"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 - Генри Крейн

Главный врач клиники гордо выпрямил спину.

— Боюсь, что это совершенно невозможно. Правила внутреннего распорядка не позволяют нам оставлять пациентов без присмотра.

Круз возмущенно воскликнул:

— Тем не менее, мы попросили бы вас уйти! Сестрам есть о чем поговорить между собой и им не требуется ваше наблюдение.

Неожиданно быстро Роулингс согласился. Он вскочил со стула и направился к двери из кабинета.

— Хорошо, я вернусь через несколько минут. Но я хотел бы вас предупредить, у нее возбудимая психика…

Пол Уитни сидел в коридоре возле кабинета главного врача клиники, когда дверь открылась и Роулингс с недовольным видом вышел в коридор.

Очевидно, он намеревался задержаться у двери, чтобы послушать, о чем пойдет речь между Келли и ее посетителями, но, увидев дежурящего здесь полицейского, гордо вскинул голову и неторопливо удалился.

Уитни проводил его подозрительным взглядом.

В этот момент он почувствовал, что за ним кто‑то наблюдает. Пол беспокойно заерзал на стуле, оглядываясь по сторонам.

Наконец, спустя несколько мгновений, он понял, что привело его в такое смущение — из комнаты в дальнем углу коридора на него смотрела Элис.

Когда Пол заметил ее, она испуганно закрыла лицо руками и исчезла за дверью.

Оглянувшись по сторонам и убедившись в том, что ничего подозрительного вокруг не происходит, Пол покинул свой наблюдательный пост и направился туда, где только что видел темнокожую девушку.

Она скрылась в своей палате, оставив, однако, дверь открытой.

Пол уверенно вошел в комнату.

Элис стояла, повернувшись к нему спиной, и держалась за спинку кровати.

— Здравствуй, Элис, — стараясь быть как можно более приветливым и дружелюбным, произнес Уитни. — Ты помнишь меня? Ведь один раз мы с тобой уже встречались, я отвозил тебя в больницу. Это было вчера вечером.

Элис по–прежнему молчала, не поворачиваясь к нему.

— Ты что — все еще сердишься? Может быть я что‑то сделал не так?

Элис, наконец, повернулась к нему, словно пытаясь что‑то сказать. Однако, не издав ни звука, пристально посмотрела на грудь Уитни.

Он тоже озабоченно опустил голову и посмотрел на то место, куда был устремлен взгляд девушки.

— Что? Что такое? А, я понял.

На наружном кармане его пиджака был прикреплен большой полицейский значок. Именно на него так пристально смотрела Элис.

— Тебя смущает это? — мягко спросил Уитни. — Ты боишься полицейского значка? Не пугайся, без значка люди просто не смогут догадаться кем я работаю. Вот смотри.

С этими словами он снял значок и положил его на стол перед Элис.

Дрожащими руками она боязливо взяла значок и, словно обжегшись, вдруг отшвырнула его в сторону.

Пол недоуменно приподнял брови, однако, ничего не сказал.

Элис, стараясь унять дрожь в руках, снова отвернулась от него.

— Не бойся, я не сержусь, — улыбаясь, сказал Уитни. — Честно говоря, я и сам иногда испытываю острое желание сделать это.

Когда она снова подняла глаза, Пол не увидел в них прежнего страха.

Раскинув руки, Перл лежал на постели в своей палате. Мур озабоченно топтался около двери, то и дело поднимаясь на цыпочках, чтобы выглянуть в затянутое решеткой окно.

— Ну, что ты там увидел? — спросил Перл. Мур испуганно оглянулся.

— Ничего. Там только какие‑то незнакомые люди.

Перл задумчиво смотрел в потолок.

— Да. А ты знаешь, что это гости, которые приехали к Келли?

Мур отвернулся.

— Что, Келли увозят домой? — дрожащим голосом спросил он.

Перл грустно улыбнулся.

— Сомневаюсь, что доктор Роулингс позволит Келли отправиться на свободу.

Мур низко опустил голову и с глухой обидой в голосе сказал:

— А ко мне уже давно никто не приезжает. Совсем никто… Почему меня не навещают? Почему?

Перл приподнялся на кровати.

— Да. За то время, которое я нахожусь здесь, я что‑то не припоминаю, чтобы тебя кто‑то навещал. Ты что — сирота?

Мур стал испуганно трясти головой.

— Нет, нет, что ты, у меня есть родные!

— А ты давно попал сюда? — спросил Перл. Мур подошел к Перлу и уселся на краешек его кровати.

— Я здесь уже полтора года, — заикаясь, произнес он. Перл присвистнул.

— Ого! Не маленький срок!

Мур покачал головой.

— Но это еще не все. До этого были и другие больницы, но из них меня иногда выпускали и я мог встречаться с родными.

Перл посмотрел на собеседника таким пристальным взглядом, что тот испуганно опустил глаза.

— Я знаю, почему тебя выпускали, — уверенно произнес Перл.

— Почему? — дрожащим голосом спросил Мур.

— Потому что ты боишься девушек…

Мур наморщил лоб.

— Да, наверное… Просто я их не знаю. Я мало что о себе знаю, — жалобно закончил он.

Перл ободряюще улыбнулся.

— Ну, разумеется, что ты можешь о себе знать, если от тебя это тщательно скрывают за завесой слов? Я прекрасно представляю, что они тебе говорили. Они даже, наверное, не рекомендовали тебе что‑то, а давали советы, называясь не врачами, а искренними друзьями.

Мур оживленно кивал головой.

— Да, да. Именно так и было. Они все говорили, что они мои друзья.

Перл мрачно улыбнулся.

— Вот, вот, они всегда так говорят. Потом они еще начинают утверждать, что у тебя легчайшая форма заболевания, что ты и вовсе не болен, но что твой случай отличается от аналогичных более обширным участком поражения.

Мур снова подтвердил.

— Да, именно так и было. Они говорили мне, что я совсем не болен и, что опасность была совсем минимальной… —

… но болезнь охватила значительную площадь… — закончил за него Перл. — Процесс распада клеток еще в самой начальной стадии, а может быть даже и не начался… Но имеет тенденцию к распространению на обширные участки организма… Да, именно так они говорили?

— Да, да. Именно так. Именно поэтому, они сказали, мне нужно остаться в больнице и что они будут применять ко мне более современную и эффективную терапию.

— Но на самом деле, все оказалось не так. У них всегда особая точка зрения на каждый отдельно взятый случай. А потом, в результате, ты становишься по–настоящему больным. Они никуда не выпускают тебя, не дают ни с кем встречаться и ничего о тебе не говорят. Но… — он поднял вверх указательный палец. — Я мог бы помочь тебе узнать побольше о твоей болезни, но только с твоей помощью.

Мур испуганно посмотрел на Перла.

— Как