Пробужденный - Тимоти Миллер

— Осторожно.

— Или что, богатая девочка? Ты замахнешься?

Лина фыркнула, опуская биту.

— Не будь дураком, Билли. Мне нравится эта бита, и твоя каменная голова, вероятно, сломает ее.

Они пристально посмотрели друг на друга.

Майкл начал медленно отходить.

— Э-э-э… я вижу, вам, ребята, нужно решить несколько проблем. Я просто оставлю вас.

Тяжелая ладонь хлопнула его по груди.

— Ты никуда не пойдешь, неудачник. — Билли занес кулак, похожий на окорок. — Нет, пока не узнаешь, в чьем парке находишься.

Майкл собрался с духом. Вот и оно. Кулак врезался ему в щеку, вызвав яркую вспышку боли в челюсти и голове. Он отшатнулся, схватившись за край фонтана, чтобы не упасть. Каменная песня стремительно вырвалась из него. Фонтан задрожал под его ладонями, и по хвосту русалки побежала паутина трещин.

— Прекрати! — крикнула Лина. Бросив биту на землю, она двинулась вперед. — Прекрати, Билли!

Несколько человек из отряда Билли указывали на трещины, неуверенно перешептываясь друг с другом, когда трещины расползлись по туловищу статуи.

— Держись подальше от моего парка, неудачник. — Билли снова замахнулся на мальчика.

Майкл закрыл глаза, и кулак приземлился с влажным хрустом ломающейся кости, но, к его удивлению, он не почувствовал боли. Песня камней усилилась, и музыка превратилась в жалобный визг, прежде чем русалка разлетелась вдребезги, как хрустальная ваза на наковальне.

Майкл открыл глаза. Все уставились на него.

Билли прижал кулак к груди, его лицо было белым как полотно.

— Как… кто ты такой?

— Ты видел его глаза? — прошептал кто-то. — Они были похожи на металл. Его глаза превратились в металл, и фонтан разлетелся на миллион осколков.

Билли неуклюже побрел обратно к своему велосипеду. Схватившись за руль здоровой рукой, он неловко сел в седло и начал крутить педали, не утруждая себя подставкой для ног. Его друзья катились прямо за ним.

Все, что осталось от «русалки», — это изогнутый медный каркас, из которого шипящими струями под давлением выбрасывалась вода. Осколки мрамора украшали дно бассейна, но вода все еще была достаточно прозрачной, чтобы Майкл мог видеть свое отражение и ртутный цвет своих глаз.

— Ясненько, — сказал он. — Чертовы кукольные человечки.

У него закружилась голова, а к горлу подступила желчь. Он согнулся, и его с шумом вырвало на траву.

— Отвратительно. Что ты ел на завтрак? Чили?

Майкл вытер рот рукавом и посмотрел на девушку, которую Билли назвал Линой. На ней были джинсы, бейсбольная майка с пятнами от травы и потертые теннисные туфли. Она определенно одевалась не как богатая девушка. Она оперлась на бейсбольную биту и улыбнулась ему сверху вниз. — Значит, ты один из приемных детей Уиффлов? Я часто видела тебя в школе. Меня зовут Мелина, но все зовут меня Лина. Как тебя зовут?

— Э-э… Майкл. Ты можешь называть меня Майк.

— Рада познакомиться. — Она кивнула на сломанную русалку. — Как ты это сделал?

— Я… — он сделал паузу, чтобы перевести дух. — Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Да ладно тебе, Майк. Серебряные глаза, фонтан, рука Билли… — Ухмылка Лины стала злой — Скажи мне как, и я, возможно, не скажу полиции, где ты живешь.

7. Сокровище Мелины

Лина посмотрела на мальчика с самым раздраженным выражением лица, на какое только была способна. «Он был довольно симпатичным», подумала она, даже со странными глазами… тощий, смуглый и в некотором роде пугающий.

— Давай, выкладывай. Что у тебя с глазами? Это линзы или что-то в этом роде?

Мальчик отвел взгляд.

— Уходи.

Почему с ним было так трудно? Все ли сироты были такими упрямыми, или только этот? Ему пришлось жить в приемной семье. Что ж, пара-пара-пам. По крайней мере, рядом с ним был кто-то, кто мог о нем позаботиться. Ей приходилось довольствоваться своей восьмидесятитрехлетней няней Харриет Файндлшин, пока ее родители отдыхали в Альпах. Старая маразматичка не умела готовить тосты. Если бы Лина через пару недель не отправилась в танцевальный лагерь, она, вероятно, умерла бы с голоду.

Мальчик моргнул, и его серебристые глаза внезапно стали нормальными карими. Еще один трюк.

— Так ты можешь менять их туда-сюда, — сказала она. — Что дальше? Вытащишь кролика из шляпы?

— Они снова карие? — Майкл склонился над фонтаном. — Слава Богу. У Барбары случился бы сердечный приступ.

Лина закатила глаза.

— Прекрати это уже. Возможно, тебе и удалось одурачить Билли, но он — идиот. Ты действительно ждешь, что я поверю, что ты что-то вроде Ангела Крисса? Ты собираешься свести меня с ума?

— Мне все равно, что ты думаешь. — Он плеснул водой на лицо и шею и вытер грязь со рта. — Приятно было познакомиться с тобой, Мелина. Пока.

— Волшебное шоу уже закончилось?

— Как насчет того, чтобы закончить исчезновением? Я досчитаю до трех, и все надоедливые девчонки в парке исчезнут. Раз… два… — Он приподнял бровь, глядя на нее. — Нет? Думаю, мне придется поработать над этим.

Щеки Лины вспыхнули от гнева.

— Почему ты ведешь себя как придурок, Майк? Все, что я хочу, — это знать, как ты все это сделал.

— Ты это сказала, Лина. Ты также сказала, что сообщишь копам, если я тебе не расскажу. Отличный способ завести друзей.

— Ну, может быть, тебе не стоило портить фонтан, — парировала она. — Я сообщу в полицию, придурок.

Серебристая пелена застилала Майклу глаза. Тошнотворная неуверенность затрепетала в животе Лины. Это был какой-то трюк.

— Я скажу им, — сказала она. — Клянусь.

Серебро замерцало и исчезло. Мальчик ухмыльнулся.

— Ты собираешься рассказать полиции, что видела, как мальчик с серебристыми глазами разбил статую? — Он направился к деревьям. — Удачи, Мелина. Повеселись в психиатрическом отделении.

Лина почувствовала, как ее щеки запылали от гнева.

— Ты просто собираешься уйти? Ты даже не собираешься рассказать мне, как ты это сделал?

— Я не знаю. — Он перешел на бег трусцой.

— Врушка! — крикнула она ему вслед, но он уже исчез за деревьями. — Что за хрень.

Лина направилась обратно к своему велосипеду, затем остановилась, заметив в траве блестящую черную цепь. Она опустилась на колени и подняла ожерелье. На цепочке висел коричневый кулон с маленьким кристаллом, который сверкал на солнце. Повинуясь интуиции, она окунула кулон в фонтан и потерла его между ладонями. Слой глины откололся, окрасив воду в грязно-коричневый цвет. Вода медленно очистилась, обнажив драгоценный камень, вставленный в кольцо из мерцающего серебра.

Лина ахнула. На цепочке висел овальный бриллиант почти в дюйм длиной. Она потерла сильнее, и что-то врезалось ей в ладонь.

— Ой!

Произошла вспышка света, и внезапно она обнаружила, что лежит на спине.

Что случилось?

Она медленно села,