки с документами. Лебедев, Оболенский и Рагозина молча ждали, когда я начну.

Я обвёл взглядом собравшихся и произнёс:

— Здравствуйте. Благодарю, что прибыли в