На эту и на ту набью тебе тату - Игорь Алмазов

А сколько он пообещал мне за работу? Этого в расписании Артём не писал. Но я уже понял, что брал он довольно дёшево. Видимо здраво оценивал свои навыки.

Мне это тоже не подходит, я не знаю, насколько я тут задержусь, а деньги нужны. Как минимум заплатить за аренду мастерской. И еды купить.

Но буду вникать постепенно. Я разложил перед Сергеем три эскиза на столе.

— Я подготовил варианты, — оповестил я его. — Какой вам нравится?

Он кивнул, и принялся их рассматривать. Немногословный клиент, однако. Ткнул пальцем в третий рисунок, на который я и думал изначально.

— Хороший выбор, — заметил я.

— Почему? — с неожиданным любопытством спросил Сергей.

— Этот орёл смотрит вниз, — объяснил я. — Не вверх, не в горизонт, а вниз. Это значит, что он уже принял решение и сейчас действует. А действия достойны уважения.

Сергей посмотрел на эскиз ещё раз.

— Нормально, — кратко сказал он. — Мне подходит.

Дальше мои руки снова действовали автоматически. Продезинфицировать кожу плеча, на которую будет набиваться татуировка. С помощью трансферной бумаги перевести эскиз. С помощью специального геля эскиз перевести на тело. Удостовериться, что Сергею подходит такое расположение эскиза.

Так, работа контурная, без заполнения. Я подготовил всё для работы, усадил Сергея и приступил. А на коже это совсем не то же самое, что на латексе! Плечо объёмное, и кожа ощущается по-другому.

Сергей молчал, абсолютно ничего не говорил. Я аккуратно обводил контур, тщательно следил за глубиной проникновения иголки.

Примерно через час работы сделал небольшой перерыв. И рука сама машинально потянулась к моноклю. Надел его, снова надел перчатки и продолжил работу.

И увидел, как светятся линии на коже, красивым тонким свечением. Орёл казался живым, словно его можно потрогать отдельно от кожи.

По краю зрения медленно развернулся уголок пергамента.

«Начертание активно».

Я не остановился и продолжил работать. Линия за линией, контур за контуром. Ещё через час татуировка была завершена.

Пергамент развернулся немедленно.

«Начертание завершено».

«Оценка: Удовлетворительно».

«Анализ работы: точность линий выше среднего. Глубина нажима неравномерная. Композиция сильная. Итог: зачтено».

Потом появилась следующая строчка.

«Татуировке присвоено свойство: Твёрдость духа».

«Носитель татуировки будет чувствовать себя увереннее в моменты сомнения. Эффект постоянный. Носитель не осведомлён».

Стоп. Так система ещё и магические свойства татуировкам даёт⁈

Глава 3

Луковица и орел

Я перечитал строчки на пергаменте ещё раз. «Татуировке присвоено свойство: Твёрдость духа. Носитель будет чувствовать себя увереннее в моменты сомнения. Эффект постоянный. Носитель не осведомлён».

Не осведомлён, значит. Получается, Сергей даже не узнает о приобретённом свойстве. Только будет чувствовать какие-то изменения в себе и всё.

И всё это сделал мой монокль? Ладно, разберусь во всём этом потом. Сначала нужно закончить работу.

Сергей уже встал с кресла и ждал, пока я проведу финальную обработку татуировки. Я снял монокль, убрал его в карман и вернулся к работе.

Обработал татуировку антисептическим раствором, аккуратно промокнул чистой безворсовой салфеткой, убрал остатки краски и выступившую сукровицу. Это нормальная реакция кожи на работу иглой, как мне подсказало подсознание.

Осмотрел контур ещё раз при хорошем свете. Линии легли ровно, нигде не поплыли, нигде не заглубился слишком сильно. Для первой настоящей работы в этом теле результат был более чем достойным. Не идеальным, система не зря поставила «удовлетворительно», но достойным. Конечно, есть куда стремиться. Но художнику всегда есть куда расти.

— Сейчас заклею специальной плёнкой для заживления, — сказал я Сергею. — Вы пока что можете посмотреть в зеркало.

Он кивнул и принялся рассматривать работу. Ничего не сказал, но кивнул удовлетворительно. Сочту за комплимент.

Я достал из коробки рулон защитной плёнки. Отрезал кусок нужного размера, затем снял защитную подложку с плёнки и аккуратно приложил её к коже. Разгладил от центра к краям, тщательно проверяя, чтобы не осталось воздушных пузырей. Плёнка легла плотно, прижимаясь к свежей работе и создавая защитный барьер.

— Плёнку не снимайте в течение пяти суток, — проинструктировал я. — На пятые сутки снимите аккуратно по направлению роста волос, промойте татуировку тёплой водой с мылом. Без мочалки и без агрессивных средств. Татуировку не чесать и не тереть. Если заметите покраснение сильнее обычного или что-то ещё — сразу ко мне.

Сергей молча кивал. Видно было, что для него это не первая татуировка, слушал он спокойно, без лишних вопросов.

— Сколько с меня? — надевая рубашку, коротко спросил он.

Я на секунду задумался. Вчера Катя согласилась на три тысячи за ветку сирени. Но сегодняшняя работа была сложнее, почти два часа чистого времени, не считая подготовку эскизов. Нужно брать больше, но при этом не отпугнуть клиента. Артём, судя по всему, работал дёшево, и резко задирать цену было бы подозрительно.

— Четыре тысячи, — наобум назвал я. Пока что не сильно знаком с ценами в этом мире. Надеюсь, не дешевлю.

Сергей без единого слова достал бумажник, отсчитал четыре купюры по тысяче и положил на стол. Ни торга, ни недовольства при этом не выказывал. Хороший клиент, побольше бы таких.

— Спасибо, — коротко сказал он. — Хорошая работа.

— Благодарю вас, — кивнул я.

Он надел куртку и вышел из мастерской.

Итак, четыре тысячи. На еду хватит, на аренду нет. Но двигаюсь в нужном направлении, уже неплохо.

* * *

Я убрал все инструменты на место и протёр рабочую поверхность антисептиком. Иглы выбросил в специальный жёлтый контейнер. Потом сел за стол, достал монокль и снова надел его.

Пергамент развернулся немедленно, будто система только и ждала, когда я снова обращусь к ней.

— Объясни мне подробнее про свойства, — попросил я. — Как именно это работает?

«Начертание, выполненное через Систему, наделяет носителя эффектом. Эффект определяется тремя факторами: образом, качеством работы и намерением мастера».

— Намерением? — переспросил я. — Что ты имеешь в виду под намерением?

«Мастер вкладывает в работу смысл. Система считывает этот смысл и формирует на его основе свойство. Чем точнее намерение мастера — тем сильнее и чище эффект».

Я задумался. Вспомнил, как рисовал орла для Сергея. Когда я работал над третьим эскизом, я как раз думал о решимости. И система, получается, это считала. И наделила татуировку именно таким свойством.

В моём мире существовали мастера, которые умели вплетать силу в предметы. Кузнецы могли выковать мечи, которые не тупились даже после сотни ударов. Ткачи умели создать полотна, которые не рвались и не выцветали десятилетиями. Ювелиры вкладывали в драгоценные камни свойства, которые усиливали владельца.

Но художников среди этих мастеров не было. А уж тем более татуировщиков. Наверное, потому что татуировки не были чем-то столь распространённым. Это