"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 - Генри Крейн

ГЛАВА 8

Сантана проводит ночь в президентском номере. Доктор Роулингс запугивает Оуэна Мура, пытаясь заставить его шпионить за Перлом. Келли звонит домой. Перлу грозит смертельная опасность. Круз пребывает в растерянности.

Часы на столике возле дивана в президентском номере отеля «Кэпвелл» показывали четверть девятого, когда Сантана открыла глаза. Еще не зная который час, она нащупала рукой пузырек с таблетками, стоявший рядом, и, высыпав оставшиеся пилюли в ладонь, швырнула их в рот и запила водой.

После бурно проведенной ночи, она чувствовала себя совершенно разбитой и уставшей. Короткий утренний сон не принес отдыха. Голова у нее раскалывалась, глаза болели так, словно их разрывало давление. Руки дрожали, а сердце ходило ходуном, как после быстрого бега. Даже долгожданные таблетки не принесли никакого облегчения.

Тяжело дыша, она еще несколько секунд лежала на диване в полутемной комнате. Рядом с ней, повернувшись на правый бок, сопел Кейт Тиммонс.

Она осторожно притронулась к его обнаженному плечу, а потом отдернула руку, словно обжегшись. Воспоминания о том, что произошло с ней сегодня ночью, заставило ее вскочить с дивана.

Увидев на столике рядом с собой наручные часы Тиммонса, она торопливо схватила их и поднесла к глазам. Едва различив в полутьме положение стрелок, она тихо охнула и бросилась к окну с закрытыми жалюзями. Открыв жалюзи, она убедилась в том, что самые худшие предчувствия не обманули ее.

— О боже мой, — растерянно пробормотала Сантана. Услышав ее голос, Тиммонс открыл глаза. Еще не совсем проснувшись, он недовольно воскликнул:

— Что такое? Что?

Сантана перепуганно металась из одного угла комнаты в другой.

— Что произошло? — недовольно пробурчал окружной прокурор.

— Кейт, уже утро! — воскликнула она, собирая разбросанные на полу вещи.

— Ну и что? — полусонно спросил он. — Ну, утро и утро. Каждый день в Санта–Барбаре бывает утро. Что в этом особенного?

Она стала дрожащими руками натягивать на себя юбку.

— Мы провели здесь целую ночь.

Он перевернулся на живот и с улыбкой сказал:

— Не беспокойся, номер оплачен.

Она торопливо набросила на себя блузку и стала застегивать пуговицы, не попадая в петли. Состояние Сантаны было близко к истерике.

— Что я скажу Крузу? Он ведь, наверное, уже всех поднял на ноги, чтобы разыскать меня. И зачем я только поддалась на твои уговоры?

Тиммонс громко зевнул.

— Дорогая, успокойся.

Но она заводилась все больше и больше.

— Зачем я осталась с тобой? Мне надо было уйти немедленно, еще в ресторане. Я сама не знаю, зачем пришла в этот номер.

Тиммонс раздраженно скривился.

— Я тебя насильно не удерживал. Значит, ты этого сама хотела.

Когда Сантана в полурасстегнутой блузке прошла мимо него, Тиммонс механически отметил:

— Ты выглядишь очень привлекательно, дорогая. Не находя себе места, она металась по комнате.

— Что я скажу Крузу? Как ему объясню, почему не пришла домой ночевать? Мне снова придется врать. Я больше так не могу. Это невыносимо. Кейт, во всем виноват ты. Это ты заставил меня остаться здесь на ночь.

Тиммонс, даже не заботясь о том, чтобы прикрыться, бесстыже уселся на диване, спустив ноги на пол.

— А ты скажи ему правду, — с необъяснимым хладнокровием заявил он. — Думаю, что так будет лучше для всех.

— Это исключено, — немедленно заявила она.

Тиммонс потянулся к журнальному столику и, посмотрев на стрелки наручных часов, с некоторым удивлением хмыкнул:

— Да, действительно, уже утро, — пробормотал он. Затем, повернувшись к Сантане, Тиммонс громко сказал:

— Я думаю, что правда отрезвит твоего мужа.

Она остановилась посреди комнаты и с возмущением посмотрела на Тиммонса.

— Кейт, подумай, что ты говоришь. Я не могу такое сделать.

Он скривился.

— Дорогая, я пошутил. Не надо воспринимать все так серьезно. Конечно, Круз ничего не должен знать. Мне просто обидно, неужели тебе не понравилось, как мы провели ночь?

Затягивая на талии пояс, Сантана отрывисто бросила:

— Я не желаю этого вспоминать.

Тиммонс в изнеможении откинул голову на спинку дивана.

— Это была восхитительная, изумительная, великолепная ночь, — с пафосом произнес он. — Стоит ли забывать о таком?

Она нервно кусала губы. Да, сейчас ее положению трудно было позавидовать. Учитывая то, что в последнее время отношения между ней и Крузом совершенно разладились, такие опрометчивые поступки могли только озлобить его. Скорее всего, после такого, ни о каком примирении не могло быть и речи. Осознав все это, Сантана зарыдала. Из глаз у нее хлынули слезы, которые мокрыми ручьями потекли по щекам.

— Кейт, помоги мне, — всхлипывая, сказала она. — Что я теперь скажу мужу? Как мне оправдаться перед ним?

В соседнем номере на диване, развалившись, лежала Джина. После довольно напряженной ночи, которую ей пришлось провести перед видеокамерой, она, тем не менее, чувствовала себя весьма и весьма бодро. Сунув видеокассету с записью, сделанной прошедшей ночью, в окошко видеомагнитофона, она с удовольствием наблюдала за тем, как на экране вновь разворачивались события, которые могли изменить судьбы нескольких человек. Собственно, и событий никаких не было — просто Кейт Тиммонс и Сантана Кастильо занимались любовью.

С удовольствием попивая холодную минеральную воду, Джина неотрывно смотрела на экран. Это доставляло ей неизъяснимое наслаждение. Она извивалась в таких телодвижениях, словно чувствовала себя на месте Сантаны. Руки ее скользили все ниже и ниже по ночному халату, пока, наконец, не нырнули между ног…

В коридоре, который вел к изолятору, где находился Перл, было пусто. Воспользовавшись отсутствием санитаров, Келли и Оуэн Мур скользнули к двери, на которой было написано: «Изолятор. Посещения запрещаются».

Келли прильнула к двери и, прислушавшись, прошептала:

— Перл, ты здесь?

Испуганно озираясь по сторонам, Мур прокрался к двери следом за Келли.

Перл лежал на кровати, мрачно уставившись в потолок, когда из‑за двери донесся приглушенный голос Келли. Услышав ее, он мгновенно вскочил и бросился к двери. Приподнявшись на цыпочках, он выглянул наружу через маленькое зарешеченное окно.

— Келли, как я рад тебя видеть. Привет! — радостно воскликнул он.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросила она. Он энергично кивнул.

— Да, со мной все нормально. А вот тебе я бы порекомендовал поскорее уйти отсюда, если не хочешь сама попасть в такую же комнату.

Со страхом оглядывавшийся по сторонам Мур сказал, подхватывая слова Перла:

— Мистер Капник прав. Нас ожидают большие